Избранные циклы фантастических романов. Компляция.Книги 1-22 - Кира Алиевна Измайлова

не сломала, тот самый, который Динк мне подарил. Самой-то мне теперь причесываться было легче легкого: пальцами кое-как волосы разобрала, в хвост увязала, чтобы в глаза не лезли, и ладно, а Серебряный вечно каких-то репьев нахватает!

В таком вот виде, не слишком тщательно вычищенный и вычесанный, в простой потертой сбруе, с заплатанным чепраком (тоже Динку спасибо, я и не подумала, что по седлу и уздечке тоже можно признать лошадь из княжеских конюшен!) Серебряный уже меньше походил на любимца князя Даккора. Но и то… породу не спрячешь, а норов тем более.

– Увести не увести… – протянул Чарим и принялся наматывать ус на палец. – Мутный он какой-то, странник этот. Сегодня, пожалуй, я сам посторожу.

– Мы посторожим, – кивнул Вител.

– Вы мне не доверяете, что ли? – обиделась я. – Я ни разу не заснул!

– Не в том дело, балда… Просто ты малец неопытный, повадок таких вот… странников не знаешь, а мало ли что?

– Тогда я с вами посижу, – тут же сказала я. – Я уже привык по ночам не спать! А вы как раз и расскажете, чем эти люди могут быть опасны, да?

– Да от тебя не отвяжешься, пристанешь ведь, как репей… – пробурчал Чарим и переглянулся с напарником. – Расскажем, ясное дело, потому как путь у нас впереди еще долгий, не угадаешь, с кем столкнешься.

– Знаете, – произнесла я, почесав в затылке, – я тут подумал… Да что вы смеетесь?! Умею я думать! Так вот, это самое… может, мне с вами дальше пойти, за перевал?

– Ты ж боялся.

– Мало ли чего я боялся… Там, вы говорите, всякое-разное водится, но вас оно до сих пор не съело, значит, не такое уж оно страшное, если все по правилам делать, да?

Вител молча кивнул, ухмыляясь в усы. Видимо, мои умопостроения его забавляли.

– А тут непонятно, что дальше делать, – завершила я мысль. – Что мне, обратно с перевала возвращаться, что ли? Ну, вернусь… А найду я Данвор, не найду, а если найду, разрешат ли мне там остаться… Может, того рыцаря давно в живых нет, а наследники о семействе Тор и слыхом не слыхивали и прогонят меня поганой метлой! И как быть? Денег, – тут я побренчала остатками медяков, – в обрез, а есть-то охота… и коня кормить опять же. Если только продать его, но кто купит? Это ж не рабочая лошадь, в телегу если и запряжешь, толку не выйдет…

– Ишь ты, как складно болтаешь, – сделал мне комплимент Чарим, посмеиваясь. – Чего еще скажешь?

– Да все уже, – пожала я плечами, – вот, с вами прошусь. Тут мне точно никак не устроиться, а за перевалом, может, на что и сгожусь!

– Думаешь, в чужом краю медом намазано? И такого нескладеху с распростертыми объятьями примут?

– Что-то меня и в родном краю не особенно привечают, так что невелика разница! А вдобавок еще и голод, если странник не соврал… Что ж мне, совсем пропадать? Или побираться идти? – Я перевела дыхание и попросила как могла более жалобно: – Возьмите меня с собой, может, я вам еще пригожусь!

– Уж не прогоним, – хмыкнул Вител, – думаешь, мы б тебя и без твоих речей отпустили неведомо куда, бестолочь этакую?

– А чего тогда слушали столько времени?! – возмутилась я.

– Больно складно говоришь, – ответил Чарим. – Вот, кстати, мог бы своими сказочками на хлеб зарабатывать…

– Это если б слушателям самим того хлеба хватало. А когда брюхо пустое… сказками сыт не будешь. Но на будущее учти, – вздохнул Вител, – за перевалом тоже любят послушать складные враки. Может, тем и перебьешься, а может, пристроим тебя к кому-нибудь в подмастерья.

– Или у себя оставим, – хохотнул Чарим. – Не знаю, правда, пойдем ли сюда на будущий год, похоже, проку от этого не будет… Ну так давно собирались разведать еще кое-какие пути-дороги, вот случай и подвернулся. Лишний человек всегда пригодится. Тем более ты, Ленни, похоже, удачливый.

– Это как?

– А так. До того как мы тебя подобрали, все наперекосяк шло. И торговли никакой, и погода дрянь, и вол захромал… А теперь гляди-ка! Оно, конечно, прибыли все равно не видать, но хоть с неба не льет, вол до сих пор не пал, готовишь ты съедобно, да и болтовней своей развлекаешь. От скуки, знаешь ли, волком взвыть можно. А уж если настроение поганое, погода такая же, а кругом одни и те же унылые рожи… – Он махнул рукой. – Так и тянет за топор схватиться!

– Это уж ты маху дал, с топором-то, – вздохнул Вител. – Но в главном прав: в дальней дороге с таким настроем – хуже не бывает.

– Угу, – вставил вдруг Бурин, – то уныло было, кругом серо и сыро, а тут будто кто-то костерок запалил. Сразу на сердце полегчало!

– Ну вы уж скажете, – пробормотала я, отводя глаза. – А я это… В одиночку совсем уж тоскливо. Страшно – это ладно, можно пережить, да и Се… Красавчик в обиду не даст, но все ж таки… А с вами и спокойно, и всяко веселее, чем одному!

– Да ты и впрямь повеселел, – сказал Чарим уже без улыбки. – Когда я тебя на постоялом дворе увидел, так удивился: не парнишка, а… слов-то не подберу! Что тощий да бледный, понятно, жил небогато, потом в такую передрягу угодил… Вот только еще какой-то… тусклый, что ли? Не просто тень человека, а уже и тень тени!

– Ишь, как заговорил, – уважительно произнес Мак. Они с Мароном обычно помалкивали, но слушали внимательно. – А и я заметил. Похоже, просто отъелся наш Ленни да выспался – прежде, должно быть, вполглаза дремал, каждого шороха пугался, а? Ну и повеселел, сказки рассказывает, и вон, даже волосы завились, как у девчонки!

– И правда что, – пригляделся Вител и дернул меня за хвост. – Этак усы отрастишь погуще, подкрутишь по-молодецки, синий глаз прищуришь, кудри распустишь – все девицы твои будут! Может, даже горная ведьма влюбится, чего б нет?

– Издеваетесь… – протянула я с тяжелым вздохом, и они загоготали.

Чарим был прав: походная жизнь нелегка, однако я бралась за любое порученное дело, вспоминала то, чему учили меня дома, забывала придворное обхождение и могла уже отбрить какого-нибудь шутника так, что он не враз находился с ответом. Словно маска сползала с меня клочьями – не серебряная, другая. Та, что наросла на лице за годы жизни в княжеском дворце и превратила меня, как точно выразился Чарим, в тень тени, подобие прежней меня…

«Он сказал «синий глаз прищуришь»! – вдруг сообразила я. – Но я ведь… Глаза должны быть карие, как у князя Даккора! Неужели я отвлеклась,