Приснись мне - Мелисса Ролос

вдыхать тонкий аромат ее духов, со вкусом ванили, наслаждаться этими недолгими мгновениями.

А ведь раньше: от сна до сна, каждый раз нервно засыпал и надеялся увидеть ее; а сейчас от встречи до встречи, желая снова оказаться рядом. Он не уверен, что сможет уехать и забыть ее. Да, сегодня вечером он уедет обратно в Пермь, но его неимоверно будет тянуть обратно. К ней. Сны все равно оставались снами, ведь это всего лишь твое подсознание выдает тебе картинки и ты может идеализировать так что и кого угодно. Но здесь нельзя идеализировать идеал, каким она и являлась.

Звучит так глупо и по-мальчишески, но таковы были его мысли.

Он не заметил, как во двор заехала, а после и выехала машина такси, увозя Лию домой. Никита оставался сидеть в своей машине, почему-то считая, что она уедет на том же транспорте, на котором и приехала.

Он продолжил сидеть в телефоне, изредка бросая короткие взгляды на въезд.

* * *

После своего открытия о чудесном воскрешении из мертвых младшего брата Жени, Марк какое-то время был в ступоре. Он знал, что обязательно должен рассказать об этом друзьям и самому Жене в первую очередь, конечно же, но что-то останавливало его.

Он знал, что Женя, безусловно, и обрадуется, и разозлится этой новости. Почему обрадуется? Потому что его любимый младший брат все-таки жив. А почему разозлится? Да потому что этот чертов придурок столько лет был черт знает где и кто о чем только мог думать, когда его признали пропавшим без вести.

— И что же нам делать с этой новостью, Граф? — спросил собаку Марк, и почесал того за ухом. Пес тут же размяк от ласк хозяина и прикрыл глаза от удовольствия.

Парень перестал чесать ухо своего питомца, поднялся на ноги и убрал свидетельство о смерти обратно в ящик с документами. «Как бы там ни было, это подождет. Наверное, стоит сначала поговорить с самим Никитой или, хотя бы, с Лией. Думаю, она уже в курсе всего происходящего!» — решил он.

Подошел к окну и посмотрел на проезжую часть отсутствующим взглядом. Ему вдруг подумалось о том, что, вдруг, Никита не просветил даже Лию в тонкие подробности своего детства? В таком случае, стоит сделать все, чтобы эта информация не попалась в руки Кристины. Она, наверняка, смогла бы придумать, что с этим делать.

— Ладно, Граф, — Марк повернулся к леонбергеру, который настороженно смотрел на хозяина. — Пойдем, прогуляемся с тобой немного.

Огромных размеров туша тут же вскочила на ноги и начала носиться перед Марков, радостно виляя пушистым хвостом.

* * *

Никита уже как раз собирался ехать все-таки к дому Лии, но увидел, как из арки появляется фигура парня и большой лохматой собаки. Почему-то это заставило его отложить телефон и внимательно следить за ним. Лишь через минуту до него дошло, что именно этот парень был водителем мотоцикла, на котором приехала Лия, только вот самой девушки не наблюдал. Это заставило его напрячься.

«Ну и куда она делась?» — раздраженно подумал он.

Марк почувствовал сверлящий его спину недовольный взгляд и обернулся. Первое, что бросилось в глаза — тойота марк два белого цвета. И только потом он узнал в парне, сидящем за рулем, Никиту.

«Вот и возможность поговорить!» — подумал Марк, после чего направился к автомобилю. Псу ничего не оставалось, кроме как последовать за хозяином, потому что такое у него было воспитание.

Никита не мог не заметить, что парень направляется к его машине, поэтому заглушил мотор и выбрался из салона. Он подождал, когда незнакомый парень подойдет ближе и первым делом задал тот вопрос, который волновал его сейчас больше всего.

— Где Лия?

Марк остановился и с удивлением глянул на него.

— Ты следишь за ней что ли? С чего бы это?

Карие глаза Никиты потемнели от злобы, охватившей его тело. Он подумал, что если этот парень сейчас же не скажет, где находится Лия, то он позволит тому маленькому обиженному мальчику в его душе вырваться наружу и оставить свою злость на теле мотоциклиста.

