Виват, Королева! (СИ) - Малиновская Настя

— Вера, — нарушив тишину и тяжелое мужское дыхание комнаты, Исаев вдруг начал разговор, — Где вы встречались с Гордеевым?

— Ну… — я от неожиданности покосилась на Софу, начав запинаться, — В «Альпенгроте», пару раз гуляли в парке, я не знаю… А, ну на даче у него была один раз, а что?

— Где Рита? — он уперся локтями в разведенные локти и исподлобья посмотрел на меня. Он спрашивал это довольно серьезно, даже грубо, что я передернула плечами от его тона. Я даже не сразу нашлась, что ответить. Просто растерялась.

— Я надеялась, что ты знаешь, где она…

— Помнишь, мы разговаривали с тобой по поводу доверия? — он вздохнул, продолжая сверлить меня взглядом, пока все остальные молчали, напряженно наблюдая за разворачивающейся драмой, — Ты клялась и божилась, что не ты сливаешь ему. Я прощу тебе твое крысятничество, но сейчас спрошу по-хорошему, как отец, у которого пропал ребенок: где моя дочь?

— Что ты несешь? Какое крысятничество? Я себе места не нахожу все эти дни, а ты заявляешься и обвиняешь меня в этом дерьме? Ты в своем уме?

Я буквально почувствовала, как скаканул пульс, щеки залил багрянец, а в ушах неприятно запульсировало.

— Сегодня в офис пришло письмо, где Гордеев своей рукой пишет, что ты знаешь, где находится Рита, — Ваня поджал губу, посмотрев на меня. Мне показалось, что я его не узнаю, совершенно чужое лицо, голос, незнакомый мне человек. Его тон был таким же требовательным, как у Артема.

— Это неправда, — я отрицательно покачала головой, от волнения поджимая пальцы на ногах, — Этого не может быть. Нет. Вы сами — то себя слышите? — я истерично засмеялась, чувствуя, как по щекам побежали слезы.

— Она не знает, — неожиданно вступился Андрей, подходя к окну, — Перестань, Артем.

— Это доводит меня до отчаяния, — вдруг признался Артем, опуская голову, — Я не знаю, что делать. Этот ублюдок отправляет мне конвертики, пока моя дочь неизвестно где. Вспомни, может, он что-то рассказывал тебе, или показывал, может, звал куда-то, Вер, я тебя прошу. Любая мелочь. Мы перевернули всё, где он мог быть и ничего не нашли.

— Не знаю, я не знаю, правда. Артем, — я подошла ближе, присаживаясь рядом с ним на корточки и заглядывая ему в лицо, — Пожалуйста, поверь мне. Мы встречались в «Альпенгроте» в основном, и один раз на даче, в парке, на Патриарших гуляли, даже не заходили никуда, это все…

— Нету нихуя ни в кабаке его сраном, ни на даче, ни дома, даже в «Родных Просторах», нигде ничего. Вспоминай, Вер.

— Ты же понимаешь, что он бы не повез ее к себе, тащить ее волоком — соседи бы увидели, — Мишка первый раз за все это время «проговорился». Устало снял заляпанные очки и прикрыл глаза, откидываясь на подголовник на диване.

— Может отдыхающие на турбазе что-то видели или слышали? Женский крик там, не знаю, — тряхнув затекшей ногой, я поднялась, пересаживаясь на подлокотник, рядом с Артемом.

— На какой турбазе?

— Ну, в смысле, вы, когда на дачу ехали, по правой стороне, не доезжая протоки, турбаза стоит «Здравушка» или «Здравица», ее сложно не заметить.

— Причем тут «Здравица» и Хорошаевская Горка? Ты какую-то ересь собираешь…

Все вернули свое внимание ко мне, заставив меня поежиться.

— После турбазы, этой «Здравицы» мы повернули налево, куда-то в сторону Аникеевки, там еще указатель стоял «Опалиховый лес»…

— И что там? — Исаев смотрел на меня как на дурочку, крепко схватив за руку.

— Дом у него. Один, посреди сосняка стоит, дача… Я там была.

— Пидор, — выругался Исаев, поднимаясь с места, — Поехали ребят, времени сидеть нет.

Они поднялись со своих мест и покинули дом также тихо, как и пришли. Мы с Софой проводили отъезжающую машину и переглянулись.

