Недомерок - Седых Глеб

— Ититский сын! — невольно вырвалось у меня при очередном отскоке от пронесшегося перед лицом меча. — А ты откуда взялся!?

Появление командира пехотинцев, а это был именно он, стало для меня неприятной неожиданностью. Отличный, явно дорогой пластинчатый доспех, не стесняющий движений, длинный меч и отсутствие щита и копья говорили сами за себя. Офицер не стал тратить время на разглядывание меня, оскалился в яростной гримасе и бросился в бой. Скорость передвижения латника резко возросла, и мне пришлось уворачиваться от очередного удара. Этот человек явно владел техникой вхождения в боевой транс, которую мне продемонстрировал недавно Шуфар. Правда, до орка ему было далеко. Скорость пехотинца еле дотягивала до шестой части скорости наставника, так что спустя пять секунд я заблокировал его выпад левым мечом, а правый меч воткнул ему в горло. Не успело тело командира упасть на песок, как я рванул в сторону строя пехотинцев. Успел я уже к добиванию левого фланга, где проделанная мною брешь быстро заполнилась гладиаторами. Пехотинцы попытались было завернуть строй и устроить круговую оборону, благо с правого фланга их прикрывала бы стена, но потерявшие товарищей разъяренные гладиаторы не дали им такого шанса. Без правильного командования строй пехоты был моментально разбит, и завязалось несколько отдельных схваток, в которых гладиаторы не упустили своего преимущества, вовлекая пехотинцев в ближний бой.

Спустя пять минут на арене осталось стоять чуть больше двух десятков бойцов. Пехотинцы были вырезаны все. Подоспевшая уже к концу развязки стража не посмела сунуться в гущу боя и вытащить оставшихся пехотинцев. Пример пары разъяренных гладиаторов, потерявших своих товарищей и в безумии ринувшихся резать прибывших охранников, охладил пыл последних. Да, обоих бойцов убили, нанизав на копья, но перед этим они смогли зацепить пятерых охранников, двое из которых не выжили.

Для меня же в этом бою стали неожиданностью две вещи: первое — я не использовал для концентрации в бою музыку, так как просто забыл о ней в пылу боя; и второе — я даже не заметил, когда слил излишки энергии через ноги в землю. Видимо, я уже так натренировался, что стал делать все это на автомате.

Ложа для почетных гостей

— Интересно, с чего это наследник так бесится, что даже здесь слышно? — вопрос, заданный принцессой Альтереей, явно был риторическим, так как ответ на него любой из присутствующих мог услышать в долетающих из соседней ложи выкриках принца. Будущий наследник престола не ограничивал себя в выражениях, пока доносил до распорядителя свое неудовольствие сорвавшимся представлением, обещая тому все плотские удовольствия мира в компании с имперским палачом. Ведь по сюжету доблестная армия великого предка не могла проиграть варварам!

— Я думаю, ваше высочество, что некоторые планы принца в отношении аристократов из северных провинций империи не были претворены в жизнь так, как он хотел, — отвечая, Ульрика указала принцессе на один из секторов арены, где тесной группой сидели ее знакомые. Там уже полным ходом шло празднование победы гладиаторов над императорскими латниками, и даже отсюда было видно, как ликуют эльсиры в нескольких ложах, провозглашая тосты и произнося здравицы.

— Вы как всегда правы, маэстро. Видимо, этим представлением наследник хотел морально сломить противящихся его политике эльсиров, большинство из которых проживает в северных провинциях империи.

— Еще бы им не противиться. У большинства жителей севера хорошие отношения со Светлым лесом и Лестором, ведь практически половина северных торговых путей проходит через их земли. А если начнется война, то это будет означать не только потерю прибыли от торговли, но и разорение земель тамошних эльсиров. Ведь в отличие от принца они хорошо себе представляют, что адекватный ответ на агрессию не заставит себя ждать, а значит, ваша армия и войска Лестора пройдут огнем и мечом именно по их землям.

