Пражская весна (СИ) - Маринос Елена Сергеевна

- Давайте поговорим о вашем письме с просьбой открытия дела вашего отца.-Начала я.- Насколько я понимаю из письма ,вы ссылаетесь на то ,что уже писали и товарищу Шелепину и товарищу Семичастному ,но получали отказ.

-Да, товарищ Брежнев!-Женщина подобралась ,как для прыжка в воду и выдохнула. –Товарищ Шелепин и товарищСемичастный отказали в открытии документов по делу моего отца. Без объяснения причин. Мой отец работал на благо Родины и Партии, разве он не заслужил Правды?

-Товарищ Бехтерева,-участливо продолжила я.-Наталья Петровна! Давайте рассмотрим два варианта гипотетически. Только гипотетически. Ваш отец был Главным конструктором Остехбюро. Особого бюро. То есть –не рядовой сотрудник, а руководитель с кучей подписок секретности. Итак первый вариант-его подставили ,и он не виновен. Но вред Остехбюро был уже нанесен, и он, как руководитель тоже несет ответственность.

-Да ,но…- Попыталась оправдаться Наталья Петровна.

-Второй вариант-ваш отец поддался на провокации и сам влез в дерьмо. В этом случае интересам государства был бы нанесен больший ущерб. В любом случае ,ваш отец –секретоноситель, и открыть информацию сейчас-не совсем логично.

-Но руководитель Остехбюро Бекаури реабилитирован в тысяча девятьсот пятьдесят шестом…-Попыталась продолжить Бехтерева.

-Товарищ Бехтерева, я же вам объяснил проблемы с секретоносителями. Давайте подождем десять лет и вернемся к этому вопросу.

Семичастный с серьезной миной на лице покивал в знак согласия со словами генсека. Глава КГБ и сам не знал ,почему Шелепин, его бывший патрон,заблокировал дело Бехтерева, он не спрашивал ,а только принял к сведению.

Плечи Бехтеревой поникли ,видно было, что она разочаровалась в Брежневе.

-Товарищ Бехтерева ,я предлагаю вам другую вещь. –Я решила направить пыл Натальи Петровны на благие дела. –Предлагаю вам полностью заняться работой по тематике мозга. Ваш дед начал эту работу ,его ученики продолжили, но ушли в нейрохирургию. Я признаю за нейрохирургией большую роль, но нужна еще и терапия. Вот этой –то терапией болезненных состояний мозга, я не говорю о психиатрии, еще полностью никто не занимался. Вы можете продвинуть советскую науку на достаточно большую высоту , если займетесь вплотную этой тематикой ,а там , глядишь, десять лет быстро пройдут. И вы станете мудрее, и сможете принять правду ,какой бы она не была.

Моя проникновенная речь заинтересовала Бехтереву. Она поняла ,что за спрос бить не будут ,и воспряла духом.

-Вы имеете в виду..?-Бехтерева не поверила и переспросила.

-Я хочу ,чтобы вы работали и не поддавались на провокации. Вы руководитель одной из служб, принимаете важные решения, наверняка ,попадаете в сложные ситуации и с честью из них выходите. Партия хотела бы ,чтобы занялись этим большим делом и вывели нашу страну на передовые позиции.

У Бехтеревой загорелись глаза, она уже переключила свое внимание с личной обиды на дело. Я очень надеялась, что Бехтерева организует прорыв в изучении проблем мозга.

Я завершила беседу с Бехтеревой, попрощалась с директором Института и мы отбыли на ужин. После ужина нас ждало концертное представление подопечных организаций товарища Фурцевой.

Глава 14

Я вернулась из поездки в Ленинград удовлетворенная. Теперь мои позиции укрепились. Если раньше я в панике пыталась сориентироваться в движухах на Политбюро, то теперь я могла играть краплеными картами. Мне нужно было натравить Шелепина на министров и товарища Суслова. Это можно было сделать, раскрутив проект освоения Сибири и Дальнего Востока. Черненко уже вернулся из больницы, его затворничество по причине пневмонии закончилось. В Ленинграде я не только встречалась с массами, но и вспоминала . В памяти остались обрывки новостей от «600 секунд», «Взгляда», «Военной тайны» ,и новых передач, таких как «Не факт», «Улика из прошлого» и документального криминального сериала на НТВ с Леонидом Каневским.

