Анатомия страсти. Сериал, спасающий жизни. История создания самой продолжительной медицинской драмы на телевидении - Линетт Райс

Наконец Помпео научилась принимать свою новую роль самой ценной звезды канала ABC. Она перестала работать по пятницам, обрела злобное чувство юмора (в какой-то момент BuzzFeed опубликовал статью о «16 случаях, когда Эллен Помпео не поставила в Twitter эмодзи „fuck“») и стала откровенным общественным защитником, даже если это означало критику кого-то в ее собственном аккаунте. В 2019 году она обрушилась на создателя «Холостяка» Майка Флайсса после того как он раззвонил повсюду, что Келли Рипа разорила его сериал. «Ваше шоу НЕ платит зарплату @Kelly Ripa, – написала она в Twitter. – Кроме того, мы не нападаем на успешных женщин в нашей сети, а мужчины, разумеется, не должны присваивать себе их заслуги. Не заводите меня разговорами о вашем шоу, потому что я грубиянка». В конце она написала #bachelorsoooowhite. Помпео также не стеснялась говорить о том, как трудно стареть на экране. «Вы действительно видите [разницу], потому что я в той же одежде [играю] того же персонажа, – призналась она в подкасте Armchair Expert. – Так что то, как я замечаю свое старение, – это просто пипец». В возрасте пятидесяти лет Помпео стала одной из самых узнаваемых женщин на телевидении.

Эллен Помпео:

– Я определенно сыграла все, что могла: отдала проекту 200 % своей энергии, любви, своего времени, преданности и самоотдачи. Я все еще ежедневно сражаюсь за то, чтобы качество было хорошим, актеры были довольны, и по-прежнему очень сильно переживаю за сериал.

Существует история о том, как Иле и Вера Раймс, родители Шонды, однажды пытались посетить съемочную площадку «Анатомии страсти», но не смогли пройти через охраняемые ворота. Как гласит легенда, мама Раймс наклонилась через своего мужа на водительском сиденье и закричала: «Шонда Раймс появилась из моей вагины. Впусти меня на съемочную площадку!» Должно быть, он пропустил их, поскольку впоследствии никаких сообщений о пропаже охранника на Prospect Studios не поступало. Возможно, Шонде Раймс не хватало опыта, когда она только запускала «Анатомию страсти», но никто никогда не сомневался в ее силе и решимости (качества, похоже, передающиеся по наследству). С самого начала все знали, что находятся в присутствии кого-то выдающегося.

Кейт Бертон:

– Шонда была очень, очень молодой женщиной, когда мы впервые встретились. Я даже не понимала, насколько она была молода.

Эрик Бакман:

– Если Шонду что-то напрягало, она очень хорошо это скрывала. Меня всегда поражало, как быстро она вжилась в роль не только шоураннера, но и управляющего империей. Казалось, она была готова практически ко всему. А я работал над многими сериалами со многими шоураннерами, у которых было гораздо больше опыта, чем у нее. Ничто не выдавало тот факт, что это ее первое телешоу. Она пришла из мира полнометражных фильмов, и я думаю, что по этой причине многие считали, что она сможет быстро освоиться.

Тони Фелан:

– У нее с самого начала была своя четкая идея. И, к чести ABC, они позволили ей придерживаться собственного видения, потому что любой другой канал сказал бы: «Если вы примете такое решение для этого персонажа, он разонравится зрителям».

Питер Хортон:

– Мы много говорили о том, что заставляет проекты действительно добиваться успеха на телевидении: эмоции в гораздо большей степени, чем что-либо другое. Если вы можете честно и откровенно описать чувства и переживания, даже если речь идет о парнях в полицейском сериале или о сотрудниках больницы, зрители откликнутся. В этом с Шондой пришли к взаимопониманию. Она действительно знала, как [написать] историю о любви.

Марк Соул:

– Она была очень сосредоточенной и обычно уходила писать куда-нибудь в сторонку, уединяясь в своем собственном рабочем пространстве. На студии Prospect Studios был стол для пикника, и она сидела там в наушниках, возвращаясь с реально очень хорошим сценарием одной или двух серий.

Дженна Бэнс:

– Я и сегодня представляю ее с наушниками Bose, блокирующими все шумы. Ей просто нравилось быть вне дома, и она сидела там с ноутбуком и писала.

Николь Рубио:

– Вы могли видеть ее с волосами, разделенными прямым пробором, с двумя афрокосами, сидящей и пишущей возле сценарной комнаты. Вы понимали, что не стоит ее беспокоить.

Стивен МакФерсон:

– Мне нравится Шонда, потому что она очень похожа на меня: прямолинейная, без всяких экивоков. Она спорила со мной, отстаивая то, что ее увлекало и во что она верила.

Тони Фелан:

– Прелесть «Анатомии страсти» заключается в том, что мы просто любим этих людей и продолжаем дружить с актерами, съемочной группой и всеми остальными. Больше всего стоит отдать должное Шонде за ее невероятную способность разглядеть талант и создать столь замечательную группу людей, готовых воплотить ее видение.

С самого начала Раймс покорила своих актрис, когда пришло время снимать одну из многочисленных сексуальных сцен в сериале «Анатомия страсти». Она предоставила женщинам самим решать, до какой степени они готовы обнажиться на камеру. Сама будучи матерью, она также учла желание каждой из них создать семью.

Сара Дрю:

– Если я не хотела сниматься в лифчике, например, и предпочитала сниматься в кружевном топе, Шонда говорила: «Конечно, отлично, круто, давайте так и сделаем». Никто не стыдил тебя и не заставлял переживать, никто не пытался давить на тебя, чтобы ты сделала что-то другое. Мы были защищены как женщины, и о нас заботились [в] подобных сценах. Также о нас заботились как о матерях, потому что у многих из нас родились дети, пока мы были заняты в сериале.

Мими Мельгор:

– У актрис было много детей. У Сары Дрю и у Катерины – по двое, у Джессики – трое. И кажется, что они всегда были беременны в сценах свадеб. Когда Амелия выходила замуж за Оуэна, мы хотели, чтобы ее платье было мягким и простым, потому что ей предстояло промокнуть [под дождем]. Тогда мы договорились: «Это должно быть что-то такое, что может промокнуть, но все равно будет выглядеть прилично». Я знала, что она беременна, но скрывает это. Мы снимали ее в конце двенадцатого сезона. Вернувшись после перерыва, мы поняли, что ее беременность очевидна: «Это платье больше не подойдет. Она беременна!» – а нас ждало немало новых сцен. Поэтому пришлось купить другое платье, гораздо большего размера, и скрыть ее живот с помощью разных ухищрений. Платье было то же самое, просто намного больше. Если вы посмотрите премьеру тринадцатого сезона, то увидите, что ее фигура изменилась. Всегда есть мелочи, которые скрывают беременность. У Джессики их было много. Она была профессионалом в ношении сумочки или рентгеновских снимков, а также засовывала руки в карманы лабораторного халата и