Маркус. Трилогия (СИ) - Смирнов Иван

Не стал реагировать на подобное, продолжив слушать.

– Мне больше ничего не потребовалось делать или предлагать. Брак с внучкой Тихомира для рода Эрем – это действительно большой куш. Также от ректора он рассчитывает получить награду уже сейчас. Ну и разумеется, я не стала говорить, что в будущем ректор станет нашим врагом, но это проблемы будущего и если правильно действовать, можно подготовить почву для союза. Ведь в видении они и так были на нашей стороне.

Оказывается, она ещё та интриганка.

М‑да, получается, предыдущий владелец тела очень плохо её знал.

– В итоге Георг просто хочет ей понравиться, выступив в образе героя, или он насильно заставит её стать своей?

Второй вариант меня не привлекал, если так, то придётся принимать меры, чтобы спасти своего «временного» учителя.

– Нет, ты что, – от моей догадки девушка замахала руками и в довольно напористой манере начала меня убеждать: – Георг хоть и выглядит высокомерным и в какой‑то мере манерным, но он никогда так не поступит с девушкой.

Что ж, в будущем надо будет уточнить, как всё прошло на самом деле.

– Ладно, с этим разберёмся уже в процессе, а то мы перешли на уровень слухов, а не «видений».

Последнее слово выделил голосом, тем самым давая понять девушке, что небольшая доля сомнения в её словах у меня до сих пор присутствует.

– Переходя к «важному», – она решила немного съязвить, на что я не прореагировал, тем самым вызвав ещё один вздох и отступление от темы. – Как же тяжело с тобой. Ты хоть понимаешь, о насколько важных вещах мы говорим?

Я остался невозмутим и спокойно ей ответил:

– Странно слышать такие вопросы, раз ты видела мою смерть.

Скорее всего, подобным образом, в виде отхода от основной темы, она пытается помочь себе успокоится и снять напряжение.

Это для меня её слова пока что просто слова, максимум – информация, а вот для неё, как для «пророка», видящего будущего, к тому же в её возрасте, всё конвертируется в разряд ярких чувств.

Лишая возможности анализировать и принимать решения.

Тем не менее в основном ей удалось справиться, взять хотя бы ситуацию с, по сути, продажей Зары.

Меня самого в мыслях увело в непонятные рассуждения, которые были прерваны Аней.

– Да, прости. Наверное, ты один из немногих кто сможет понять. В общем, в одном из видений мы сражались с существами, созданными некромантами; с людьми, ими управляющими; с обычными людьми и ещё много кем. И не просто давали локальный бой, а полноценно, как в древние времена. Когда встречались несколько армий.

Прикрыв глаза, как будто проживая видение заново, она продолжала:

– Я видела несколько минут масштабной магической войны, понимаешь, Войны! Это выглядело ужасно.

Из её глаз полились слёзы.

Я мог её понять: если Аня действительно сейчас проживает ужасы войны на истребление и «видит» это, то осуждать подобную реакцию от юной девушки точно не буду.

Сам проходил этот этап в прошлой жизни – непередаваемый эмоциональный коктейль.

Будь мы в другой обстановке, то подошёл бы и обнял девушку, но делать это, когда она сидит в кресле, думаю, будет слишком неловко.

Пару мгновений размышлял как поступить, за это короткое время Аня смогла взять себя в руки, избавив меня от необходимости что‑либо предпринимать.

Извинившись, она воспользовалась бытовым заклинанием, тем самым убрав с лица лишнюю влагу.

По покрасневшим глазам всё равно любой мог бы понять, что она плакала, благо выходить из комнаты никто из нас в ближайшее время не планировал.

В дальнейшем разговоре я не стал её перебивать и резко возвращать к интересным мне темам.

Наконец‑то поняв, в каком психологическом состоянии в данный момент находится девушка.

Тем не менее через четыре часа я получил всю необходимую информацию.

По её словам выходило, что начало магической войны будет через два или три года.

