Фантастика 2025-47 - Дмитрий Ясный

от казны полагается в один рубль. За тебя положили два. Сегодня гуляем, – довольно осклабился Зван.

Глава 6

Тайное задание

Н-да. Понятие проставы на новом месте работы или службы придумано не вчера и не исчезнет никогда. В первый-то день они отправились в кабак всем десятком, пропивать два рубля, доставшиеся им за то, что привели Михаила. С жалованьем каждый поступал по своему усмотрению. Кое у кого и семьи имелись, и жили они не в гриднице, а в городе. А вот такой приработок непременно спускался в кабаке, что способствует сплочению. Но сегодня угощал Романов. И не имеет значения, что первое свое жалованье он еще не получил. Влейся в коллектив, и точка…

Сразу после испытаний Горазд отвел новичка на склад, где того облачили в полный русский доспех. Беглого осмотра оказалось достаточно, чтобы понять, что изделие особым качеством не блещет. В свое время Михаил облачал своих дружинников в сталь, как, впрочем, такую же поставлял и Мономаху. Эта же была из вороненых железных пластин. Защита получается куда серьезней кольчуги, но все же не то.

Зато меч из хорошей стали. Не самое лучшее из того, что ковали в Пограничном, но и не ширпотреб какой. А работу тамошних мастеров Михаил узнал. Вес, баланс, удобный хват. А главное, нашлись специальные ножны, позволяющие носить клинок за спиной и без труда выхватывать его из такого положения. К слову, у местных воинов популярностью такие не пользовались. Они искренне полагали, что мечу место на боку. Хотя настоящая причина крылась в том, что такое положение им было попросту непривычно. А вот Романову очень даже наоборот.

Определив обновы в гриднице, направился прямиком на постоялый двор. Видя, как наниматель собирает вещички, Третьяк всполошился было, но Михаил успокоил мальца, что плата остается у него в полном размере. Спустившись вниз, сторговал трактирщику свою конягу, после чего двинулся в оружейный конец.

Расторговав все лишнее имущество, Михаил решил, что коль скоро ему вести дела на Руси, значит, и деньги лучше иметь соответствующие. Поэтому опять посетил банк, где обменял серебряную гривну и браслеты на рубли. Причем серебром взял немного, всего-то сотню рублей. Остальное золотыми червонцами, благо те имелись в наличии.

С одной стороны, оно вроде как удобно, вес уменьшается в двенадцать с половиной раз, да и объем куда как скромней. Но, с другой, неудобно в расчетах – русичи предпочитали золоту серебро. Бог весть с чем это связано, но факт остается фактом.

Вечером того же дня состоялось бурное застолье, а наутро, проклиная свою тяжкую долю, весь десяток вывалил на тренировочную площадку. Бражничать бражничай, а физическую форму поддерживай на должном уровне. Никто не станет платить тебе жалованье за красивые глаза.

К концу недели сослуживцы начали намекать, что неплохо бы и проставиться. Благо завтра воскресенье, а значит, и день отдыха. Вот и бражничают, оглашая стены кабака громким гомоном, здравицами и смехом.

– Горазд, а что происходит в Червене? Я краем уха слышал, что не все вои остаются в княжьей гриднице. Многих отправляют прямиком куда-то на выселки.

– Ты от кого это слышал? – скосив взгляд на Михаила, поинтересовался десятник.

Захмелеть еще не успел, взгляд твердый и требовательный. Сразу видно, что неопределенный ответ он не примет. Еще один камушек в пользу того, что тут зреет заговор.

– Пересвет из второй сотни обмолвился, – и не думая запираться, ответил Михаил, прикладываясь к кружке с пивом.

– Уясни одно, Михайло. Твое дело – служба ратная. Остальное тебя не касается.

– Как скажешь, десятник, – пожав плечами, легко согласился Романов.

– А вот так и скажу.

В этот момент в кабак вошел уже знакомый Романову новик, Елисей. Паренек замер на секунду в дверях, после чего уверенно направился к бражничающим воям. Склонился к уху Горазда и что-то прошептал. Судя по кислой мине, сказанное явно не обрадовало десятника.

– Все, браты, пображничали, и будя.

– Как это – будя? Горазд, да мы только по две кружки пива испили, – сокрушенно произнес Зван.

– Все, я сказал. Собираемся. Поставь, – потребовал Птаха, вперив взгляд в одного из воев, который, похоже, решил добить остававшееся в кружке пиво.

Вообще-то вреда не будет. Пусть оно тут и покрепче, чем в мире Романова, но и мужики, что твои лоси, как на подбор. Да только это не имеет значения. Старший уже отдал приказ и вольностей не потерпит. Авторитет штука такая. Им не разбрасываются.

– Куда хоть отправляют? – со вздохом поинтересовался Зван.

– Не знаю. Велено прибыть на княжий двор. Пошли.

Так и не успевшие захмелеть дружинники с хмурым видом покинули кабак. Так хорошо начавшийся вечер был безнадежно испорчен. И ведь непонятно из-за чего. А так всегда обиднее всего.

Едва прибыли к княжьим палатам, как их направили на склад. Возиться там при лампе, пусть и с отполированным отражателем, то еще удовольствие. А выдать все потребное на дюжину воев, да так, чтобы не большое, не маленькое, а в самую пору, дело непростое. Тут ведь о размерном ряде и слыхом не слыхивали. Разве только изделия сразу делаются в расчете на подгонку.

К слову, времени едва на нее, родимую, и хватит. С рассветом облачившийся в кольчуги отряд должен выдвинуться в путь. А ведь все должно сидеть как влитое и не выглядеть снятым с чужого плеча. И вообще, плохо подогнанная броня не подспорье, а сущее наказание. Эдак ведь и голову можно сложить.

Михаилу повезло. С размером угадали сразу и можно обойтись без подгонки. Единственное, воронения не было, и, несмотря на сало, стальная рубашка успела покрыться легким слоем ржавчины. Пришлось попотеть, оттирая ее в песке. Но хотя бы до коррозионных раковин не дошло. Не то чтобы это сильно повлияло на прочность металла, железо не сталь, но отчищать такое изделие замучился бы.

После этого поместил кольчугу в затопленную русскую печь, а затем прогретый металл опустил в льняное масло. Простой и эффективный способ воронения. С его же легкой руки он уже лет тридцать как получил довольно широкое распространение, во всяком случае, на Руси.

– Ну и зачем ты это сделал? – глядя на его старания, поинтересовался Горазд.

– Да лениво мне что-то каждый раз бороться с ржой. А так хватит надолго.

– А кто тебе сказал, что мы отправляемся надолго?

– Горазд, мне вообще ничего не сказали. Я, конечно, понимаю, что мое дело маленькое – махать мечом и рубить того, на кого укажут. Но, чтобы служить исправно, мне нужно знать малость побольше. Вот только объяснять мне ничего не желают. А я привык подходить ко всему обстоятельно. Так и жить проще, и выжить сподручней.

– Понятно. А теперь иди на склад, верни эту кольчугу, возьми другую и приведи в должный вид.

– Я чистить брони на складах князя