В полушаге от любви - Ольга Куно

— Словом, однажды ночью сестру напугали все эти стоны и завывания, — вмешался Аделяр, поняв, что Йоланда, дай ей волю, так и продолжит ходить вокруг да около. — Она выскочила из своей комнаты и едва не упала с лестницы.

— Не сразу, — поправила его девушка. — Сначала я остановилась у верхней ступеньки. Снаружи я сразу немного успокоилась и подумала, что мне, должно быть, всё почудилось. Может быть, приснился сон, а я приняла его за явь. Знаете, так бывает. И вот когда я уже собиралась возвратиться в спальню, услышала очень громкий звук. Даже не знаю… не скрип, а как будто скрежет… Прямо у меня за спиной. Тогда я испугалась и потеряла равновесие. Даже проехала по лестнице несколько ступенек, но сумела удержаться за ограждение и остановилась. Повезло.

Она пригубила вино и снова уставилась на скатерть.

— А во второй раз? — мягко спросил Эстли.

— Почти тоже самое, — призналась Йоланда. — Я услышала звуки, испугалась, выбежала из комнаты. Моя спальня — самая близкая к лестнице. Но только… в тот раз мне показалось, что меня толкнули.

— Толкнули? — повторил Эстли.

— Мне так показалось. Я почувствовала толчок в спину и точно упала бы, если бы не Рикардо. — Впервые за время беседы мы переключили внимание на слугу. Тот внимательно слушал разговор, но не вмешивался и даже сейчас, когда всплыло его имя, лишь слегка наклонил голову. — Он выбежал на шум и успел меня подхватить. Иначе я бы, наверное, здесь с вами не сидела. — Йоланда немного помолчала, а потом подняла взгляд на Эстли. — Вы не знаете, привидение способно толкнуть человека?

— Не способно. — Я ответила вместо Эстли, и все удивлённо посмотрели на меня. — Привидение не может ни толкнуть человека, ни вообще причинить ему физический вред. Запугать при большом желании может. Но не более того.

— Откуда вы знаете? — резко спросил Аделяр.

Я неопределённо повела плечом.

— Просто немного разбираюсь в этом вопросе.

Кажется, мои слова немного успокоили Йоланду.

— Давайте поговорим о чём-нибудь более весёлом, — предложила девушка.

Она просительно улыбнулась, и в этой улыбке было столько уязвимости, что отказать казалось невозможным. Наверное, Йоланда принадлежит к тому типу женщин, которых мужчинам хочется защищать. Эта мысль заставила меня ощутить лёгкий укол совершенно иррациональной зависти. Такие, как я, обычно защищают себя сами, а в мужчинах пробуждают всё больше желание вступить в поединок.

— Сюзанна! — Она внезапно развернулась к прислуживавшей за столом девушке. — Ты неважно выглядишь. Тебе нехорошо?

Я впервые присмотрелась к служанке. Впрочем, и после более внимательного взгляда девушка показалась мне ничем не примечательной. Худая, в простеньком платьице, жиденькие светлые волосы собраны в хвост. Девушка действительно казалась очень бледной.

— Я… можно я пойду? — тихо-тихо спросила девушка, бросив опасливый взгляд на шагнувшего вперёд Рикардо.

— Конечно. — Йоланда посмотрела на неё, как мне показалось, сочувственно. — Можешь быть свободна на сегодня.

Теперь она тоже взглянула на Рикардо и кивнула, как бы подтверждая таким образом свои слова.

Сюзанна присела в неловком реверансе и шмыгнула за дверь.

— Бедняжка, — вздохнула, снова поворачиваясь к нам, Йоланда. — Её мать умерла совсем недавно. Всего на три недели пережила нашего отца. Видимо, его смерть её подкосила. Она была ему очень преданна. Служила в нашем доме кухаркой больше тридцати лет.

Я слушала чем дальше, тем более внимательно. Выходит, барон Грондеж — не единственный, кто умер в этом доме за последние полтора месяца. Сдаётся мне, что эти две смерти вполне могут оказаться взаимосвязаны. И я не удивлюсь, если связь заключается вовсе не в том, что смерть барона подорвала здоровье кухарки.

— Вы не могли бы рассказать нам немного о дворцовой жизни? — обратилась к нам с Эстли Йоланда. — Сюда и правда так плохо доходят новости!

— Охотно.

Я взяла инициативу в свои руки и какое-то время развлекала Йоланду, а также и остальных присутствующих забавными сплетнями о наших придворных, стараясь однако избегать историй, напрямую связанных с герцогом и нашим с Эстли противостоянием. Всё же не стоит нащупывать границы терпения моего «жениха».

Мою болтовню прервало шуршание, с которым в трапезную вбежал довольно крупный терьер. Пёс, обладавший, по всем признаком, весёлым и неугомонным темпераментом, пролетел через всю комнату туда и обратно, немного покрутился у наших ног, проверяя, не упало ли со стола что-нибудь вкусное, напоследок гавкнул и поспешил ко второй двери.

— Бяка! — восторженно закричал молчавший до сих пор ребёнок.

Вытянув руку в направлении терьера, он восторженно открыл рот, чем не преминула воспользоваться няня, которой до сих пор никак не удавалось накормить ребёнка. Все попытки до сих пор заканчивались одинаково: губы ребёнка растягивались в озорной улыбке и смыкались намертво. Теперь няня с немалой ловкостью сунула ложку в рот зазевавшемуся ребёнку. Поняв, как бессовестно его обманули, мальчик посмотрел на няню с искренней обидой, однако пюре всё-таки проглотил. Няня вновь застыла до поры до времени в обманчиво расслабленной позе.

— Пса зовут Бяка? — удивлённо спросила я.

Брат с сестрой дружно рассмеялись.

— Нет, — пояснил Аделяр. — Бяка — это на его языке значит «собака». А пса зовут Джек.

Губы Йоланды растянулись в печальной ностальгической улыбке.

— Я вспомнила Норрея, — объяснила она Аделяру. — Примерно в таком возрасте у него был игрушечный мишка, которого он звал Ика. Он очень долго называл так всех животных.

Аделяр укоризненно покачал головой и накрыл руку Йоланды своей ладонью.

— Норрей — это ваш родственник? — решилась спросить я.

— Это наш брат, — ответила девушка. — Он был на год старше Аделяра. Он умер несколько лет назад.

— О, простите, мне очень жаль.

Ещё одна смерть? Впрочем, наверное, она произошла слишком давно, чтобы иметь отношение к нынешним странным событиям. Хотя кто знает? Иногда подобные истории тянутся много лет. Тщательно запрятанные тайны долго назревают где-то внутри, чтобы затем внезапно прорваться наружу.

Ужин вскоре подошёл к концу. Некоторые ещё доедали десерт, другие, отставив опустевшие тарелки, вели непринуждённый разговор. Сложные темы больше не затрагивались, все присутствующие тщательно старались их избегать. Я решила, что настала пора подготовиться и отправляться на встречу с призраком.

— Если вы не возражаете, я вас покину, господа. — Я виновато улыбнулась. — Немного устала с дороги. Полагаю, Рикардо сможет показать мне мою комнату?