— Ты ни в чем не виновата, Вер. Это просто нервы, он так не думает, — она заботливо погладила меня по плечу, одновременно подтирая влажные разводы у меня на щеках.

— Ага… Я отъеду ненадолго.

— Куда? Вер…

— Все хорошо, Соф. Просто сейчас мне нужно уехать, не говори Артему, ладно?

Я поднялась в спальню, на ходу снимая домашний костюм и натягивая джинсы и водолазку.

В голове не укладывалось, что Гордеев снова решил столкнуть нас с Артемом лбами. Он снова пошатнул доверие Артема ко мне, так очевидно и нелепо вывернув ситуацию. Получается, я единственная знала место, где он может прятать Риту и он сыграл на этом.

Сдвинув вешалки с рубашками в сторону, я добралась до домашнего сейфа, сейчас я уже знала пароль — дата смерти Санька, того самого лучшего друга Артема, брата Софы.

Вытащив пистолет из кобуры, достала магазин, пальцами касаясь каждой пули, напряженно ждущей своей секунды.

Знала, что рано или поздно он объявится, раз решил сам толкнуть Исаева к поискам в «нужном» месте. Значит, у него другие планы и о моем визите ему сообщат, в этом я не сомневалась.

Сейчас я должна была закончить то, во что он нас втянул.

Пока у меня были силы, и не было страха.

Я больше не боялась.

— Ну милая, не подведи, — ласково сжала в ладони ту самую голубку, которую как-то оставила Артему в момент нашего расставания, он почему-то хранил ее в сейфе, и сунула ее в карман пальто.

Дело оставалось за малым — не струсить в нужный момент, потому что я собиралась убить человека.

Своего отца.

14

Вера

Я гнала машину по трассе, испытывая невероятный прилив адреналина. У меня не было прав, поэтому большую часть времени в дороге мне приходилось подстраиваться под общий поток, иногда пыталась лихачить, но выходило так себе, старательно проговаривая в голове, где какая педаль, чтобы не отправиться на тот свет раньше времени.

Если честно — было ужасно. Мне постоянно сигналили, подрезали, ну и вообще в целом ситуация на дороге не слишком меня впечатлила, поэтому это был первый и последний раз, когда я села за руль. Для этого есть Исаев или Костя, в конце концов.

Несмотря на напряженную обстановку, я пыталась следить за дорогой, но мысленно все равно была не в машине. Перед глазами то и дело проносились картинки из жизни. Моя семья, Гриша, со своими бесконечными «праздниками», бабушка, со своими нравоучениями, институт, Стас, Ленка, «Горный Ручей», Артем, Мишка, Андрей, Софа, Ваня…

Витька…

Они все были частью моего какого-то сумасшедшего мира, который сжимал меня в своих объятьях все сильнее и сильнее, не позволяя сделать очередной вздох. Как будто затягивая на дно, в этот водоворот, все глубже и глубже… И в какой-то момент я даже перестала сопротивляться.

Теперь это была и моя жизнь.

Сейчас я вспоминала все свои обиды с улыбкой, мои прошлые проблемы казались такой мелочью и даже не стоили моего внимания.

Все было иначе, слишком по-детски, что ли.

Не так как сейчас.

Я всю жизнь мечтала о семье, о полноценной семье, где мама и папа, где меня будут любить, а не только учить как правильно и как нужно. Мне не хватало материнской ласки и поддержки отца. И когда у меня вроде бы появилась возможность — я решила от нее отказаться. Решительно и категорично. Не совсем понятно для остальных людей, но я понимала, что другого выхода не было.

Вспоминая слова Артема: «либо ты, либо тебя», я не была готова жертвовать кем-то, чтобы обезопасить или спасти себя.

Я бы сама себе это не простила.

Мне еще нужно было многому научиться, многое понять в этой жизни, чтобы сделать очередной шаг, мне нужно было много раз подумать. Но каждый раз держа Артема за руку, я старалась перенимать, впитывать как губка, его решительность, твердость, силу духа.

Желание защитить…

Я искренне верила, что Риту найдут именно там, куда нас всех «направил» Гордеев, надеялась, что это был честный ход, а не отвлечение внимания. Но это уже было неважно.

Когда я подъехала к «Альянс-Инвест», остановившись прямо напротив входа, поправила пистолет под водолазкой и в очередной раз сжала голубку в кармане. Мне будто легче становилось от ее присутствия.