Сын стихий - Николай Пронин

— Не уходи, пожалуйста, сегодня… мне очень страшно. — Вот заливает, я же вижу, что она абсолютно спокойна. — Места у меня много, спать тоже есть где, оставайся, иначе я не усну. Вдруг, они и сюда явятся?

— Конечно, я останусь, — поддержал я игру Ирины, — ну, открывай!

Оказавшись дома, Ирина поставила чайник и улетела в ванну. Пока она блаженно нежилась в теплой воде, я сделал небольшую ревизию ее холодильника и других запасов продуктов, и на скорую руку сварганил легкий поздний ужин. Выйдя из ванной в облаке пара, с полотенцем на голове и байковом халате, Ирина воскликнула:

— А ты еще и хозяйственный, вон как готовить умеешь!

— А то, я еще и стирать, и убирать умею, без родителей ведь рос.

— Ой, извини, пожалуйста.

— Да ты что, фу, какие глупости, ты меня вовсе не обидела, даже наоборот — окомплементила… А ну иди сюда, мое чудо! — Я подошел к Ирине и подхватил ее невесомое тело на руки, закружил, от чего она радостно завизжала, а потом долго целовал, не отпуская такое сокровище.

Ужин прошел в благодушной обстановке, казалось, события сегодняшнего вечера были забыты. Но когда подошло время чаепития, последовал вопрос, который я очень не хотел услышать.

— Послушай, Рад, я очень боялась тебя спросить, но все же решилась… Ты разобрался с десятками вампиров, в том числе высшими, оборотнем, колдовал, я видела… Кто же ты? — последние слова были произнесены с чувством раздирающей внутренней боли.

Я ответил сразу, не мучая ее ожиданием:

— Не бойся меня, малышка, я не кровосос и не оборотень… хотя, если честно, инициацию на высшего вампира прошел, когда мне было несколько дней отроду. Не пугайся, я не умирал, приобрел силу и мощь высшего вампира, но остался человеком. Рано или поздно ты должна была услышать правду, сейчас самое подходящее время…

Я рожден не в этом мире. Да, — ответил я на не заданный Ириной вопрос, — во Вселенной бесчисленное количество миров, все они делятся на обитаемые или живые миры и мертвые миры — обитель душ умерших, демонов, других тварей Тьмы и Смерти, их вотчина. Я родился в мире под названием Литуан — это обитаемый, скажу больше, магический мир, где правит бал магия. Земля же, в отличие от большинства остальных миров Вселенной — закрытый мир, его окружает сфера особого пламени, оно называется Вечное Пламя Вселенной и происходит из Хаоса. Оно способно порождать энергию и поглощать его. Это же Пламя образует ядро каждого мира, Земля не исключение. — Я не сказал Ирине, что это всего лишь наша с дядей теория, правда, основанная на очень весомых доказательствах. — Таким образом, получается, что энергия, ни стихиальная, ни иной природы, не может проникнуть в этот мир, и ваши маги, которые, кстати, здесь есть и не мало, не могут развить свой дар, им не с чем взаимодействовать, поэтому они владеют только ментальной силой… Прости, я отвлекся… Значит, родился я на Литуане, в семье лордов этого мира, являющиеся его правителями, а по сути своей могущественнейшими воинами и магами. Время не имеет над ними власти, лорды бессмертны, но это не совсем так… Смерть не утратила власти над ними, и может забрать любого при насильственной гибели. Я был сыном лорда Вакеза, повелителя Наволара — одного из пятнадцати государств Литуана и лордессы Дамисы — наследницы престола Назидара. При моем рождении, что-то произошло во Вселенной и вышло так, что все восемь великих стихий: Огонь, Вода, Воздух, Земля, Свет, Тьма, Жизнь и Смерть, — признали меня своим адептом. Это было невозможно, только Высшие боги, Повелители стихий, могли управлять ими, и то лишь одной, воплощением которой являлись. Поэтому Владык, кстати, тоже восемь. А тут появляется ребенок, способный в будущем повелевать всеми стихиями Вселенной сразу. Естественно, Высшим богам это не понравилось, поэтому они повелели своим рабам — младшим богам, найти меня и уничтожить. Вот так!

Моя мама, Дамиса, действительно умерла при родах, отдавая все свои не малые физические и магические силы на мое рождение (про жертву Дамисы Радислав не знал). Отец очень любил маму, со слов дяди он ужасно горевал, только сын удерживал его от безумия. А тут в Литуан спускается бог Войны и приказывает лордам убить всех детей, рожденных в определенную ночь, в том числе и меня. Мой отец восстал против всего Литуана и богов, в этом ему помогла сила его покровителя, бога Крэста, Владики Знаний и Магии, уничтоженного когда-то Высшими богами. Три дня отец сражался против сил целого мира и младших владык, пока не нашел ответ на вопрос: "Как спасти сына?". Выяснилось, меня можно спрятать в закрытом мире, под название Земля, куда ни Высшие боги, ни их прислужники не могут попасть из-за особого блока, а я могу, так как новорожденный не принадлежит еще не одному миру и может легко попасть в любой из них, несмотря не на какие барьеры. Отец не смог сопровождать меня, оказалось, что в мир Земля еще может попасть только высшая нежить, например, высший вампир и никто другой. На мое счастье и счастье отца, в дяде Шерсе — он был названным братом отца, — текла кровь высшего вампира, ее надо было лишь разбудить. В итоге отец остался в обреченном замке, где удерживал богов до последнего вздоха, а мы с дядей отправились в земли клана вампиров Литуана. Глава этого клана оказался истинным отцом дяди Шерса, он провел его через ритуал инициации, в этот момент я был рядом с ним, у него на руках и тоже получил дополнительную силу. Став высшим вампиром, дядя вместе со мной отправился на Землю. Вот вкратце и все!

— Твой дядя вампир, он пьет кровь? — всполошилась Ирина.

— Он высший вампир и не Земли, а Литуана, он в отличие от земных собратьев, питается любым видом энергии, даже тепловой и никогда не пил кровь, — слегка соврал я. — Вот так! Он долго был человеком и, став вампиром, сохранил в себе человечность.

— Понятно, — успокоилась Ирина.

После моего рассказа на кухне стояла тишина, я не нарушал ее, допивая остатки чая. Наконец Ирина спросила:

— Ты бессмертен?

Блин, умеет же она задавать вопросы.

— Время не властно надо мной, по праву рождения, на счет Смерти не знаю. Я ее посвященный, что это дает, пока не ведаю.

— Сколько тебе лет!

О Хаос, опять убийственный вопрос.

— Сто один, если считать от рождения, но на самом деле восемнадцать, потому что я на столько себя чувствую.

Услышав мой возраст, на лицо Ирины набежала тень, а в глазах появились слезы.

— Я состарюсь и умру, а ты будешь вечно молодым. Зачем я тебе тогда?

Я подошел к Ирине и нежно ее обнял, шепча на ухо любящим голосом:

— Дурашка ты моя, после контакта со стихиями, ты состаришься, лет в сто двадцать, а умрешь около двухсот, это если ничего не предпринимать. Болезни тебе не страшны, а, владея силами Жизни и Смерти, я могу продлять твою жизнь и молодость до бесконечности, если ты этого захочешь. Так что не плачь.