Марк заметили перемены в лице Никиты и поспешил ответить:

— Она уже дома, Стас! Можешь не переживать!

Никита тут же успокоился, но снова напрягся. Он услышал, как его назвали. Старым именем, которое больше никогда не хотелось слышать по отношению к себе.

— Меня зовут Никита! — грубо бросил он и повернулся к машине, собираясь уже ехать к квартире Лии.

— Ага, а я Марк, только мое имя принадлежит мне с рождения, а ты вот свое поменял.

Ответа не последовало.

— Да, сейчас, безусловно, тебя зовут Никита, — остановил его Марк, сверля сильную спину. — Но восемь лет назад ты был Стасом, не так ли?

— Ты ошибаешься, — проговорил Никита, не оборачиваясь. Он замер, смотря на свое отражение в стекле.

— Ты можешь пытаться обмануть кого угодно, но получится ли тебе обмануть своего старшего брата? — начал бить по больному Марк. Он давно все сложил в своей голове и теперь видел полноценную картину. — Ты же из-за него не стал идти с Лией на встречу? Догадываюсь, она рассказала тебе, кто так будет, а ты струсил столкнуться нос к носу с Женей. Не так ли? Я же прав? Ты струсил, потому что, может быть, остальные люди и забыли о тебе, но он точно все еще помнит. Он же надеется, что ты жив, а ты так подло поступаешь с ним. С единственным человеком, который тебя любит…

— Замолчи!

Никита резко обернулся. Его ноздри раздувались от тяжелого дыхание, сердце билось, как сумасшедшее, пальцы сжимались и разжимались в кулаки. Ярость и боль переполнило уже отвыкшее от такого сердце.

— Ты просто не знаешь всего… — пробормотал он и опустил взгляд.

— Я знаю, что Женя тебя любит. Этого достаточно, чтобы считать тебя эгоистом. Ты же бросил его! Понимаешь? Ты был совсем паршивым младшим братом, а он все равно продолжал любить тебя, отмазывать в школе, дома, защищал и оберегал. А что сделал ты? На его глазах подстроил чертово самоубийство, а сам сбежал, сменив имя и фамилию?

— Тебя это не касается! — глядя из-под лобья, произнес Никита, чувствуя, как снова начинают кровоточить старые шрамы, от которых ему так и не удалось избавиться.

Марк возразил.

— Это касается моего лучшего друга, так что и меня тоже.

— Это моя жизнь и только мне решать, как в ней поступать.

— И именно по этому ты вернулся в старый город, где на каждом переулке так и веет воспоминаниями, прошлым? Именно по этому ты начал общаться с Лией? Ты же помнишь ее, правда? Ту девчонку, за которыми постоянно наблюдал в школьных коридорах. Конечно помнишь. И поэтому ты знаешь ее домашний адрес. А мы с ней час назад гадали, откуда ты можешь его знать, ведь точно не Кристина дала его.

— Она уже знает? Ты сказал ей? — спросил Никита, снова сжимая кулаки. Он считал, что она не должна узнать все таким образом, от посторонних людей. Если она и узнает, то только от него самого. Или никогда.

— Сказал что? Что она должна знать?

Марку словно доставляло удовольствие играться с ним, но на самом деле он просто пытался понять, каким же человеком стал Никита. Осталось ли в нем что-нибудь от того обиженного жизнью ребенка. Осталось ли в нем что-нибудь от Стаса или это уже совсем другой человек.

— Ты сказал ей, кто я? — пояснил он.

— Нет. Я сам понял это уже после того, как она уехала. Случайно увидел фотографию, на которой ты и Женя вместе. Маленькие. На самом деле, у него в квартире много таких фотографий, которые напоминают о тебе.

— Здесь живет Женя? — карие глаза увеличились в размерах от удивления.

— Да, периодически он ночует у родителей. А вообще здесь его квартира…

В этот момент из-за поворота появилась черная Тойота Селика, принадлежавшая никому иному, как Жене. Никита об этом не знал, но Марку это было прекрасно известно.

— В машину! Живо! И уезжай, пока он тебя не заметил!

Никита послушался беспрекословно. Он открыл дверь машины, забрался в салон, завел мотор и,