Космические волки: Омнибус - Уильям Кинг

Держась за истерзанный бок, Свирепый Глаз добрел до расколотой балюстрады и уставился во мглу. Он пытался отыскать Грюндара и их заклятого врага, но облака поглотили обоих воинов, рухнувших с высокого шпиля.

В окружающей дымке Драконий Взор заметил других бойцов. С противоположной башенки прыгали «кровавые когти», не сумевшие отыскать Сатара Погубленного. Цепляясь за архитектурные излишества на стенах дворца, они ждали новых приказов и товарищей, перескакивавших следом.

По-прежнему сгибаясь над разбитой оградой и глядя через балкон, Кром услышал шаги позади себя. Испытав боль, он резко поднялся и обернулся, ожидая встретить угрозу, но увидел капеллана-дознавателя Бальта, что пробирался между трупов. Тёмный Ангел опустил глаза, изучая тела космодесантников Хаоса.

— Где ты был? — требовательно спросил фенрисиец.

— Искал его в тумане, — ответил Бальт.

Нечто в тоне капеллана-дознавателя заставило Крома помедлить. Этот Тёмный Ангел не раз показывал себя благородным воином, но всё же… Волчий лорд не мог заглянуть под равнодушный череполикий шлем, что взирал на него.

— Значит, ты впустую тратил время, — прорычал Свирепый Глаз.

— Ты достал Сатара?

— Достал, — подтвердил Кром, — и потерял.

Подойдя ближе, Бальт кивком указал на живот фенрисийца.

— Ты ранен, — произнес он.

— Жить буду, — успокоил его Космический Волк, снова выглядывая с балкона. — А вот предатель, за которым ты охотишься — вряд ли, — хмыкнул он.

Грюндар Серая Грива кувыркался сквозь облака. Он впивался когтями во врага, разрывал его плащ из содранной кожи. Мимо космодесантников проносились чрезмерно изукрашенные стены, сливавшиеся в размытое пятно. Да, Стратовасс-Ультра была планетой с небольшой силой тяжести, но таковая всё же имелась. И поэтому Волк всё быстрее уносился вниз, где ему предстояло расплескаться по ждущему скалобетону.

Внезапно свист воздуха в непроглядной мгле сменился хлещущими звуками разрываемых тросов и кабелей. Провода и веревки обвивались вокруг доспехов фенрисийца. Падение его замедлилось после неожиданного столкновения с металлической балкой: броня смялась, из лёгких Грюндара вышибло воздух. Завалившись набок, Космический Волк пролетел через новую паутину стяжек, соединяющих дворцовую башню с меньшими шпилями.

Он выпустил Сатара Погубленного, который запутался в проводах. Беспомощно цепляясь за изменника, Серая Грива сорвался и полетел дальше вдоль неровной башенки улья, которая будто тянулась к нему антеннами, статуями и балконами. Затем Грюндар проломил собой фигурный каменный мостик и прорвал дыру в орнаментальных знамёнах, посвящённых деяниям древних родов Эйриакса.

Кабели и развевавшиеся на ветру флаги затормозили полёт воина, поэтому при столкновении с крышей субшпиля он только пробил осыпающуюся черепицу и отскочил от металлического каркаса. После этого Серая Грива, в разбитом доспехе и со сломанными костями, скатился с крутого наклона и вновь полетел вниз.

Это падение, впрочем, оказалось недолгим: Космический Волк врезался в мраморный балкон и простонал от мучительной боли. По расколотому камню побежали ровные узоры трещин, а Грюндар перекатился на грудь. Из-за переломов ребёр и повреждений «чёрного панциря» он дышал с заметным трудом.

Фенрисиец рухнул где-то в центральном шпиле. Он не сомневался в этом, поскольку лежал на балконе другого громадного зала, а в ульевом дворце с его запутанной и величественной планировкой таких было много. Размытые пятна перед глазами начали сливаться в чёткую и мрачную картину. Серая Грива заметил движение — множество движений. Услышал нечто, причинившее боль его чувствительным ушам. Стоны. Крики. Смертный ужас, исторгнутый в вопле за мгновения до самой смерти. Учуял смрад пота и страха; резкую вонь пролитой крови; сырой запах растерзанной плоти.

В зале гремела какофония паники и резни. Как и покои наверху, он был заполнен пленниками, но ещё живыми. Люди лязгали кандалами, что не давали им сбежать. Охваченные смятением и ужасом, они бросались в разные стороны, но натянутые цепи отбрасывали узников назад. На уровень их испуга явно указывали расширенные зрачки и лихорадочно-беспомощные движения. О грядущем кошмаре жертвоприношений говорили культовые символы, недавно вырезанные в бледной плоти обитателей улья.

