Упасть в небо - Надежда Кузьмина

Шон печально хлопал карими глазами, глядя, как Астер, чуть склонив голову набок, взглядом снимает слой за слоем землю. Причём всё, что можно было назвать относительно плодородным, Императрица сберегла, аккуратно сдвинув в сторону. А вот камни на моих глазах девались неведомо куда. Трансмутация, однако. И уровень — не чета моему.

— Ну, вот так смотреть удобнее. Тим, Ас — поздравляю! Ваше герцогство не просто богато, а очень богато. Жила немаленькая. Если оно целиком — голубое, тут на все первоочередные нужды хватит. — Посмотрела мне в глаза. — Доверишь разрабатывать его нам?

Кивнула. Конечно! И вообще, это — дар Лариши для борьбы с Хашургом. Я ж себе выгоды и не искала…

— Отлично! — Астер кивнула. — Как я могу вас отблагодарить за находку?

Я захлопала глазами. Да она ж и так! И чёрные алтари уничтожает, и школы строит, и вот сейчас в горах нечисть выводит…

— Ну, спасибо! — засмеялась Астер. — Конечно, приятно. Но всё же… Тогда, дозволь, решу я сама. Ти, — обернулась к мужу. — Ты не дашь Аскани примерить твои клинки? Он — как ты. Быстрый и узкокостный, но сильный.

Ас нерешительно протянул ладони, принял из рук Императора чуть изогнутые мечи. Поднял к лицу, рассматривая. И расцвёл улыбкой — шальной, счастливой… Взмах — свист воздуха — ещё взмах…

— Вижу, угадала, — улыбнулась Астер. — Обещаю, будут тебе такие. Только дело это небыстрое, так что жди к середине лета. А тебе, — посмотрела на меня, — аналог моих меча и кинжала. Два длинных клинка для девушки тяжеловато. Ну и ящик руды оставим вам на артефакты. Остальное — забираем на злобомеры, с оплатой по весу золотом один к ста. Хорошо?

Ничего ж себе! Что же я нашла? Но… Неуверенно подняла руку. Астер кивнула:

— Хочешь что-то сказать?

— Могу я попросить ещё два защитных амулета? Самых лучших? — Заторопилась: — Это не для нас с Асом, это для моей сестры и лорда Йарби. Они — наша семья.

Астер улыбнулась:

— Леди Тирнари и лорд Росс? Рада за них! Сделаем.

Я оглянулась на Аса — тот светился тихим счастьем, влюблённым взглядом не глядя, а буквально гладя мечи в руках. Ну и хорошо! Но вот какого тролля меч нужен мне и, главное, что я с ним делать буду?

— То же, что и я. Десять лет подряд будешь получать нахлобучки от учителей, зато в один прекрасный день сможешь накостылять им по шее, и этот день окупит всё! — засмеялась Астер. — И помни, резерв растёт не только от медитаций, но и от физических упражнений. — Лукаво подмигнула зелёным глазом, потом снова посерьёзнела: — Пока мы тут, скажи, больше ничего интересного в том сне не было?

Я задумалась.

— Кровавый дождь начался, когда я стояла здесь. И продолжался потом, когда битва в тучах пошла вон туда! — махнула рукой за реку.

— Ясно. Сейчас спешить не станем, а как снег сойдёт — поищем и там. Вдруг что ещё хорошее найдётся? А с жилой так. Сейчас прикроем место снегом, поставим сверху щит, чтоб никто нос не совал, и летим назад. Я заметила по пути следы большого стада северных оленей, можно взглянуть. Думаю, ваша кухня не откажется от оленины?

Обратно мы вернулись через полтора часа. Пропустив обед. И я ни капли не жалела. Потому что видела, как охотятся драконы. А потом мы разожгли в лесу костёр и жарили на прутьях свежее, истекающее соком мясо. И ели до отвала. Я извазюкалась до бровей, но зато было невероятно вкусно!

По возвращении первым делом я помчалась умываться.

А потом — в часовню к Ларише — благодарить.

А Шона оставили у нас ещё на сутки, сказав, что магичить ему пока нельзя, а еды пришлют.

Он очень ругался.

Ночевали мы снова втроём. Потому что Ас, не спрашивая разрешения, привалил к нам через окно со своим одеялом и подушкой ещё до того, как мы с Бри закончили делать уроки и вернулся из Китового Киля улетевший туда в третий раз поужинать Мрак.

И опять с приключениями. Правда, на это раз невесёлыми.

Мне приснился не просто дурной сон, а кошмар… Даже кошмарище.

Сначала была чья-то ладонь на чёрном камне. Широкая такая, как лопата, сильная, натруженная, с твёрдыми подушечками мозолей под пальцами. А потом — миг тьмы, удар… и ладони не стало. Осталась жуткая красная клякса, размозжённая лепешка с осколками белых костей, какими-то ошмётками — и брызги вокруг. Ничего мерзостнее я в жизни не видела.

Точка зрения сместилась, показывая вторую, ещё целую руку…

Из жуткого морока меня вырвал Ас:

«Тим! Тим! Проснись!»

Захлопав глазами, приподнялась и, сбросив одеяло, ошалело замотала головой. Обернулась к Асу — тот, как и я, не лежал, а сидел, напряжённый, со сжатыми кулаками.

«Тебе тоже это снилось?» — Я передёрнулась. Захотелось затрясти головой, даже постучать лбом о стену, чтобы вышибить, выбить то, что привиделось. Забыть, пока оно не врезалось в память намертво.

«Смотри! Это он…»

Я обернулась к Шону. Ох! Голова запрокинута, лоб влажный, дыхание поверхностное, частое… А на кровати напротив застонала Бри. Да, она не дракон, может, видений Шона и не поймает… но сниться ей всяко будут не цветочки.

— Шон! Шон! — затрясла я мага за плечо.

Никакой реакции. Только стон, резкое движение руки, нервное подёргивание глазных мышц под сомкнутыми веками…

Тогда по-другому.

Придвинулась к нему, приподняв вихрастую голову, подсунула под неё руку и прижалась к его холодному лбу своим. И, зажмурившись, стала вспоминать, думать так громко, как могла, передавая картины, впечатления, ощущения…

Утёс в той, прекрасной далёкой стране, где садится солнце. Бурый, нагретый за день огромный камень под голубым куполом безмятежных небес. А вокруг и внизу — до самого горизонта — лес, зелёный, древний, летний. Пахнущий прелой листвой и хвоей, звенящий птичьими трелями и чистыми ручьями, пронизанный снопами солнечного света и оленьими тропами. Дышащий, живой, невероятно чудесный…

Поднявшись, полетела над вершинами деревьев, иногда ныряя в листву, а затем снова взмывая к облакам… паря, наслаждаясь полётом, кувыркаясь в воздухе от переполнявшего ощущения лёгкости, восторга, радости бытия, восхищения миром вокруг. Хотелось смеяться, петь, дышать полной грудью…

Словно омылась в чистой воде, став прозрачным сосудом, наполненным солнечными зайчиками.

«Ох, кузнечик, спасибо!» — Шон зашевелился, заморгал и тут же стал отпихивать меня руками прочь.

Проснулся? Но ему не вредно мысленно разговаривать?

«А я не разговариваю, просто думаю. Допрыгался до того, что во сне ментальные щиты поползли. Со времен Академии такого безобразия не было! — хихикнул. — Спим дальше?»