Истинная королева (СИ) - Елена Гринн

— Да она слабенькая, но такая вкусная! Так что там по женской части?!

Эмма снова рассмеялась и потянула братьев и Аглаю танцевать. Лесные люди веселились, пока окончательно не стемнело. Кто-то ушел раньше, кто-то плясал до самого конца, пока музыканты не устали. Лекс проводил Эмму и Ильяса до дома, где им выделили койки и сам отправился в свой дом, где жил все это время.

Утром гостей разбудила хозяйка дома, пригласив на завтрак. Съев пышные блины с густой сметаной, тягучим медом и ароматным земляничным вареньем и запив яблочным компотом, Эмма и Ильяс горячо поблагодарили хозяйку и, переодевшись в свою одежду, покинули гостеприимный дом. У крыльца их ждала Аглая. Девушка была бледна, а щеки горели огнем. Она нетерпеливо прохаживалась взад-вперед, нервно заламывая руки, словно не знала, куда их деть. Завидев Эмму, Аглая остановилась, нахмурилась, закусила губу, а потом решительно подошла к королеве.

— Я могу поехать с вами? — спросила девушка, выдыхая весь воздух из легких.

Эмма удивленно вскинула брови, а Аглая по-своему оценила этот знак.

— Я не буду обузой, обещаю! Я устроюсь на работу, я…

Эмма взяла ее руки в свои, останавливая поток слов.

— Аглая, если ты хочешь, конечно же ты можешь поехать с нами.

Девушка не сдержала слез, они ручьями полились из ее глаз по пылающим щекам. Она поспешно обняла Эмму и рванула от дома, крикнув, что она быстро возьмет свои вещи. Ильяс только присвистнул ей вслед.

На площади их уже ждал Лекс, держа поводья Метели, Заката и Ворчуна, и Велимир. Эмма даже притормозила, заметив на брате штаны, сапоги и рубаху, в которых он был в тот злополучный день. Лекс действительно вернулся! Велимир улыбнулся, завидев Эмму и Ильяса. Он обнял их, словно родных.

— Не забывайте нас, приезжайте, мы будем очень рады вас видеть!

— И Вы обещайте посетить нас, Велимир. Любой город Земли будет рад встретить Вас и Ваш народ, а также оказать всю возможную помощь.

— Благодарю, Ваше Величество, — Велимир поцеловал руки королевы.

— Еще… ко мне утром подошла Аглая…

Старейшина кивнул:

— Она говорила со мной, я благословил ее и отпустил. Аглая давно уже сирота, воспитывалась в доме главного лекаря. Ее никогда не интересовали гуляния, праздники и наряды, она даже отказала всем сватавшимся женихам.

Эмма улыбнулась, узнавая в девушке себя.

— Все это значит, что здесь не ее судьба. Может быть, Иридия даст ей ее истинное счастье. Я буду рад этому… только берегите нашу девочку, Ваше Величество.

— Обещаю, что Аглая будет в надежных руках!

Велимир кивнул. Эмма подошла к братьям.

— Признавайтесь, из-за кого из вас Аглая решила покинуть насиженное место? — обвела она взглядом мужчин.

— На меня не смотри, она мне как сестра, и я ее как мужчина совсем не интересую. Ей больше нравились мои переломы! — улыбнулся Лекс. — А вот Ильяс вчера ее явно заболтал и затанцевал.

— А я-то что? — воскликнул Ильяс, смутившись. — И вообще она несносная упрямая девчонка! Кто еще кого заболтал.

Эмма многозначительно переглянулась с Лексом. Наконец на площадь прибежала Аглая, таща с собой большую сумку с вещами. Лекс взял сумку, устраивая ее на Ворчуне, чтобы Аглая могла ехать налегке. Девушка обняла Велимира, а старейшина поцеловал ее в лоб, благословив.

Попрощавшись с вышедшими проводить их жителями, Эмма, Ильяс, Лекс и Аглая оседлали лошадей.

— Ну что, пора домой, — проговорил Лекс подстегивая Ворчуна. Конь заржал и понесся по дороге прочь от селения.

Глава 39

— Я когда-нибудь пришибу твоего братца, и суд меня оправдает! — в комнату Эммы, предварительно постучав, вбежала Аглая. За год, прошедший с тех пор, как они покинули Лесной народ, девушка значительно изменилась. Исчез тот страх в глазах, излишняя застенчивость и робость. Исчезла и длинная коса, теперь ее рыжие слегка вьющиеся волосы достигали лопаток. Часто она закалывала свои кудри большим гребнем с самоцветами, который ей подарила королева.

— Что Ильяс опять натворил? — вздохнула Эмма, закрывая свой любимый блокнот с замком-листиком, который когда-то купила в Элегоне.

Аглая села на стул, сердито засопев. Отношения между ней и Ильясом развивались стремительно, все прекрасно знали, как сильно они любят друг друга, однако их любовь к медицине вносила свои коррективы. Они частенько спорили из-за методов лечения, правильности сбора трав. Не выдержав очередной их ругани, Эмма четко разделила территории: теперь девушка занималась исключительно женским здоровьем, беременными и новорожденными детьми, Ильяс же, ставший на тот момент главным лекарем и советником по медицине, контролировал все остальное. Конфликты действительно практически сошли на нет, но сегодня Аглая снова была не в духе.

— Он вбегает в мой кабинет даже не постучав! А я в этот момент осматривала женщину. Хорошо, я вчера передвинула диванчик спинкой к двери, иначе как бы ей было неприятно, даже несмотря на то, что Ильяс лекарь!

— Попроси Пита сделать тебе засов на двери, и закрывайся во время осмотров, — проговорила Эмма, лениво подперев щеку рукой.

Аглая удивленно посмотрела на королеву, словно та сказала какое-то невообразимое чудо, и разулыбалась.

— А ведь точно! Вот я дурочка! И как я не подумала запирать кабинет. Спасибо, Эмма! Не зря все-таки я к тебе зашла, ты всегда дашь дельный совет.

— Обращайся, — улыбнулась девушка. — А Ильяса все-таки пощади, он нам обеим еще пригодится.

Аглая смущенно засмеялась, мило краснея.

Прошел уже год с момента возращения Эммы. Люди снова выдохнули с облегчением и постарались забыть то ужасное полугодие словно его и не случалось. Однако именно оно внесло коррективы в решения королевы — теперь она больше не медлила и с уверенностью меняла весь строй. Помимо того, что девушка вернула все свои распоряжения, которые принимала до «смерти», так еще активно занялась новыми изменениями. «Соколы» вместе с Сэмом собрали информацию про всю знать королевства на предмет их поведения при узурпаторе. Решал их судьбу «суд», в который по первому времени вошла сама королева, ее братья, Арей и духовник Ярослав — все те, кому она могла полностью доверять. Позже туда добавились Касым, мэр Хатара и Оберон, мэр Лидии. Мужчины проявили себя честными и стойкими управляющими и не прогнулись под короной, а продолжали помогать людям, по мере возможности облегчать им жизнь. Также Эмма не тронула мэров Риверпорта и Тензии, люди защищали их, и королева доверилась народу. Сняла она с поста лишь Якима, мэра Диолуса, которого не жаловали собственные люди. На его место жители города выбрали Петра, мужчину средних лет, который оказался весьма достойным мэром и честным человеком. Советников Евандра,