Запрещённая реальность. Книги 1-10 - Василий Головачёв

Стас, облаченный в отличие от почти голого соперника в черное кимоно, ждал его до последнего мгновения в оптимально свободной позе, имеющей в ниндзюцу название кикэн-тай. Эта поза подразумевала нефиксированность бедер и плеч в момент нанесения удара, а также небольшой наклон корпуса вслед выполняемому движению, что позволяет максимально использовать силу инерции тела. Он просто стоял и ждал, что на трибунах было воспринято как оцепенение потерявшего волю к победе молокососа и отмечено улюлюканием и свистом. Но свист моментально стих, как только Кирьяк достиг соперника и промахнулся, нанося круговой удар правой рукой, а левой норовя ухватить Стаса за шею. Однако Стаса на том месте не оказалось, он был уже за спиной украинца, недоуменно ворочающего шеей и не видящего противника.

Развернувшись, украинец снова пошел в атаку и вдруг сунулся головой вперед в татами. И не встал. Стас, пропустив тушу мимо, нанес ему лишь один удар – локтем в основание шеи, так называемый суки кэн в кейтю[297]. Этого оказалось достаточно, чтобы Кирьяк, чемпион Европы по самбо, финалист трех Абсолютных чемпионатов мира, пришел в себя только через несколько минут.

Зал снова взорвался свистом, топотом, криками и аплодисментами. С одной стороны, зрители были недовольны, не увидев боя и не получив того удовольствия, на какое рассчитывали, с другой – оценили победителя по достоинству.

Оглядывая зал, Стас встретил чей-то тяжелый, неприязненный взгляд, мгновенно «ощетинился», но человека, бросившего на него этот взгляд, определить не успел. Тот или отвернулся, или заблокировал передачу эмоций. Поклонившись, Стас сошел с помоста и отправился в раздевалку в сопровождении тренера Такэды, не сказавшего ни слова, только легонько сжавшего плечо.

Следующего боя пришлось ждать два с половиной часа, пока не отработали все двадцать пар предварительного рейтингового турнира. Из сорока участников отсеялись двадцать, которым теперь предстояло сократить число претендентов до десяти. Прошлогодний чемпион мира в предварительных состязаниях не участвовал, он готовился к супербоям.

Стас отдыхал и смотрел бои вместе с Марией. Василия они не видели, но чувствовали, что тот где-то рядом. Девушка выглядела задумчивой и тихой, зрелище ей не очень нравилось, красивых схваток почти не случалось, зато в изобилии присутствовали, как и предупреждал старший Котов, выбитые зубы, сломанные ребра и носы, разбитые физиономии. Правда, серьезных увечий все-таки не наблюдалось, класс участников боев позволял им избегать опасных для жизни травм.

Разговаривали во время схваток мало, хотя на помост Мария особенно и не смотрела. Было заметно, что она о чем-то размышляет, а может быть, прислушивается к разговорам вокруг. И еще Стас обратил внимание на то, что никто из сидящих рядом и сверху мужчин, разгоряченных «обалденным» спектаклем боевых искусств, словно не замечает Марии, красота и вызывающая женственность которой обычно действовали на парней, как красная тряпка на быка. Видимо, она отгородилась от всех, кроме Стаса, «накидкой невидимости».

Следующим соперником Котова был трехкратный чемпион мира по боям без правил, абсолютный чемпион США по карате-кёкусинкай Джерри Чарльз Харрис, гигант ростом в сто девяносто пять сантиметров и весом под сто двадцать килограммов. Этот противник был уже посерьезней самоуверенного Кирьяка, потому что мастером оказался очень высокого класса и двигался по площадке легко, несмотря на громадную массу.

К счастью, Стас к любому поединку готовился с исключительной добросовестностью и к тому же за долгие годы тренировок под руководством дяди усвоил истину, что противника надо уважать. Поэтому и после боя с Кирьяком он не расслабился, не понадеялся на привычное «авось повезет». Минутный сеанс медитации перед схваткой позволил ему сосредоточиться на «состоянии пустоты», и теперь он был готов мгновенно реагировать на любое движение противника.

Харрис был очень хорош. Он не стал ходить по рингу, как это показывают в фильмах, играть мускулами, подзывать соперника пальцем, призывать публику хлопать, а сразу пошел в атаку в стиле кёкусинкай: удар правой ногой по голени – прямой удар правой рукой – боковой удар левой рукой в лицо – поворот – удар локтем в грудь – поворот – блок. Все это было проделано в хорошем темпе, плавно и красиво. Американец мог бы достичь цели, если бы Стас ждал противника на месте. Но опять-таки его там уже не было.

Он просто сделал ирими – «вхождение», то есть ушел с линии атаки партнера, нанес ему два удара – левой рукой в бок и правой в лицо и остановился, сохраняя «состояние пустоты». Формула Дао: нет никакой двойственности, нет никакой борьбы, нет никакого противника, есть только действия собственного духа в гармонии с духом Вселенной – перестала быть для Стаса просто философской догмой, а вошла в плоть и кровь, поэтому он не сражался, а просто «восстанавливал гармонию» в данной области пространства.

Джерри Харрис, пропустив неожиданно чувствительные удары, отлетел в сторону и круто развернулся, обнаруживая соперника сзади. Снова кинулся вперед, наработанно, автоматически реагируя на расслабленную свободную позу Стаса. Прямой удар левой ногой в живот – боковой удар в лицо правой ногой – поворот спиной к противнику – правая нога пошла к левой – удар ногой в грудь (отличный хидари гэдан уширо гэри каагэ). Но вся комбинация снова ушла в воздух, не затронув партнера. Не блокируя удары (в кунг-фу, тайцзи и ниндзюцу нет классических блоков, а в русбое они весьма специфичны – являются одновременно и ударами), Стас уклонился, подхватил изнутри ногу Харриса и легко свалил его влево, используя инерцию удара.

Зал взорвался аплодисментами, поощряя бойцов.

Харрис вскочил, с недоумением глядя на обманчиво расслабленного соперника, но времени на оценку ситуации у него не было, поменять систему боя, которой владел, он не мог, а она требовала действовать в определенном ключе, и американец опять бросился в атаку, демонстрируя красивую и довольно редкую связку приемов с чередованием прыжков, уклонов, ударов руками, ногами и локтями.

Понимая, что бой таким образом может длиться долго, на радость болельщикам, Стас перешел в темп, выпав из поля зрения Харриса, зашел сбоку и нанес несильный, но точный кити кэн – удар ребром ладони по точке поражения сефу[298]. Американец сделал по инерции два шага вперед и завалился на бок, подогнув руки. Бой закончился.

Но, как оказалось, не закончилось испытание Стаса. Спасло его то, что он не