Волшебное облако - Патриция Уилсон

– И как же ты все-таки от него избави­лась? – спросил Люк.

Откровенно говоря, ему не слишком хоте­лось сейчас говорить о Сомерфилде, потому что он все еще был потрясен тем, как довер­чиво и с какой готовностью отдалась ему Эми.

Люк хотел вспомнить каждое мгновение это­го счастливого события. Но Эми уже верну­лась на грешную землю.

– Так как же ты все-таки избавилась от него? – повторил Люк свой вопрос.

Эми покраснела.

– Он попытался сделать это, – прошепта­ла она.

– Что «это»? Объясни мне. Он хотел за­няться с тобой любовью?

– Это была не любовь, – подчеркнула Эми. – И мне не понравилась его идея.

– Удивительно, что он смог остановить­ся, – заметил Люк, глядя в потолок и рисуя в уме картины, одну страшнее другой.

– Он не смог, – смущенно уточнила Эми. – Это было ужасно. Мне пришлось ударить его лампой. Потом я вытолкнула его на улицу и заперла дверь.

Теперь Люк улыбался, представляя себе, как все произошло.

– Это, наверное, охладило его пыл, – предположил он.

– Да. Машина Эрика стояла прямо у дома, так что ему не пришлось далеко идти пеш­ком, – добавила в свое оправдание Эми. – Мне, конечно, понадобился новый абажур для лампы, – продолжала рассуждать она, – и я целую вечность искала подходящий. Лам­па была подарком тети Селии, и она не по­верила мне, когда я рассказала ей, как ис­портила абажур.

– Как же ты все объяснила? Неужели рас­сказала ей о Сомерфилде?

– Бог с тобой! Этого ни в коем случае нельзя было делать!– ужаснулась Эми. – Тетя Селия ничего не знала об Эрике. Она бы никогда не одобрила наших отношений. Я просто объяс­нила ей, что случайно села на абажур.

Люк не выдержал и расхохотался. В про­шлом, когда у Люка начиналась любовная связь, он либо испытывал неловкость перед новоявленной возлюбленной, либо нечто вро­де преувеличенной нежности к ней. А сейчас он испытывал удовлетворение и восторг. На­стоящий восторг!

Эми же целиком погрузилась в нехитрый рассказ о поломанном абажуре. Она только что лишилась невинности, где-то в ночи ее подстерегал зловещий, страшный человек, а она была спокойной и счастливой, причем до такой степени, что казалась Люку почти нереальной. Но она была его сокровищем, счастьем, женственным и доверчивым. Люк еще крепче прижал ее к себе. Он ее защитник и повелитель, и она с готовностью подчиня­ется ему. Внезапно Люк понял, что не смо­жет теперь жить без нее. Когда же он начал опять целовать Эми, она откликнулась сразу, его теплая, нежная и такая уступчивая мисс Компьютер.

Она снова обвила руками его шею, и Люк почувствовал, как ее нежные груди прижа­лись к его груди. Он коленом раздвинул ей ноги, и она еще ближе придвинулась к нему.

– Я снова хочу тебя, – сказал он, боясь причинить ей боль, но пальцы Эми уже по­грузились в его густые темные волосы.

– Да, Люк, прошу тебя, поскорее. Пожа­луйста, – прошептала она.

Она была невинной .и абсолютно искрен­ней в своем желании принадлежать ему.

– Ты меня убьешь, – сказал он, задыха­ясь. – Я умру в твоих объятиях, но умру сча­стливым.

Эми была такой же, как в первый раз. Не­жной, стыдливо требовательной и пылкой, она снова была с ним единым целым. Уста­лые, они заснули, но и во сне Люк не выпус­кал ее из объятий.

Незнакомец пришел в середине ночи, и, хотя Эми спала счастливым сном, она про­будилась, почувствовав опасность.

Она с трудом поборола соблазн остаться в объятиях Люка, потому что чувствовала себя под надежной защитой, и ей не страшен был и десяток преследователей. И все же Эми за­ставила себя встать. Осторожно высвободив­шись из объятий Люка, она накинула на себя халат и на цыпочках подошла к окну.

Осторожно отогнув краешек шторы, она выглянула в окно и ясно увидела фигуру че­ловека. Все было, как прежде. Она видела его, но не могла разглядеть лица. Несколько се­кунд Эми наблюдала за ним. Страха у нее не было, потому что Люк был рядом.

Люк проснулся еще до того, как она подо­шла к нему.

– Эми! – сонно пробормотал он. – Иди сюда, красавица. Куда ты подевалась? – до­бавил он по-французски.

– Он здесь, Люк! – громким шепотом про­изнесла Эми. – Он стоит под фонарем и смот­рит на окно.

Эми напрасно опасалась, что Люк со сна не поймет смысла ее слов. Он тут же вскочил с кровати, голый и полный ярости, и вмиг очутился у окна. Некоторое время Люк на­пряженно изучал улицу, и Эми в ожидании молча стояла рядом.

– Ты видишь его, Люк? – волнуясь, спро­сила она его, опасаясь, не произойдет ли с ним то, что произошло с дядей Питером.

– Да, я его вижу, – процедил Люк сквозь зубы. – Высокий, весь в черном и достаточно крепкий. Сейчас я его поймаю!

Он начал торопливо натягивать на себя одежду, шаря в ее поисках по стульям и кро­вати. Эми начала ему помогать.

– Не надо! – остановил ее Люк. – Лучше смотри, в какую сторону он пойдет, если вдруг надумает скрыться.

– Осторожней! У него может быть нож, – предупредила Эми, когда Люк бросился к дверям спальни.

Эми снова посмотрела в окно. Человек по-прежнему был на месте. Каким бы крепким ни был ее мучитель, он все равно не мог про­тивостоять силе и стремительности Люка. К тому же козырем Люка была внезапность на­падения. Эми уже имела возможность в этом убедиться.

Сирена завыла, когда Люк через кухню вихрем промчался к входной двери. Эми чуть не подпрыгнула от неожиданности и, ругая себя за неосмотрительность, бросилась вниз, чтобы отключить сигнализацию. Она включила ее накануне, по пути в спальню, куда Люк нес ее на руках. Эми тогда была так возбуж­дена, что нажала на кнопку автоматически, не задумываясь о возможных последствиях.

Эми отключила сирену, и наступила пол­ная тишина. Но оглушительный вой, с трево­гой подумала Эми, наверняка успел разбу­дить всю округу.

Она услышала, как Люк с грохотом рас­пахнул дверь и выскочил на улицу.

– Дерьмо! – по-французски выкрикнул Люк, и Эми догадалась о причине его ярости.

Незнакомца там уже не было. Эми спусти­лась вниз и вышла на крыльцо, наблюдая за Люком, который занимался бесполезными поисками на другой стороне улицы. Эми по­ежилась. Холодный ночной воздух был тут ни при чем: она опасалась страшного гнева Люка. Он будет на нее кричать, а она не сможет найти для себя никаких оправданий. И тут озорная мысль, внезапно пришедшая ей в голову, развеселила и успокоила Эми. А что, если запереть дверь и оставить рассерженно­го Люка на улице?

Когда Люк вернулся, Эми, босая и вко­нец замерзшая, стояла в оцепенении, не зная, что сказать.

– Прости меня, Люк, – пробормотала она с виноватым видом.

Не говоря ни слова, он взял Эми за руку и повел за собой в дом. Потом запер входную дверь.