Этот вывод она делала на «глаз», так как в видениях не попалось никаких новостных газет или тому подобных ориентиров, а именно: она сравнивала внешний вид знакомых ей людей с тем, как они выглядят там, в её «видениях».

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Что ж, два года – не такой и маленький срок, чтобы подготовиться.

Правда, я всё равно надеюсь, что если подобная война начнётся, то она будет не мировой, а хотя бы в пределах одной страны.

Ещё час потратили на обсуждение ближайших шагов.

Тут девушка дополнительно поделилась личными переживаниями.

Её родня из‑за детского видения, в котором фигурировал я, и которое она пыталась в своё время отстоять, относились с подозрением к её словам о будущем и не придавали им значения.

Все, кроме ныне покойного дедушки.

По этой причине она не видела возможности заручиться полноценной поддержкой семьи и начать подготовку рода к войне уже сейчас, сильно переживая по этому поводу.

Помочь в данном вопросе я не мог, попробовал успокоить её словами поддержки – вроде помогло, и мы вернулись к рабочим темам.

Остановились, на том, что нужно подождать месяц и когда с меня спадёт ограничение на посещение занятий, я начну формировать свою команду для походов в подземелья.

В академию решили вернуться завтра, Аня тоже была не намерена бросать учёбу.

А сегодня останемся ночевать в особняке.

Идя по коридорам особняка в сопровождении местного слуги в направлении выделенной мне спальни, я размышлял о разном.

Интересно, как поживают Лара и Вар.

Стали ли они более человечными, пока меня не было?

Уже завтра буду в столице, и они мне понадобятся.

В своё время из Княжества меня чуть ли не с позором выгнали – надо нанести им визит и исправить ситуацию.

Ведь если ректора действительно не будет продолжительное время, как предполагает Аня, то у меня есть возможность во всём ссылаться на своего «учителя», тем самым решая многие вопросы.

Обдумывая подобные коварные планы, я добрался до нужной комнаты.

Зайдя внутрь, я практически упал на кровать, не став снимать одежду.

Всё же нескольких часов в форпосте мне оказалось недостаточно.

Мой первый в этом мире поход в подземелье считаю официально завершённым.

На этой мысли я погрузился в сон.

* * *

Немногим ранее.

Ректор сидел в своём любимом кресле в рабочем кабинете.

Само помещение уже было восстановлено после странного нападения.

Напротив ректора стоял Ра – начальник службы безопасности академии.

Мужчина сейчас описывал то, что смог узнать о бунтовщиках, ведь помимо нападения на ректора, были совершены ещё несколько диверсий.

Из‑за одной была потеряна связь с его подчинённой, по совместительству внучкой ректора, что сильно беспокоило Ра.

Главная причина была в том, что он узнал об этом слишком поздно.

Однако ректор не показывал признаков беспокойства на эту тему.

Доклад близился к завершению, после чего Ра ожидал получить приказы.

Но его прервали, не дав закончить.

В кабинете за спиной мужчины сформировался портал.

Ра его ощутил, но не выказал тревоги, он даже не стал оборачиваться, так как помещение было защищено и открыть прямой портал, пока ректор тут, для недоброжелателей практически невозможно.

Скорее всего, это один из влиятельных знакомых его начальства прибыл, чтобы лично обсудить какой‑нибудь вопрос.

Однако сдержать удивление, когда рядом с его головой пролетела охапка цветов, Ра не смог.

Цветы зависли в метре от ректора.

Портал сзади схлопнулся.

Не успел Ра хоть что‑нибудь спросить, как ректор его опередил:

– Ра, вызови моего сына, пусть он временно займёт моё место.

В большинстве случаев он не оспаривал приказы, но хотя бы рассказать о важной информации посчитал себя обязанным.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

– Но он ведь совсем недавно с делегацией отправился к соседям.

Ректору на это оказалось наплевать, он сосредоточенно вчитывался в письмо, которое нашлось внутри охапки цветов.