Почему я решила воспользоваться Шелепиным? Шелепин считался честным партийцем, хотя и с наполеоновскими амбициями, приведшими его к заговору против Хрущева. И хорошим аналитиком ,иначе он бы развалил КГБ, вот я и подброшу ему задачу с детективным уклоном.Мне все еще нужно было выиграть время. Командировкой в Ленинград я спаслась и от контактов с членами молдавско-днепропетровской политической группировки, которые составляли окружение Брежнева. И отодвигала на неопределенный срок войну с ЦК Украины. Эти майданутые и во времена СССР слишком наглели.

И ,коромысло налево ,у Брежнева кроме жены и детей были еще родственники ,вот с ними мне вообще не хотелось встречаться, поскольку всплыли бы воспоминания о детстве ,в котором я ни бум-бум. Проблема была еще и в том ,что дочка Брежнева теперь жила с ними. Все было из-за внучки ,вернее из-за первого мужа Галины. Циркач оказался злопамятным мужиком и периодически вспоминал о правах отца ,вернее о праве проживания ребенка с отцом. Нет, первый муж Галины открыто не угрожал ,иначе бы его можно было приструнить, просто тактичные намеки на фривольное поведение Галины ,которое можно было рассматривать двояко. Да и богема после хрущевской оттепели почувствовала себя в силе и стала потихоньку сливаться с криминалитетом.

Кроме всего прочего, на повестке дня стоял злободневный вопрос о существовании МВД. На июнь шестьдесят шестого года такого министерства не наблюдалось. МВД было распущено после войны и его функции были переданы в республики. Из своей реальности я знала ,что министром внутренних дел должен был бы быть Николай Анисимович Щелоков, старый знакомец Брежнева по Днепропетровскому горисполкому. Ну что ж, ускорим это назначение. Мы с Косыгиным лед вроде бы растопили. Хоть он и бесится по поводу моего мнения о хлебных интервенциях.

-Александр!-я нажала на кнопку селекторной связи со своим секретарем.-Соедините меня с Косыгиным.

-Минуту!

-Добрый день, Леонид Ильич!-Раздался в трубке голос Косыгина.

-Добрый день ,Алексей Николаевич, как вы относитесь к общественной безопасности?

-Вы хотите вернуться к обсуждению введения отдельного министерства? Вы уже поднимали этот вопрос в начале апреля.

-Да ,я бы хотел услышать вашу точку зрения на штатную структуру !

-Да ,я подготовил кое-какие наметки. Когда я могу к вам подойти?

-Минут через двадцать я буду вас ждать.

-Мда , -я поджала губы. –Косыгин явно в курсе. Вот только, что обсуждал товарищ Брежнев в начале апреля по поводу министерства общественной безопасности, я-то не в курсе!!

Косыгин подготовился по вопросу министерства общественной безопасности достаточно основательно. Это не было ответом на задание на Политбюро, отнюдь нет. Все дело было в серых кардиналах от идеологии. Пельш и Суслов. Старые партийцы –ленинцы. Суслов забирал большое влияние на Брежнева. Косыгина это беспокоило. Если Шелепин в заговоре против Хрущева был больше в роли маршала Жукова ,то Суслов дергал за свои тайные ниточки, и набирал силу исподволь. Косыгин, анализируя командировку Фурцевой в Ленинград понял, что Суслов нечаянно влез в отношения Брежнева и Команданте. Косыгин не знал ,о чем договорились на майской встрече Команданте с Брежневым, но постоянные намеки Леонида Ильича о приезде Команданте в Ленинград и прямо таки продавленное решение о введении джаза в программу обучения в музыкальных училищах наводили Косыгина на мысль о далеко идущих планах товарища Брежнева.

Я сидела и с интересом слушала ПредСовМина. Действительно, план по министерству общественной безопасности у него был готов. Косыгин планировал воспользоваться министерством РСФСР как базовой платформой, в том числе он претендовал на ГУЛаг. ГУЛаг сейчас входил в состав КГБ.

-Знаешь, Алексей Николаевич , Соловецкий монастырь , другие объекты ГУЛага лучше пока не трогать. Там отлаженная система, если мы сейчас на начальном этапе затеем перевод этих структур, головной боли не оберемся. Мы сделаем по другому. У нас контакт с финнами налажен, нужно договориться об обзорных экскурсиях по их тюрьмам и сизо, пусть товарищ Громыко организует нам встречу с премьер-министром. Я думаю ,что мы можем закупить проекты их тюрем для строительства в Ленинградской области , Коми, Карелии. По температурному режиму они совпадают. Я думаю ,может , поговорить о подряде на строительство и связном кредите. Это всяко лучше будет, чем опять у нас что-то развалится.