Собака, которая спустилась с холма. Незабываемая история Лу, лучшего друга и героя - Стив Дьюно

Ты был таким, каким я сам всю жизнь мечтал быть. Атлетом, героем, отличником. Ты умел отличать добро от зла. Мне это никогда не удавалось так хорошо.

Ты научил меня стоять на своем. Никогда не сдаваться. Ты показал, как останавливаться, замирать, вслушиваться и ощущать. Ты научил меня, когда бежать, а когда идти. Когда осторожничать, а когда действовать. Как подучать удовольствие от своей работы. Все это сделал ты.

Я так гордился тобой. Так годился.

Встречал ли ты до меня в своей жизни приличных людей или она сплошь состояла из травки, стрельбы и белок? Мне хочется верить, что все-таки кто-то был.

Что ты увидел во мне? Я чем-то тебя вдохновил или ты смог под внешней оболочкой различить того человека, каким я мог бы стать?

Нам обоим очень повезло, друг мой.

Прошло пять лет, а я все еще просыпаюсь от того, что слышу, как ты ворочаешься у меня под кроватью, потягиваешься, зеваешь, ждешь начала нового дня.

Я слишком мало тебя фотографировал и снимал на видео. Мы были слишком заняты настоящим, чтобы думать о будущем. Мне жаль, что больше никто не увидит, как ты бегал когда-то, и никто не мог тебя догнать. Жаль, не было рядом камеры, которая запечатлела бы, как ты противостоял грабителю с револьвером или ловил насильника.

Я жалею, что не поставил твое рычание рингтоном на телефон.

Я скучаю по тебе, Лу.

Мальчишкой я жил в крохотной нью-йоркской квартирке с мамой, папой и братом, у меня был вечно всем недовольный попугай, стопки книжек про собак и комиксов, телевизор и сила воображения. Я представлял себе, как живут мальчишки где-то на ферме, в окружении щенков, сосен, хищников и природы, настоящей природы, а не той чахлой зелени, что я видел вокруг. Я мечтал, чтобы мне открылся весь этот мир.

Ты вернул мне эти мечты. Ты был гигантом, Лу. Ты был особенным, не таким, как другие, и это внушало мне благоговение. В свои тридцать четыре я вновь стал мальчишкой. В тридцать четыре года у меня появился пес.

Помнишь дворовую кошку, которая любила понежиться на солнышке пол окнами нашей первой квартиры? Ты не мог до нее добраться, и она это знала и дразнила тебя. Как вы смотрели друг на друга каждое утро! Замечательная была кошка…

А помнишь парня, который катался по набережной на роликах и играл на гитаре, расписанной всеми цветами радуги, и пел что-то жуткое про пришельцев из космоса? Он был чокнутый, но тебе нравилось, как от него пахнет – шафраном и чем-то еще. Он ехал, а ты бежал за ним и нюхал воздух.

Помнишь бар с байкерами по пути на Медвежью гору? Они предлагали за тебя старый мотоцикл. Такой никудышный, что даже не заводился.

А как мы кидались шишками рядом с могилой Хемингуэя?

Уж лучше держать бесконечную череду ласковых, виляющих хвостами идиотов, чем терять тебя вновь. Пожалейте собак, что приходят на смену легенде. Я не стану искать тебе замену, это бессмысленно.

Мне нелегко пришлось, когда тебя не стало. Кто-то этого не понимает, и ладно. Но есть те, кому не надо объяснять, что значит потерять такую собаку, как ты.

С отцом мы ездили на рыбалку на залив, недалеко от Бруклина. Большие дизельные суда заплывали в открытое море, где ловилась треска и тунец, – иногда так далеко, что не видно было земли. Волны вздымались, подобно холмам, мы падали в провалы между ними, и ничего не было видно по сторонам, кроме серо-зеленых гор живой воды, которая двигалась, поднимала тебя, опускала, передавала дальше. Тебе бы там понравилось, Лу.

В то время мой старший брат полюбил читать, в основном про приключения и про войну. У нас было много хороших книг. Я потянулся за ним. В шестом классе я прочел «Старик и море»: думал, это хорошая история про рыбалку. Но это оказалась совсем другая история, и я думал, думал о ней и не мог перестать. Я решил стать писателем и еще добрых тридцать лет мечтал создать Роман Века.