А затем Серая Грива услышал это — нечто грубое и полузабытое. Звук, который взывал к звериной части его существа. Чудовищной части. Части, доставшейся от Русса. Кровь, будто алое цунами, фонтаном брызнула к высокому потолку залы: через толпу, предназначенную для ритуала, прорывались неразличимые пока что твари. Они рассекали цепи и, подхватывая жертв, отшвыривали их прочь. Оторванные головы разлетались по комнате красными вихрями.

Грюндар представил себе кошмары из тех, что встречались ему на долгой службе Всеотцу. Здесь могли быть ксеноотродья, или космодесантники Хаоса, превращённые в монстров, или демонические существа, сотворённые из адских помыслов. Фронт резни приближался к воину, и он попытался открыть вокс-канал.

— Серая Грива командованию, — с трудом прохрипел воин. — Ответьте.

Связь молчала, что было нехорошим знаком.

— Серая Грива командованию. Лорд Драконий Взор, ответьте.

Но вокс-система, как и всё остальное в силовом доспехе Грюндара, вышла из строя.

И вот фенрисиец увидел их. Толпа перепуганных ульевиков на его глазах превратилась в фарш, и через кровавое месиво шагнуло создание в броне. Сердца космодесантника радостно забились, ведь он увидел серый окрас доспеха и символ волчьей головы, гордо несомый на покрытом красными потёками наплечнике. Но незнакомец, сгорбленный подобно дикому зверю, как будто тащил на себе груз собственной звериной натуры. На нём не оказалось ни шлема, ни латных перчаток. Облачение существа, казавшееся пережитком забытой эпохи, словно бы не могло сдержать кипевшую внутри него нечеловеческую ярость. С его рук — лап с загнутыми когтями и грязным от крови мехом — стекали алые капли. Из пасти твари торчали окровавленные клыки, а шерсть у неё на лице слиплась в тёмные колтуны.

Грюндар попытался отыскать в её пылающих злобой глазах искру человечности, огонёк благородства или узнавания. Ничего. Увидел он лишь собрата-зверя, опознал его по серому доспеху, почерневшему от давно запекшейся крови. По символам легиона, до сих пор украшавшим броню. По проклятию разума и плоти, что толкало воинов на акты животного варварства. По чертам Русса, носимым подобно маске поверх яростного облика чудовища — больше не связанного. Необузданного. Неудержимого.

И оно увидело его — Грюндара Серую Гриву, сына Русса и гордого волка Фенриса. Отражённый в горящих нетерпением глазах монстра, воин превратился в добычу, манящую хищника собственным дыханием и сердцебиением. Он был плотью, которую можно разорвать когтём и клыком. Кровью, которой можно упиться. Телом, которое можно растерзать.

— Брат… — выдавил Грюндар. Он знал, кто убьет его — Космические Волки называли этих созданий вульфенами. Они были пропащими родичами, жертвами генетического проклятия, что превращало их из людей в полузверей.

Рабы, собранные во дворце планетарного губернатора, возможно, предназначались для какой-нибудь кровавой церемонии, спланированной Сатаром Погубленным и Альфа-Легионом. Но жуткую смерть им принесли не ножи еретиков и не кошмарные создания, призванные из варпа. Нет, несчастных ульевиков ждала внезапная и свирепая гибель от клыков, вырывающих глотки, и когтей, раздирающих тела.

— Брат…

Но было слишком поздно. Вульфен уже набросился на Волка, и не один. Несколько существ, терзающих, ярящихся, рычащих. Разбитый доспех не смог защитить Серую Гриву от их свирепости. Его плоть стала блюдом на лихорадочном пиру собратьев.

А затем всё закончилось. Ужасные звуки разрываемого мяса затихли, как и щёлканье челюстей. Вульфены ушли, снова бросились в жуткий бедлам главной резни.

Грюндар остался лежать с лицом, залитым его собственной кровью. Изорванное тело космодесантника украшали его же внутренности, изодранные и пережеванные. Разум воина угасал. Он уплывал во тьму наползающей смерти. Бойня вокруг него утратила всяческий смысл: фенрисиец погружался в личное одиночество гибели.

— Серая Грива, говорит командир, — затрещал вокс голосом Крома Драконьего Взора. — Грюндар, где ты?

Воин попытался ответить, произнести хотя бы одно слово. Слово, которым он смог бы предупредить братьев-фенрисийцев о надвигающемся кошмаре. Сообщить Волчьему лорду, что на Стратовассе-Ультра появились вульфены.

— Грюндар, прошу тебя, ответь.

Изуродованные губы на рассечённом лице Космического Волка больше не подходили для речи. Желание предупредить Крома пылало в разуме Серой Гривы, но разорванная глотка и рот, залитый кровью, не давали выговорить его. Вот так, с осознанием неудачи, сжимающим растерзанные сердца, и голосом Драконьего Взора в ушах Грюндар позволил тьме овладеть им.