Окрик памяти. Книга первая - Виктор Ефимович Копылов

СЕМЬЯ И ДИНАСТИЯ ГУЛЛЕТОВ

Судостроительную промышленность Тюмени второй половины прошлого столетия трудно себе представить без имени Гуллета – одного из основателей знаменитого тюменского завода, выходца из Великобритании, до конца дней своих сохранившего английское подданство. Верфи Гуллета располагались на левом берегу р. Туры по улице, не изменившей свое имя до нашего времени. Там и сейчас еще сохранились некоторые корпуса, напоминая нам о пионере судостроения Тюмени. Продукция завода была широко известна за Уралом, гуллетовские пароходы плавали в бассейнах всех крупнейших рек Сибири, в Охотском и Карском морях. На промышленной выставке в Тюмени в 1871 году экспонаты завода Гуллета, переживавшего пору своего расцвета, завоевали престижную медаль.

Среди наиболее известных речных судов, уже упомянутых ранее, или машин к ним, построенных на заводе, можно добавить пароходы «Иртыш», «Тоболяк», «Рыбак», «Николай» и др. Кроме пароходов завод выпускал механизмы и приводы для мукомольных мельниц, суконных фабрик и лесопилок, рудоподъемные паровые машины для уральских горнозаводских предприятий, водопроводное оборудование, в том числе литые чугунные чаши фонтанов, питательные аппараты и запасные детали к ним, предохранительные клапаны, зубчатые колеса и шестерни и мн. др. В общей сложности номенклатура изделий содержала не одну тысячу наименований. Авторитет, надежность продукции и слава судоверфи, носящей имя ее основателя и хозяина, росли от года к году. Единственное слово «Гуллет» срабатывало лучше всякой пространной рекламы.

Казалось бы, биография такого знаменитого человека не могла иметь белых пятен, а благодарная Тюмень должна была помнить его имя, столь много сделавшее для города и для его общероссийской известности. Увы! В который раз приходится напоминать притчу об отечестве и пророках, в нем отсутствующих... Так кто же был этот Гуллет, какова его судьба? Когда эти вопросы стали занимать мой ум и время, первым, что пришлось сделать – обратиться к имеющейся литературе, особенно к местным публикациям. Меня удивила и озадачила череда противоречивых фактов. Судите сами: одни указывали месторасположение завода на Мысу, другие называли ошибочные даты основания завода или заката его деятельности, третьи путали имена отца семейства Гуллетов с его сыновьями. Эта путаница выглядела настолько изобретательно, что из многочисленного клана Гуллетов в истории остался только Гуллет-старший, и этот единственный мифический Гуллет жил более века... На самом деле все обстояло много сложнее.

Отчаявшись найти истину в современных публикациях, серьезность которых вызывала немалые сомнения, пришлось начать все заново и обратиться к первоисточникам и архивам. Необходимость такого поиска стала особенно очевидной после того, как сам я, из-за некритического отношения к публикациям моих предшественников, «наломал дров» в своих ранних работах по Гуллету.

Однажды при просмотре газетной подшивки «Тобольских губернских ведомостей» за 1869 год мне попалась на глаза заметка, подписанная уполномоченным фирмой «Гуллет» инженером К. Лонгиновым. Публикация, перепечатанная из «Казанского биржевого листка», со знанием дела рассказывала о чугунолитейном и механическом заводе Гуллета в Тюмени. Более всего меня поразила в статье позиция автора как патриота Сибири, а также неожиданное для меня его откровение о том, что несмотря на английское имя основателя завода и великобританское подданство предприятие целиком было русским, включая инженеров, мастеров и рабочих. Все оборудование в цехах было произведено в родном отечестве. Вот как писал Лонгинов о своих механиках: «Мы предпочитаем русских машинистов иностранным, в особенности английским, на том основании, что выписанный прямо из Англии машинист-англичанин по незнанию русского языка и местных условий, да еще при разного рода претензиях, редко может удовлетворить промышленника. Со временем такой машинист-иностранец непременно производит себя в инженер-механики, определяет себе баснословную цену, а мы, русские, в простоте души своей, из слепой веры ко всему иностранному и к самозванцам-техникам часто поручаем подобному «машинисту» разного рода технические сооружения, которые большей частью кончаются неудачами и бесполезными затратами капитала».

«Позвольте, – подумалось мне, – откуда у наемного инженера завода, принадлежащего великобританскому подданному, набралось столько откровенного непочтения и смелости, граничащей с безрассудством, ко всему иностранному, в том числе и английскому? Сам Гуллет, между прочим, всюду называл себя инженером-механиком...». Естественно, интерес к личности К. Лонгинова возрос у меня необычайно. Интуиция подсказывала, что через судьбу инженера можно будет выйти и на другие объекты моих поисков. С помощью работника облархива Г.И. Иванцовой удалось разыскать несколько папок с заводскими документами семидесятых годов прошлого столетия. Они-то и позволили прояснить многое из непростой истории как семейства Гуллетов, так и самого механического завода.

Основатель урало-сибирской династии Гуллетов механик Гектор Иванович родился в промышленноразвитой Англии в начале XIX века. Разочаровавшись в возможностях предпринимательской удачи на родине, в конце 30-х годов он решил переселиться в Россию совместно со своим соотечественником и компаньоном Константином Ивановичем Гаксом. В 1841 году они построили в г. Кунгуре на реке Сылве, притоке Камы, завод по сборке пароходов. Несколько позже компаньоны соорудили сборочный цех в Перми в районе знаменитой Мотовилихи, а в 1854 году филиал механического завода Гакса и Гуллета по изготовлению паровых машин возник в Екатеринбурге, куда Гуллет-старший переехал с многочисленной семьей.

В екатеринбургском доме Гуллета кроме супруги Елизаветы Эдуардовны поселились и их дети: старшая дочь Мария, сыновья Иван, Эдуард и Гектор, названный в честь отца (совпадение имен часто сбивало с толку исследователей), Роберт Гекторович 1859 года рождения – будущий совладелец тюменского завода, и младшие дочери Екатерина, Ольга, Люция и Елизавета. Юное поколение Гуллетов благодаря заботам родителей получило прекрасное образование. Мужская половина закончила специализированные технические учебные заведения в центральной России, в частности, Роберт – в Риге, а дочери – женские гимназии в Екатеринбурге и Перми.

На одну из инженерных должностей завода в Екатеринбурге Гектор Гуллет принял молодого, знающего и энергичного механика Константина Васильевича Лонгинова. Благодаря усилиям последнего завод постоянно имел гарантированные заказы, особенно от тюменских предпринимателей. Старания инженера не остались без внимания, и он стал частым гостем семьи Гуллета. Вскоре, как итог этих посещений и знакомств, состоялась свадьба инженера и старшей дочери Марии Гуллет-Лонгиновой. Так Константин Лонгинов породнился с Гектором Гуллетом-старшим.

Под влиянием Лонгинова, а также вследствие непрерывного роста заказов из Тюмени, хозяин завода принял решение перевести производство поближе к потребителю в Тюмень. В течение 1860 – 1863 годов задуманные планы удалось полностью реализовать. В Тюмень из Екатеринбурга перешли на работу многие квалифицированные мастера-механики, в частности, старшие мастера Евлампий Овчинников и Яков