Антология №1. Безумные сказки Андрея Ангелова - Андрей Ангелов

лицо шло красными пятнами. Смирение не имеет опции хаять начальственные приказы. А их отрицание считается ересью. Видимо, придётся всё же стать убийцей во славу Божью…

Игумен повернулся, бросил через плечо:

— Зайдёшь ко мне в кабинет после вечерней службы, я дам острый нож и толстую верёвку.

— А верёвку-то зачем? – удивился Трифон.

Настоятель развернулся назад к иноку, заговорил зловещим голосом, активно жестикулируя, наглядно показывая свои действия:

— Обмотаете верёвкой Чернышу рога! Брат Борис и брат Викентий будут держать быка с помощью верёвки, а ты перережешь ему горло!

Трифон чуть не упал в обморок, но вера помогла устоять. Немеющей рукой вцепился в подбородок с клочками растительности.

— Потом его освежуете, сдерёте шкуру, — заканчивал игумен. – Братья покажут, как это делается… и отрубите голову! Её мы сварим сами… пост прошёл и нужно разговляться.

Феофил ободряюще подмигнул и пошёл прочь.

Монах ошарашено поглядел на быка, тот флегматично рассматривал стену коровника красными глазами. Завтра ты станешь мясом, парень, такие дела.

60. Принципы нечистой силы

Феофил открыл дверь своего кабинета и в недоумении завис на пороге.

За его собственным письменным столом сидел крупный лысый человек, листал первый выпуск журнала «Плэйбой» и курил сигару. На госте топорщился синий деловой костюм. Курильщик поднял зелёные очи и оскалился в усмешке, обнажив красные зубы:

— Как житуха, Феофил?

Непредвиденные гости – это те люди, которые вовсе не люди. А нелюди.

Настоятель сделал несколько суетливых шажков, и, стоя в метре от стола, грозно спросил:

— Кто ты такой, как сюда проник и как смеешь здесь курить, в обители Господа?!

— Игумен, игумен… — промурлыкал посетитель. – Ты задаёшь слишком много вопросов. По твоей постной роже не скажешь, что тебе свойственно любопытство.

Феофил тупо молчал, не понимая, чем дать отпор. Слова внезапно кончились.

— Я не так любопытен, поэтому хочу задать всего лишь один вопрос, — усмехался далее гость. – Можно? – Он затянулся и выпустил большой клуб дыма прямо в святое лицо.

— Прекрати курить! – визгливо прикрикнул настоятель. Он прокашлялся, приложив руку к спасительному кресту на груди.

— Спасибо, что разрешил спросить, — ухмыльнулся светлейший герцог. – А вопрос таков… Как монахи обходятся без женщин? Мастурбируют, сношаются друг с другом, или то и другое вместе? Как, к примеру, поступаешь ты?

Монах – тот человек, у которого половых признаков не существует. Зато половые рефлексы в наличии, и эти рефлексы кладут фиолет на отсутствие признаков. Однако в чужих гостях поганый рот разевать неправильно. Феофил побледнел от гнева:

— Ты мне отвратителен, лысый греховодник! – убеждённо заявил он.

— «Молитесь за обижающих вас», — сказал Иисус, — широко осклабился герцог. – Чем читаешь Писание, жопой? – Он пыхнул сигарой, отложил её на край стола, вскинул журнал, повернув его к настоятелю внутренним разворотом. – Глянь-ка, какие грудки, передки… — дьявол поскрёб пальцами по фотографиям полуголых девушек. – У тебя ещё не встал?

Греховную плоть нельзя усмирить. Её можно только отрезать. Ну или, скажем, вырезать из монашьей души. Святым ножиком выступает старая добрая молитва…

Игумен кратко взглянул на порочные картинки, страстно перекрестился, закатил глазки к потолку и старательно забормотал:

— Отче Наш, иже еси на небеси…

Дьявол усмехнулся, усмешка получилась почему-то грустной. Отложил журнальчик и серьёзно сказал:

— Феофил, а я тебе кое-что принёс.

— …и остави нам долги наши, как и мы оставляем должникам нашим, — вдумчиво бубнил настоятель, ни на что более не реагируя.

Гость вытащил из-под стола фирменный пакетик с большой буквой «Д» в качестве логотипа. Потом встал и высыпал содержимое прямо на эротический журнал.

— Аминь! – игумен перекрестился, затем осторожно скосил блаженные глазки вниз. На журнале лежала кучка многострадального праха.

— Вот кости преподобного Алексия! — скривился хозяин преисподней. Он стряхнул сигарный пепел прямо на мощи, и подошёл к монаху вплотную.

Феофил не отвлекался, вылупившись на святые останки. Сухая ручка машинально трогала нагрудной крест. Сильные чувства парализуют нервную систему и она перестаёт реагировать на внешние импульсы, варясь сама в себе.

— Эй, чувак! – герцог небрежно махнул сигаркой перед игуменским носом. Дьявольская энергетика легко сломала праведное оцепенение, игумен вздрогнул и посмотрел в зелёные дьявольские глаза.

— Прошу прощение за кражу раки! — нехотя процедил правнук сатаны. – А также за кипеш, учинённый моими помощниками… и вообще… за всю ту хренотень, что здесь произошла! – гость вдумчиво кивнул. – Бывай, Феофил…

Герцог шагнул к выходу. На пороге он столкнулся с братом Антонием, нёсшим плотный белый мешок. В такую тканевую тару, объёмом пятьдесят килограммов, обычно грузят муку или сахар. Но этот мешок в руках братца явно был лёгким, несмотря на явно плотное наполнение.

— Полегче, щенок! — проворчал светлейший. Он пихнул инока с пути и удалился.

Как только потусторонняя энергетика покинула кабинет, игумен сразу же про неё забыл. Он сделал благоговейный шаг к столу, осторожно взял косточку двумя пальцами. Внимательно рассмотрел. За спиной послышался заговорщицкий шёпот брата Антония:

— Игумен Феофил… — после шёпот стал громче, — Игумен Феофил.

Видя, что начальство не реагирует, монах заорал что есть мочи:

— Игумен Феофил! Зачем к вам приходил дьявол!? И что это за кости!?

Настоятель выронил косточку. Реакция на какой-то звук извне. Обратил к иноку умиротворённое лицо. Скосил взгляд на мешок:

— Что сие?

— Посылка вам.

— Посылка мне?

— Да. Принёс к воротам какой-то странный тип, с мешком на голове и с саблей на боку. Гигант, ростом с нашу колокольню… Сказал, от личности, которую вы хорошо знаете.

— И что там?

— Не знаю. Мы с братом Дормидонтом не открывали… Вам же посылка!

Похоже, Всевышний решил, что у игумена сегодня день рождения. Подарками просто дождит. Сквозь умиротворение на праведном челе проступила ясная улыбка.

— Смотри и радуйся, брат Антоний! — Феофил торжественно кивнул на стол с канонизированными останками. – Это прах святого Алексия, возвращённый нам… Слава Господу! – наставник перекрестился. – Сегодня мы со всеми почестями положим прах назад – в раку, а раку поставим на своё законное место — под Святой Престол!

— Теперь вы верите, что мощи брал дьявол? – произнёс монах, заглядывая игумену в глаза. – Видели, он лично приходил, чтобы вернуть прах по приказу Господа!

— Дурила ты, брат Антоний, — обозвал Феофил, всем своим видом плеская иронию.