Откровения акушерки. Тайны родильного отделения - Филиппа Джордж

– Я вижу его головку. У него есть волосы! Я вижу их.

– Хорошо, Джейсон, вы молодец. Просто сделайте несколько вдохов. Как там Надя?

– Сейчас скажу. Ты в порядке, любимая? Да, она кивает. С ней все в порядке.

Затем снова ожидание в тишине.

– Включите громкую связь, чтобы я поняла, что происходит.

Теперь я слышу, как его жена продолжает тужиться, а схватки повторяются каждую минуту. Сильные схватки длятся одну минуту.

– Хорошо, Джейсон, мы послали «скорую», и скоро приедет патронажная акушерка. Входная дверь не заперта, чтобы они могли войти?

Пришлось подождать, пока Джейсон ходил, чтобы отпереть входную дверь. Наконец он воскликнул:

– Ребенок родился! Она родилась! Это девочка! Я стал отцом! Я теперь папа!

Сама того не сознавая, я затаила дыхание, ожидая первого крика. Ждать, ждать… просто ждать. Но я ничего не слышала, поэтому сказала:

– Джейсон, возьмите девочку и вытрите ее. Это поможет.

Наконец раздался крик, громкий и сильный. Слава богу! Я сморгнула слезы, услышав, как Джейсон и Надя оба смеются и плачут.

– Джейсон? Вы слышите меня, Джейсон? Положите девочку на грудь Нади, – скомандовала я. В этот момент я услышала хорошо узнаваемый нарастающий вой сирены скорой помощи.

– Они здесь! – крикнул Джейсон, смеясь и плача одновременно. – Черт возьми, приятель, ты опоздал, – поприветствовал он фельдшера. – Она уже родилась! У меня родилась девочка, мужик, маленькая идеальная девочка!

– Хорошо, Джейсон. Вы блестяще справились – вы оба. Поздравляю вас. Теперь мне придется попрощаться и оставить вас на попечение фельдшера.

– Спасибо, Пиппа.

– Всегда пожалуйста, – ответила я, сдерживая слезы радости.

А потом я повесила трубку. Интересно, привезут ли их в отделение? Это всегда было удивительно – встретить пару, с которой разговаривала во время домашних родов. Но за несколько часов до конца смены я так и не увидела Джейсона, Надю и их новорожденную дочку. Это был хороший знак – значит, дома все нормально.

Когда ты работаешь в медицине, даже незначительные ситуации могут иметь роковые последствия.

В тот день все сводилось к телефонным звонкам. Около шести вечера, за час до окончания смены, мне позвонил мужчина по имени Тони, у которого рожала жена Гейнор. Это был второй раз, когда Тони звонил в отделение во время моей смены. Теперь я разговаривала с Гейнор по телефону. Я просмотрела предыдущие записи с последнего звонка: схватки были каждые семь минут продолжительностью тридцать секунд, воды не отошли. Данный им совет: принять парацетамол и горячую ванну, попытаться успокоиться, перезвонить, когда схватки участятся.

– Привет, Гейнор, меня зовут Пиппа. Как у вас дела?

– Мне больно. Схватки теперь каждые пять минут, воды все еще не отошли, это нормально?

– Это совершенно нормально. Как вы справляетесь со схватками? Вы принимали парацетамол и теплую ванну? Ваш партнер рядом?

– Да, я делала все, что мне говорили. Сейчас все нормально. Попробую вернуться в ванну: это помогало.

– Ладно, Гейнор, побудьте еще немного дома, но, если что-то изменится или схватки станут более регулярными, перезвоните. У вас есть наш номер телефона. Просто не забывайте пить много жидкости и продолжайте есть часто и понемногу.

Вот и все. Разговор закончился, поэтому я быстро сделала заметки на листе, прежде чем снова снять трубку: кто-то постоянно звонил. Потом пришло время сдавать смену, и мой рабочий день закончился. Возвращаясь домой в утреннем потоке машин, я думала о Джейсоне и Наде. Звонок от Тони совершенно вылетел у меня из головы. Я и не подозревала, какое значение в моей жизни будут иметь эти два звонка от Гейнор и Тони через полгода.

19

Напрашиваясь на неприятности

– Мы хотим луковые бхаджи?[52] – крикнул Уилл, заказывая по телефону субботний ужин.

У нас обоих выдалась тяжелая неделя, и мы вознаградили себя доставкой на дом индийской еды. С тех пор как появилась Бетти, мы перестали быть тусовщиками, как в молодости. Большинство субботних вечеров проводили дома с едой навынос и несколькими эпизодами «Нарко»[53] на Netflix, свернувшись калачиком на диване, пока один из нас или оба не отключались. Это никогда не занимало много времени. Обычно в субботу к десяти вечера я уже была в пижаме.

Луковые бхаджи? Мой желудок сжался от воспоминаний.

– Боже, нет! – ответила я.

Когда-то я их любила, но теперь уже несколько недель не могла даже смотреть на бхаджи после очень неудачных родов, которые на всю жизнь отвратили меня от пикантных индийских закусок.

Некоторых людей тошнит от боли. Это не очень удобно, когда приходится рожать.

У Ниши была четвертая беременность, и она рожала уже пару часов, но, похоже, роды развивались не слишком быстро.

– Хотите кусочек тоста? – предложила я. – Может, бутерброд?

Еда может дать прилив энергии и ускорить роды, поэтому мы всегда поощряем пациенток есть на ранних стадиях. Ниша сморщила нос. Ей явно не понравился кусок тоста.

– Инду! – обратилась женщина к своей сестре, выступавшей ее партнершей по родам. – Можешь принести мне что-нибудь, пожалуйста? Ты же знаешь, что мне нравится.

Полчаса спустя Инду вернулась с салатом и парой луковых бхаджи, которые Ниша с энтузиазмом проглотила. Еда сделала свое дело – прогресс был налицо, и через двадцать пять минут пациентка стала тужиться. Так вот, не все это знают, но некоторых людей тошнит от боли. Когда Ниша начала тужиться, боль протолкнула всю еду обратно, и роженицу начало рвать – рвота с луковыми бхаджи! О боже, этот запах был ужасен. Обычно у меня стальной желудок и я могу справиться с самыми отвратительными видами и запахами. Но должна признать, что полупереваренные луковые бхаджи были, вероятно, самой отвратительной вещью, которую я нюхала за всю жизнь. Мне потребовалась вся сила воли, чтобы сдержать собственные позывы рвоты! Я поклялась больше никогда в жизни не прикасаться к луковым бхаджи[54].

Рекомендации в акушерстве – штука непостоянная: вчера все пеленали младенцев, а теперь, оказывается, это может их убить.

Бетти уже лежала в постели, а мы с Уиллом наверстывали упущенное, делясь друг с другом последними новостями с работы за двумя большими бокалами красного вина. Поскольку мы оба совмещали работу с уходом за ребенком, было трудно найти время и энергию, чтобы действительно сесть, посмотреть друг другу в глаза и поговорить должным образом. В эти дни я иногда задавалась вопросом, как на самом деле выглядит Уилл! Мне и так трудно было хорошо справляться и с работой, и с материнскими обязанностями, не говоря уже о том,