Слепое пятно - Андрей Плеханов

– Было, - кивнула она наконец. - Были там баллисты, да. Ангро-Манью перешел на следующий уровень, освоил новую технологию. Персы изготовили кучу баллист, и всадников у них было в этот раз немерено. Я думала, Ассирия не устоит - так эти персы вначале поперли. Иштар здорово в этот день играла. У неё всего два кисира, но она отбросила персов…

– Моя работа, - хвастливо заявил Игорь.

– Твоя? - Милена смотрела на Игоря с жалостью - так смотрят на близких людей, внезапно пораженных тяжелой болезнью. - Знаешь, Гош… Я вынуждена тебя разочаровать. Ты тут в общем-то ни при чем. Это сражение произошло не в тот день, когда ты дежурил. Баллисты у персов появились только вчера вечером - тогда, когда ты в больнице уже третий день лежал.

– Это я-то ни при чем? - завопил Игорь. - Да если бы не я, эту дуру Иштар оттрахали бы во все щели! И жалкого лузера Ашшурика вместе с ней. Какой кисир вчера первым вышел из ворот? Войско Иштархаддона?

– Да… Армия рода Слышащих Иштар…

– Какой он, Иштархаддон? - Игорь вдруг перестал орать, полез за сигаретами. Руки его слегка дрожали. - Как он выглядит там, на экране?

– Такой вот. - Мила показала пальцами воображаемую фигурку высотой в двадцать сантиметров. - Такой же, как и все генералы. Бородатый, в шлеме, в длинной одежде. Руки, ноги, голова. Золотое ожерелье. Владеет личной боевой колесницей. Обычный юнит шестого разряда.

– У него есть какие-нибудь индивидуальные черты?

– Нет. Откуда? Есть у него, конечно, список, где все указано - здоровье, уровень защиты, уровень нападения, уровень интеллекта. Интеллект, кстати, высокий - десятка. Все. Больше про него ничего не скажу.

– Иштархаддон - мой брат, - с нежностью в голосе произнес Игорь. А может быть, он - это я. Или я - это он. Не так уж и важно. Как он там? Жив до сих пор?

– Жив. Жив, если это можно назвать жизнью.

– Слава богу! - облегченно выдохнул Игорь. - Я-то думал, что он того… Насмерть. Когда его в башне засыпало. Он хороший мужик, мой Иштархаддон. Ты береги его, Милка. Пусть там другие гибнут, а Хадди пускай живет.

– Он - не мужик, - убежденно произнесла Милена. - Он - просто единица стратегической игры. Юнит.

– Он высоченный здоровый парень. Очень похож на меня, только помощнее. Да что там похож - у нас с ним все идентично, как у близнецов. Он жестокий, конечно… Но как там, в Ассирии, не быть жестоким? Будешь добрым - просто не выживешь…

– Игорь, прекрати этот бред! - взвизгнула Ми-лена. - Ты мне на нервы действуешь! Издеваешься, что ли?

– Тело мое лежало в больнице, - продолжил Игорь, не обращая ни малейшего внимания на Ми-лену, - а душа находилась там, в Ашшуре. Виртуальном Ашшуре. Только мне он не показался виртуальным. Для меня он был настоящим. Знаешь, что я думаю? Есть какой-то мир, в котором те фигурки, что созданы в компьютерной игре, живут реально. Думают, едят, живут. Даже любят. А игроков - тех, кто двигает ими, - считают богами.

– Дурь все это, - сказала Милена.

– Дурь, - согласился Игорь. - Знаешь, я счастлив, что выбрался оттуда, сумел вылезти из этого кошмарного сна. Ты представить себе не можешь, как мерзко жить в мире, где людей выращивают на убой - либо в солдаты, либо в пищу себе подобным. Где нет стариков, потому что старых людей приносят в жертву богам, а проще говоря, съедают. Что ты качаешь головой - это ведь ты следишь за тем, чтобы ресурсы острова не пропадали зря? Поддерживаешь этот каннибализм своими программами, моя гуманная Мила. Я с радостью согласился бы с тем, что все это мне лишь привиделось. Только вот откуда это знание о вещах, которые я знать не должен? Хочешь, я расскажу тебе о порядке военной мобилизации на вашем острове? Или о том, как цапается между собой высшая знать, поклоняющаяся разным богам?