Ты лежал рядом, когда я пытался написать его, Лу. Помнишь, как ты просил меня бросить и идти спать?

И все это время сюжет был у меня прямо перед глазами. Ты был диккенсовским бродяжкой, угодившим из нищеты в роскошь. Ты был мой Роман Века. Рядом с тобой всегда что-то происходило, а когда ты ушел… знаешь, мне некуда стадо идти.

Это попытка воскрешения. Ты столько раз спасал мою шкуру, и теперь я прошу тебя сделать это еще раз. Готов? Давай, приятель, я жду. Спускайся со своего холма.

Благодарности

Я благодарен профессионалам из издательства Сент-Мартинз Пресс, особенно редактору Даниелле Рэпп, которая очень любила Лу, и замечательной Элизабет Бейер, благодаря которой эта книга увидела свет Это прекрасные, талантливые люди.

Огромное спасибо Джеффу Клейнману из Folio, который провел меня через все рифы и подводные камни. Без его подсказок, тычков и подначек ничего бы не вышло.

Большое спасибо Джеку и Колин Дакдэниел из Академии собаководов в штате Вашингтон. Они рискнули взять на работу городского хлыща и сделали из него инструктора-собаковода. И спасибо Нэнси Баер, бывшему менеджеру академии, которая обучила меня всем тонкостям ремесла и помогла с написанием первых двух книг. Я всегда буду ценить ее юмор и доброту и никогда не забуду всех талантливых инструкторов, работавших в академии и всегда готовых прийти на помощь. За годы работы они спасли жизнь тысячам собак, и им есть чем гордиться.

Спасибо Нэнси Бэнкс, которая уговорила меня в тот далекий день в Мендосино взять израненного, блохастого Лу в машину. Без нее у нас не случилось бы всех этих захватывающих приключений. И спасибо маме Нэнси, которая научила Лу давать лапу.

Мои друзья Дин, Билли и Джефф знали и любили Лу. Лу тоже их любил. Даже Билли.

Доктор Майрон Филлипс был ветеринаром Лу последние восемь лет его жизни. Он был человеком старой закалки, мудрым, добрым и терпеливым. Спасибо, док, что помогли Лу прожить так долго.

Спасибо койоту, который вернул мне Лу. Я сожалею, что тебе надрали задницу, дружище.

Спасибо Меган и Курту Андерсону, хозяевам Соло. Он был одним из первых псов, спасенных Лу, а теперь Меган сама занимается тем, что помогает больным собакам. Я рал, что мы с Лу указали вам этот путь. Соло был очень славным, и это замечательно, что нам удалось его спасти.

Энн Гордон всегда была лучшим другом Лу, она дрессирует животных для Голливуда и творит с ними чудеса. Я многому у нее научился, особенно что касается кошек. Мы вместе даже написали книгу о дрессировке котов. Она любит животных, и они ради нее готовы на все. Спасибо, Энн.

Это здорово, когда твой сосед так хорошо владеет «фотошопом». Я говорю сейчас о Дэйве Миснере. Спасибо за помощь, Дэйв.

Спасибо моему отцу, Тому Дьюно-старшему. Он пытался подкупить нашего домовладельца, чтобы тот разрешил мне держать собаку, но старый хрыч ни в какую не соглашался.

Мой брат Том повсюду разбрасывал хорошие книжки и комиксы, когда мы были детьми. Я прочитал их все. Спасибо, особенно за книжки про собак.

Моя тетя Грейс даже черту помогла бы, если бы он ее попросил, а потом напоила липовым чаем с медом. Спасибо, тетя Грейс. Как ты себя чувствуешь?

Никки Мейсон подарила Лу его последний и самый лучший дом. Ее сыновья Джек и Зак вернули Лу молодость. Спасибо вам всем за любовь и заботу о Лу, особенно в последние дни. Он тоже вас очень любил.

И, главное, спасибо тебе, Лу. Я обязан тебе жизнью и своей карьерой. Ты был моим лучшим другом. Когда-нибудь мы обязательно встретимся вновь.