Время Бармаглота - Дмитрий Колодан

— Все достанется соседу, который этого парня ко мне спровадил, — сказал Мелвин. — Но в целом да, похоже.

— Я и говорю — бред.

Сандерс перевернул пару страниц, рассматривая смазанные фотографии и таинственные блок-схемы.

Мелвин взял за уголок недоделанную фигурку-оригами. Сейчас она больше напоминала лягушку, повстречавшую дорожный каток. Мелвин решил переделать ее в утку — но кто знает, куда заведут дальнейшие переплетения сгибов и складок?

— Или еще… Конкурс! — не в силах сдержать возмущение, Сандерс швырнул журнал на столик. — Ну как это называется?

— Привлечение новых читателей? — предложил Мелвин. Три сгиба — и лягушка стала похожа на ящерку. Темпы эволюции салфетки воодушевляли, хотя от эффекта «дорожного катка» избавиться пока не удавалось.

— Лишь бы побольше денег захапать! Сфотографируй привидение и выиграй поездку в Париж! Они думают, настоящие исследователи будут ловить призраков ради поездки в Париж!

— Кто-нибудь да найдется, — пожал плечами Мелвин.

— Найдутся дилетанты и шарлатаны, — хмуро ответил Сандерс.

— Так вы сами поучаствуйте, — предложил Мелвин в надежде закрыть эту тему. — Вы же не дилетант и не шарлатан?

Он заговорщицки подмигнул Сандерсу. Тот наградил его взглядом, полным такого сочувствия к его умственным способностям, что Мелвин растерялся.

— Э… Сфотографируйте ту стаю привидений, которую, говорите, вы видели.

— Ради поездки в Париж?

— Почему? Ради науки. Сразу поставите на место шарлатанов. Да и Париж — красивый город… А если постараться, может, встретите своего Руперта в аэропорту Де Голля. Представляете, какой будет сюрприз?

Сандерс молча посмотрел на Мелвина. Затем взял журнал — осторожно, словно боялся, что тот вспыхнет у него в руке, — и перечитал заметку про конкурс.

Мелвин отложил злополучное оригами. Фигурка, честно сказать, получилась не ахти. Уткой ее мог назвать только человек с очень богатым воображением. Все-таки отношения с бумагой у Мелвина не складывались. Не пластилин — здесь нет и капли ощущения органической материи под пальцами.

— И что это? — нахмурился Сандерс, обратив внимание на творение Мелвина.

Под взглядом Сандерса Мелвину захотелось поскорее скомкать птицу и выбросить в урну.

— Райская птица. Вообще-то изначально я думал, это будет утка… Но не получилось.

— Райская птица, — повторил Сандерс, не спуская глаз с фигурки.

— Ну, если присмотреться… — начал Мелвин. Сандерс перебил его взмахом руки:

— Это знак!

Не утруждая себя объяснениями, он встал и зашагал вниз по улице.

О глупейшей идее поохотиться на призраков Мелвин пожалел через день, когда Сандерс не пришел на озвучку. Что странно само по себе — прежде тот не задерживался больше чем на пять минут. Однако минуло полтора часа против назначенного времени, а от Сандерса ни слуху ни духу.

До сих пор опоздания были прерогативой Дианы. И она преуспела на этом поприще: даже на Острове, когда до импровизированной студии нужно было пройти несколько метров по коридору, Ди никогда не приходила вовремя. Как это сочеталось с ее «внутренними часами», которые вечно спешили, Мелвин не представлял. Временной поток Дианы не подчинялся известным законам физики. Попади она в руки ученым, это повлекло бы существенные переработки теории относительности. К счастью, до сих пор Ди удачно избегала цепких лап научного сообщества.

К чести сказать, Ди, хоть и постоянно опаздывала, делала это красиво. Ей и в голову не приходило извиняться или сочинять оправдания. Нет, Диана возникала, светясь уверенностью. Еще ни разу Мелвин не видел ее запыхавшейся или растрепанной. Едва успев появиться, она развивала столь бурную деятельность, что нужно было сильно постараться, чтобы угнаться за ней. И, как всякий человек, начисто лишенный пунктуальности, Диана терпеть не могла ждать.

Она напоминала тигра, запертого в клетке, перед которым отара овец устроила воскресный пикник. Диана носилась от стены к стене, литрами поглощала вязкий кофе, косилась на часы и по пути роняла стулья, микрофоны и стойки. Впрочем, разрушения дело обычное. Избыток нерастраченной энергии не способствует аккуратности, а энергии у Дианы было предостаточно — мало того что рыжая, так еще и наполовину мексиканка. Про себя Мелвин давно записал Ди в разряд стихийных бедствий и смирился.

Сейчас на девушке была фирменная футболка «Суперкротов», на которой над улыбающейся мордочкой Леди Сью маркером было выведено: «Терпеть не могу». Надпись появилась вчера вечером и, следуя логике Дианы, должна служить немым укором Мелвину. Хитрый способ оставить за собой последнее слово в любом споре.

— Ты ему звонил? — в который раз спросила Ди.

— Ага, — отозвался Мелвин. — Минут десять назад. Никто не берет трубку.

— Позвони еще раз, — она глотнула кофе и уставилась в полупустую чашку. — Твой Остров сведет меня с ума… Ни на кого нельзя положиться!

— До сих пор он не опаздывал, — напомнил Мелвин. — Может, пока запишем твою дорожку? А сводить будем, когда придет Сандерс?

— Ты и так меня сводишь. С ума. Ты и твои землеройки! — она всплеснула руками. По стене поползла дорожка кофе, но Ди не заметила. — В который раз объясняю — я не могу так работать. Разговаривать с тем, кого нет… Это называется шизофрения. Воображаемые друзья и все такое.

— А еще актриса, — буркнул Мелвин.

— Ха! Не нравится — ищи другую! — зацепившись ногой за провод, Ди чуть не сбросила со стола ноутбук. Чудом Мелвин успел подхватить его в последний момент. По странному стечению обстоятельств на экране компьютера Леди Сью, так же зацепившись за провод, выключила Адскую Машину.

Создавая Леди Сью, Мелвин изначально имел в виду Диану, копировал ее привычки и выходки. И пусть саму роль сыграла пластилиновая кукла, никто другой не смог бы озвучить ее. Мелвин зависел от Дианы так же, как от Сандерса. Ди это прекрасно понимала и пользовалась на всю катушку. Скрестив руки на груди, она с вызовом посмотрела на Мелвина.

— Да ладно, не злись, — примиряюще сказал Мелвин. — Подождем еще минут пятнадцать…

— Ты это уже говорил. Час назад. Что изменилось?

Мелвин глубоко вздохнул. Ставить в укор ее опоздания бессмысленно. Сейчас же она на месте?

— Ты знала, что у Сандерса есть сын? — спросил он, чтобы отвлечь Диану.

— Руперт-то? Ага. Он очень им гордится. Карточку показывал — симпатичный молодой человек. Пилот на международных линиях.

Мелвин не удивился, что Диана знает о Сандерсе куда больше, чем он. Небось в первый день на Острове выпытала все тайны и секреты. Женское любопытство — зверь страшный: вовремя не покормишь — сожрет с потрохами.