— Кстати, маэстро, а почему вы уделили так много внимания тому гладиатору с черной повязкой на глазах? Вы не отрывали от него взгляда, стоило ему только появиться на арене, — принцесса резко сменила тему, в надежде поймать Ульрику на недомолвках.

— Просто я уже видела этого бойца раньше. Еще до того, как он ослеп.

— А он разве слепой? — Удивление Альтереи было неподдельным. То, как двигался этот мелкий человек, когда сражался с командиром латников, сделало бы честь любому бывалому воину из Светлого леса. Да, ветеран или маннас из эльфов в несколько секунд скрутил бы этого человека, но чтобы достичь такого уровня в боевых искусствах, уходило не одно десятилетие. А этот человек показался принцессе очень знакомым. И если зрение не обмануло Альтерею, то времени на совершенствование навыков у него было не больше года.

— Да, он слепой. Как мне рассказал один мой знакомый, в одном из боев его чуть не убили. Он выжил, но в результате полученных ран он потерял зрение. Говорят, что там была какая-то темная история то ли с отравлением, то ли с договорными боями.

— Как интересно. Надо будет приказать выяснить как можно больше сведений об этом человеке.

— О, ваше высочество, неужели и вас заинтересовал этот гладиатор? Я же видела, что вы тоже глаз с него не сводили, — Ульрика задала вопрос с улыбкой на устах, хотя в глубине ее сердца поднялась волна ревности. И именно появление этого чувства дало ответ на вопрос, который терзал ее последнее время.

— Да нет, что вы, маэстро. Просто мне показалось, что я когда-то встречала этого человека.

Несмотря на нейтральный тон, которым был произнесен ответ принцессы, волна ревности снова всколыхнулась в сердце Ульрики. Слишком задумчивым было выражение лица Альтереи, когда она смотрела вслед уходящим с арены бойцам.

ГЛАВА 8

Денис

Вот и наступил второй день этих ититских игр. И судя по всему, он не будет легче, чем первый. Нашу группу из четырех гладиаторов выпустили на арену, а спустя пару минут я услышал знакомые звуки. Да, да, рев мурса нельзя спутать ни с чем, достаточно лишь один раз услышать его на близком расстоянии. Шуфар рассказал, что вчера мурсов тоже выпускали против бойцов, вот только по его словам там было соотношение один мурс к десяти гладиаторам с копьями и сетями, а у нас, судя по паническим репликам моих товарищей и сдвоенному реву с противоположной стороны арены, это соотношение один к двум. Мало того что вчера мы потеряли одного из старожилов в бойне против пехоты, так сегодня нас решили скормить зверям. А учитывая, что снарядили нас точь-в-точь как вчера, то есть кулачными щитами и короткими мечами, которые здешние бойцы называют кинжалами, организаторы думают подкормить нашим мясом свой зверинец.

— Нас явно решили убить на потеху толпе. Иначе вместо ножичков нам дали бы копья, — ну да, для меня это меч, а вот в огромных ручищах Клемента, стоящего рядом со мною, эти железки смотрятся сущими зубочистками.

— Клемент, вы справитесь втроем с одним мурсом, если я завалю второго?

— Вряд ли. Против таких зверей надо не меньше десятка бойцов с копьями и сетями.

— Постарайтесь. Я возьму на себя левого, а вы не отходите от стены, тогда у вас будет шанс продержаться.

Если я смогу быстро завалить одного из хищников, то второго убить уже будет легче, учитывая, что нас будет четверо на одного. Но тогда надо как-то развести мурсов в разные стороны. Наверняка, если я просто пойду вперед, то оба зверя нападут на меня, как на более слабую добычу, а потом они уже разделаются с остальными. Значит, придется рисковать и до последнего ждать рядом с компанией моих друзей по несчастью. А вот когда мурсы подойдут, тогда я побегу в сторону и один из них должен побежать за мною. Во всяком случае, в одной из приключенческих книг, которую я читал в детстве, было написано, что нельзя бегать от хищников, иначе они побегут за тобой. Главное, чтобы за мною не увязались оба зверя, а то мои шансы резко упадут.