Когда наступит рассвет (СИ) - Кострова Анна

Через десять минут они все-таки выехали, радуясь, что сегодня практически нет пробок. На улице по-прежнему шел небольшой дождь, большими хлопьями покрывая промерзшую землю. Миллер смотрела в окно, которое было приоткрыто, и при любой возможности ловила большие капли сквозь черные перчатки. Долго любоваться словленной каплей не удавалось, так как она моментально таяла, оставляя мокрое пятно на ткани.

Уилсон любовался ею, когда та не замечала на себе его взгляд, и удивлялся, насколько же она прекрасна. Такая чистая и невинная, словно ангел, свалившийся ему на голову с небес, как будто она посланница, что сможет превратить его жизнь в сказку. Хотя так и было. С тех пор как она пришла в академию, Томас всегда думал о ней, не в силах не улыбаться при одном ее виде. И он благодарен Богу, что тот дал ему маленький шанс быть с ней, чувствовать каждое прикосновение ее рук, понимать, что она счастлива так же, как и он.

— Томми, останови здесь, пожалуйста. Не хочу, чтобы нас видели вместе и подумали что-нибудь, — сказала Миллер с некой хрипотцой в голосе.

Тот кивнул в знак согласия и высадил ее возле какого-то магазина, а сам повернул направо, прямо на парковку их академии. Через пять минут он уже находился в учебном заведении, приветствуя всех преподавателей, которые что-то бурно обсуждали. Он стремительным шагом направился к толпе, чтобы узнать, что же все-таки происходит.

— Добрый день, — поздоровался он с деканом.

— Добрый день, Томас, тут полиция хочет с тобой поговорить, — сказал мужчина лет сорока.

Сердце Уилсона пропустило один удар, ладони начали потеть, а дыхание сбилось с ритма. Он кивнул головой и направился в аудиторию за шерифом, нервно сглатывая скопившуюся слюну. Он очень сильно волновался и не понимал, что здесь происходит и почему именно с ним хотят поговорить. Может, кто-то узнал про то, что он тайно встречается со студенткой?

— Добрый день, присаживайтесь. У меня к вам есть несколько вопросов относительно Эбби Милллер, — сказал молодой шериф, открывая блокнот для записей.

Уилсон нервно сглотнул, чувствуя, как тело его не слушается. Он присел напротив шерифа, читая имя на значке.

— Что вы хотите знать, шериф Пэрриш? — собравшись с мыслями, спросил преподаватель.

— Я хочу спросить, как давно вы знаете Эбби Миллер и в каких вы с ней отношениях? — он уставился на него, ожидая ответа.

— Она моя студентка, я знаю ее с августа, с самого начала учебного семестра. Я еще ее куратор, так что я иногда помогаю ей, когда у нее проблемы. Я всем помогаю, кто нуждается в моей помощи, — Уилсон нервно потирал ладони, так как ему не нравился этот допрос.

— Хорошо, а вы знали, что ее хотели убить?

— Да, именно поэтому я присматривал за ней и за ее другом Нэйтеном Фостером.

— Хорошо, а как вы вчера оказались в квартире Ральфа Рочестера? Вы его знали?

— Нет, я с ним не знаком, но знаю, что мисс Миллер хотела с ним поговорить. Я оказался там, потому что она мне позвонила. Я хотел спросить, что случилось, но услышал чужой голос, который ей угрожал. Именно поэтому я там оказался, — более спокойно отвечал Томас, потирая переносицу, на которой собрались капельки пота от нарастающего напряжения.

— Поговорить? О чем? Как вы узнали адрес? Вы с ним заодно? — начал засыпать вопросами Пэрриш, любопытно поглядывая на Уилсона.

— Спросите лучше у нее, это личное. Я знал адрес, потому что она просила однажды меня подвезти ее туда вместе с другом, — про друга он соврал, понимая, что может вызвать подозрения. — Я ответил на все вопросы, я могу идти?

— Да, конечно. Когда появится мисс Миллер, пусть зайдет сюда.

Томас кивнул головой, покидая аудиторию. Он облегченно вздохнул, запуская руки в волосы и взъерошивая их. На него сразу же набросились преподаватели, спрашивая, о чем была беседа. Уже вся академия была в курсе, что вчера вечером было покушение на Эбби Миллер и Нэйтена Фостера, поэтому совали свои любопытные носы в это дело, желая услышать подробности. Но мужчина молчал, не желая привлекать внимание.

