Шпион в шампанском. Превратности судьбы израильского Джеймса Бонда - Вольфганг Лотц

в месяц, однако его расходы значительно превышали эту сумму. Он играл роль богатого иностранца, привыкшего ни в чем себе не отказывать, поэтому ежемесячное содержание Лотца дорого обходилось Моссад. Правда, руководитель службы Харел охотно шел на эти расходы, которые в дальнейшем хотя и окупили себя, но обернулись для самого координатора спецслужб большими неприятностями, о чем речь пойдет впереди.

В Каире Лотц поселился в квартале Замалек, где на улице Исмаила Мухаммеда в доме номер 16 снял роскошную квартиру. Через три недели в Александрии он встретил свою жену Вальтрауд и на автомашине доставил ее в Каир. В тот же вечер он устроил дружескую вечеринку для своих оперативных разработок из числа египетских офицеров. На нее, помимо генерала Гураба, пришли генерал Абдель Сулейман, Фуад Осман, полковник Мохсен Сабри, немцы-ученые Кисов, Баух и многие другие. Вечер, как говорится, удался на славу. После изрядных возлияний у гостей развязались языки. Лотц, делая вид, что знает по-арабски всего несколько слов, охотно слушал откровенные разговоры египетских офицеров, а сам тем временем уже прорабатывал в уме телеграмму в Моссад о взрыве на военном заводе, организованном его агентами, о состоянии вооруженных сил Египта и т. д.

После окончания вечеринки в Тель-Авив полетела шифрограмма разведчика, сообщавшая о подготовке Египтом войны против Израиля и переброске танковой бригады на Синай. На самом деле речь шла лишь об укреплении обороны Египта на Синайском полуострове, но любые мероприятия подобного рода всегда рассматривались в Израиле как угроза национальному существованию еврейского государства.

Состоя в престижном «Кавалерийском клубе» Каира, который посещали как египетские офицеры, так и иностранцы, Лотц проявлял повышенный интерес к немецким специалистам, которые оставались одним из главных объектов его разведывательной работы. В его задачи входило не только выяснение содержания ракетно-авиационной программы Египта, но и проведение террористических акций против немецких ученых с целью запугать и вынудить их покинуть Египет. При этом никакими соображениями морального порядка Лотц не руководствовался и его не интересовало, насколько реальны планы Гамаля Абдель Насера в этой области и действительно ли немецкие ученые ранее состояли в числе активных нацистов. Главное — в том, что Израиль имеет право обладать ракетами, а Египет не имеет. В дальнейшем такой подход получит название «доктрины Бегина».

Лотц в книге «Шпион в шампанском» пишет о своем знакомстве и встречах с бывшим нацистом фон Леером, который якобы являлся правой рукой самого Геббельса. Из его книги читатель не поймет, почему, коли это так, союзники из антигитлеровской коалиции не потребовали его выдачи и предания суду, но «тайна сия велика есть». Этот старик приветствовал гостя традиционным «хайль Гитлер!», хотя после войны даже самые рьяные нацисты разбежались по углам, словно тараканы. Они боялись поднять голову и стремились навсегда забыть имя своего бесноватого фюрера, вовлекшего их в столь позорную авантюру. Разумеется, вопреки логике бывший нацист уверял своего гостя, что власть в Германии захватили евреи. Учитывая профессию Лотца, читатель невольно может подумать, что мифы о «всемирном засилье евреев» специально распространяются Моссад в каких-то только ей ведомых целях. Среди других гостей фон Леера находился и врач-убийца доктор Эйзель, повинный в массовом уничтожении евреев. По слухам, он прибыл в Египет для создания биологического оружия. Все они обращались друг к другу с традиционным нацистским приветствием и вели соответствующие разговоры, а бравому разведчику оставалось только строчить донесения в Моссад.

По книге, другом Лотца стал Герхард Баух, утверждавший, что он, как и автор, служил в вермахте. Его интерес к израильскому разведчику был настолько прозрачен, что даже генерал Осман Фуад не выдержал и посоветовал Вольфгангу быть осторожным, поскольку ему известно, что Г. Баух является сотрудником немецкой разведки БНД. Среди немецких специалистов в Египте поведение Лотца, не скрывавшего свой интерес к бывшим нацистам, вызывало естественное недоумение и непонимание. Муж и жена Кисов не раз пытались убедить его держаться подальше от этой публики, на что разведчик-нелегал неизменно отвечал, что он не интересуется политикой. Поэтому, выполняя задания руководства Моссад, Лотц, как разведчик, вынужден был подавлять в себе эмоции, хотя в германской колонии в Египте он получил репутацию устойчивого антисемита. Однажды это даже привело к забавному случаю. Одного будущего нелегала Моссад направила в Каир для отработки будущего прикрытия. Возвратившись из поездки, тот предложил начальству открыть там конюшню, как «это сделала нацистская свинья Лотц, — у него там египетские офицеры буквально кишат». Однако разведчику разъяснили, что Моссад не может позволить себе швыряться деньгами на создание подобного рода дорогостоящих предприятий. Истинная роль Лотца стала известна этому незадачливому шпиону гораздо позднее.

К слову, упоминание о финансовой расчетливости соответствует действительности: бюджет Моссад не может идти ни в какое сравнение с бюджетом ЦРУ. И например, Вольфганг Лотц являлся в этом плане скорее исключением из правил. Финансовый контролер Моссад, утверждавший его расходы в валюте на угощение «друзей», прозвал шпиона любителем шампанского. Именно это прозвище Лотц и обыграл в названии своей книги. Бывали случаи, когда лично руководство Моссад утверждало его расходы на приобретение кинокамер, часов, магнитофонов и других дорогих подарков для нужных людей. И. Харел, в частности, разрешил оплатить пластическую операцию для Ханны, дочери Юсуфа Гураба, делившегося с Лотцем конфиденциальной информацией.

Надо сказать, что эта информация действительно стоила больших денег. В обмен на этот «подарок» Моссад получила весьма ценную для себя документацию о реорганизации египетской армии, которую предлагали осуществить советские военные советники. От своих связей среди высокопоставленных египетских офицеров Лотц узнал о секретных военных базах в районе Суэцкого канала, где испытывались и хранились египетские ракеты типа «земля — земля». Лотц получил, например, важные сведения о поставке в Египет партии новейших советских «МиГов» и даже сумел сфотографировать один из них. Лотц действительно являлся ценным разведчиком-нелегалом, который стоил целой армии секретных агентов.

В один прекрасный день из штаб-квартиры Моссад Лотцу поступило указание перепроверить сообщение о том, что недалеко от Исмаилии, в районе Шалуфы, построена египетская база для слежения за ракетами. Разведчик знал, что это строго охраняемый военный объект, однако приказ есть приказ, и он решил рискнуть проникнуть на него вместе с женой Вальтрауд под видом заблудившихся туристов. Об этой своей операции он подробно рассказывает в главе под названием «Ракеты и шампанское». Между тем именно эта дерзко проведенная акция и привела в дальнейшем к его аресту.

Несмотря на временное задержание, Лотц в тот раз благодаря вмешательству Ю. Гураба и Фуада Османа был освобожден и сумел потом доложить в Моссад обо всем увиденном. Какое-то время он продолжал активно работать, снабжая Тель-Авив важной