– Не надо. Я верю, что ты это знаешь.

– Там, в этом мире, были не только острова. Еще там было нормальное общество. Похожее на наше и в то же время непохожее. Я работал там над диссертацией о нижегородской Слепой земле. Россия входила там в шестерку самых развитых стран мира. И многие знакомые мне люди существовали там, только вот выступали в непривычных ролях. Ивана Бейлиса, например, знаешь? Тележурналиста с четвертого канала - того, который про паранормалку все время вещает?

– А, ну да… И что?

– Там он был майором госбезопасности. Хохмач такой… Ленка Калинина с нашей кафедры физкультуры там вдруг стала историком, к тому же моей невестой. Ах да, ты её не знаешь. Стервочка редкостная, хоть и симпатичная. А ты…

Игорь вдруг заткнулся.

– И чего я? - Милена чуть наклонила голову, в глазах её появился заинтересованный блеск. - Ну, говори, что я там делала.

– Мы с тобой… - Игорь ещё раз внутренне обругал себя за несдержанность, а потом его прорвало. - Мы с тобой были любовниками. Занимались сексом. В самых невообразимых позах. Несколько дней подряд.

Милка вспыхнула как маков цвет и отвела глаза.

– Ну и как это было? - сдавленно спросила она.

– Вроде бы неплохо получалось, - неопределенно промычал Игорь. - Тебе, то естыпой Милене, похоже, нравилось…

Милка опустила голову и уткнулась взглядом в стол. Грех издеваться над несчастной влюбленной девочкой. Игорь встал, потянулся и вышел из кухни, оставив Милену переживать в одиночестве. Пусть немножко придет в себя - да и ему это не помешает. Прогулялся по комнате, бросил взгляд на часы. Уже полпервого ночи, однако! Добрался до зеркала в прихожей. Оглядел себя с ног до головы. И с удовольствием убедился в том, что он по-прежнему Гоша Маслов. Именно он. Не худосочный мозгляк Игорь и не бородатый громила Иштархаддон. Настоящий Гоша представлял собой нечто среднее между тем и другим. Очки, правда, по-прежнему сидели на его длинном носу, но были не такими безобразно толстыми. Минус два - жить можно. фигура крепкая, не культурист, конечно, но второй разряд по легкой атлетике - не так уж и плохо. А самое главное - характер. Ничего сходного с трусливым инфантилизмом того Игоря и тупой самоуверенностью Иштархаддона. Нормальный характер. В самый раз для него, для Гоши.

Надо же, как расщепило его там. Разрезало на две половинки - дистрофично дохлую и гипертрофированно могучую. Забавно.

Что там Милка делает? Переживает? Поздно уже переживать. Спать ложиться пора…

А Милку куда девать? Такси для неё ловить? Или здесь оставить ночевать?

Игорь не сомневался в ответе. Он уже час думал о той Милене. Отгонял от себя неправильные мысли, но не мог думать больше ни о чем. Милена, живущая в странном мире, в котором есть Слепые пятна. Поэтесса. Хобби - проституция. Убойное, почти невозможное сочетание. Все вместе называется «жрица любви».

Игорь вспомнил, как занимался с ней любовью, - сначала будучи Иштархаддоном, затем будучи Игорем. Закрыл глаза, прислонился лбом к холодному зеркалу. Остыть немножко… Успеть разобраться в те минуты, что остались, - не сделать очередную дурацкую ошибку… Он умирал от желания овладеть ею. Немедленна. Жестоко, яростно… И нежно, ласково.