Все студенты только и говорили об этом, придумывая что-то у себя в голове. Когда Эбби зашла в академию, то все взгляды пали на нее. Она шла по коридору, пытаясь не обращать внимания, но перешептывания становились громче, а переглядывания — чаще. Она непонимающе смотрела на окружающих, и, когда ее взгляд падал на одного из студентов, то тот замолкал и опускал глаза в пол.

— Мисс Миллер, добрый день, — сказал Уилсон, остановившись возле нее. — С тобой хотят поговорить, поэтому зайди вот в эту аудиторию, — шепотом произнес он.

Он указал пальцем на нужную дверь. Эбби одобрительно кивнула и зашла внутрь, застав там молодого шерифа, который что-то писал в блокноте и копался в каких-то бумажках. Звук каблуков заставил его оторваться от дел и взглянуть на нее.

— Здравствуйте, я Мисс Миллер. Говорят, вы хотели меня видеть, — она села напротив нее, помещая сумку себе на колени.

— Да. Я здесь веду дело Ральфа Рочестера, который пытался вас убить. Расскажите, откуда вы его знаете и почему он на вас покушался, — мягко сказал шериф, сложив руки в замок.

— Пожалуй, вы должны знать предысторию, — Миллер вздохнула, делая глубокий вдох и набирая больше воздуха в легкие. — Все началось с того, как я пришла в эту академию. Я увидела здесь преподавателя, который очень похож на моего брата. Но проблема в том, что мой брат погиб в авиакатастрофе чуть больше полугода назад. Я подумала, что он нас обманул, что он жив, понимаете?

Шериф кивнул головой, делая вид, что понимает, хотя на самом деле не знал, причем здесь ее брат и авиакатастрофа, но внимательно слушал ее, заметив, что она сильно волнуется, отчего теребит низ свитера или нервно стучит пальцами по деревянной поверхности стола.

— Тогда я со своим другом, его зовут Нэйтен Фостер, начала расследование, чтобы больше узнать о той катастрофе. Мы ходили к Доминику Гашеку, который расследовал это дело, потом в аэропорт за записью с камер наблюдения, чтобы что-нибудь узнать. А потом эти люди умирали, он их убивал, чтобы мы ничего не узнали.

— Кто? Мистер Рочестер?

— Да. Но тогда мы не знали, что это он. Мне на телефон приходили сообщения с угрозами, он в меня стрелял, и вот когда мы узнали про него, то похитил и пытался убить, понимаете?

— Да. Мисс Миллер, я записал ваши показания, но у вас есть доказательства? — он вскинул одну бровь.

— Да, конечно. У меня остались его сообщения, кас. — Эбби запнулась, решив утаить про кассету, поскольку там фигурировала она с Томасом. — А еще есть запись, где он признался, что убил моего брата и тех людей.

— Хорошо, тогда жду вас завтра в участке, принесете все, что у вас на него есть, — Пэрриш встал с места, собирая свои бумаги, тем самым освобождая рабочее место Уилсона.

— А сколько ему дадут? — немного замявшись, спросила Эбби.

— Ему может светить пожизненное, если вы принесете компромат.

Затем шериф покинул аудиторию, а Миллер осталась внутри, присаживаясь за парту. Она была немного насторожена насчет Томаса, но с другой стороны ликовала, потому что ублюдка Ральфа арестуют и накажут по полной мере. Она сидела, немного задумавшись, и не заметила, как чьи-то руки коснулись ее талии.

Миллер повернула голову и увидела Уилсона, который стоял сзади.

— Все хорошо? — спросил тот, перекидывая ее волосы на другую сторону и касаясь губами ее шеи, оставляя легкий и расслабляющий поцелуй.

— Да. Даже не верится, что после суда все закончится.

— Все уже закончилось, — Томас коснулся ее губ, втягивая в поцелуй.

— Нас могут увидеть, — сквозь поцелуй шептала Миллер.

— Дверь заперта, — Уилсон показал ее ключи, что значительно успокоило девушку.

Мужчина усадил ее к себе на колени, продолжая целовать эти пухлые губы, на которых стирался клубничный блеск после каждого его прикосновения. Девушка уже не робела, а смело касалась его губ, иногда улыбаясь сквозь поцелуй.