Проклятый - Azzgrim

это самые очевидные вопросы, но на них столько ответов. — Из темноты пространства вышел черный, покрытый шрамами, без хвоста, пёс. Он был мне по пояс ростом.

— Что тут делает собака?

— Ах да, ты же не видел меня в настоящей форме, я и есть настоящий Рарант. — Не открывая рта сказала собака, голос раздавался в голове.

— Чего? Хватить водить меня за нос! Как неразумное существо может быть богом?

— В мире не существует неразумных существ. Просто некоторые достаточно умны, чтобы не разговаривать.

— Ну хорошо, ты отдашь мне уже ту всемогущую силу?

— Откуда ты знаешь, что она всемогуща?

— Сказал кое кто. Хватит тянуть!

— Мы ещё не закончили, мне интересно знать, что ты думаешь о ценности жизни. Как ты думаешь, сколько стоит жизнь?

— Нисколько. У нее нет цены. — Рарант засмеялся

— Да! Мы с тобой почти едины в мнениях. Жизнь существа не стоит ни гроша! Полный ноль, это вы, «Разумные», сделали ее Абсолютом, который стоит над всем. Но, на самом деле, ничто в этом мире ничего не стоит никаких усилий, никаких денег, никаких чувств. И я, безродная псина, первый, кто над этим задумался, кто понял! — Возбуждённый голос Раранта становился все громче. — И я вознесся! Стал за гранью понимания самих богов! — Рарант вновь издал свой громогласный смех. Я молча слушал его. — Теперь ты понимаешь, как получить силу?

— Не совсем.

— Эх… а я думал ты проникнешься. Тогда возьмём момент из твоей жизни. Замок Шарков. Самая первая встреча с Беллой. Помнишь, как твоя сила перестала быть черной, как тьма, а стала огненным ураганом? — В голове вспыхнули те мгновения… Я понял!

— Сила… В твоём восприятии мира? Как ты воспринимаешь его, так и он тебя? Что ты от него хочешь, то и получишь? — Пёс кивнул, и в тот же миг превратился в юношу, закутанного в темный плащ.

— Все мироздание держится на этой аксиоме, вся магия создана только благодаря своему пониманию мира. — После его слов моя кровь начала бурлить, тело преображалось изнутри, оно начало перестраиваться. — Понимание этого даёт тебе безграничную силу. Боги, поняв это, стали теми, кто они есть!

— Но… Если это так, почему я не исчез из этого мира, как только обо мне узнали боги? Они же могли уничтожить меня во мгновение ока. Почему они не могут победить тебя? Почему не могут проникнуть сюда?

— Для тебя все просто: если они вкусят моей силы, находящейся в тебе, то начнут понимать, что я такое. А это место, и я сейчас вне их понимания.

— Я не совсем понимаю… Не могу вообразить себе такую простую вещь!

— В этом-то и дело. Мы ограничиваем себя, сами того не понимая, просто не можем понять, что есть такой путь, что ничего не происходит, само собой. Но разве не произошел ли этот мир случайно? Ничто не сподвигло его создавать богов, живых существ и прочее, оно появилось… Случайно. Сейчас я рассказал тебе основу мироздания — случайность. Вот, из чего все строиться.

— Но как это относиться к моей силе?

— Очень просто… — Рарант подошёл ко мне и, сжав кулак, пробил мой живот насквозь. — Как ты думаешь, это случайность или нет? — Я не мог сказать и слова. Волна боли не давала мне этого сделать. Но когда он вынул руку из живота, он мгновенно зажил. Я упал на колени и жадно хватал воздух ртом.

— К… К… Какая к черту случайность?! Ты меня чуть не убил!

— Все в этом мире сплошная случайность. То, что ты выжил, когда бежал из Каира, тоже случайность, что вышел на трактир близнецов — случайность, да и вообще, что догадался, как попасть сюда… Но знаешь почему они случились с тобой? — Рарант выдержал паузу. — Потому что моя сила дарует тебе власть над случайностями, власть над всем мирозданием! И все потому, что ты понял, как она работает! — Он вновь превратился в покалеченную псину. — Встань на колени. — Приказал он. Я, не смея ослушаться, встал на колени. Я подчиняюсь богу? Как он смог подавить мою волю, которая не подчинилась другим богам… Рарант подошёл ещё ближе и, раскрыв пасть, тяпнул мою правую трапецию. Прокусив ее, он сказал:

— Иди же, сын мой. Исполни, что хочешь. Твоя душа возвращена! — И растворился в воздухе. Я остался один в этом темном пространстве, наедине с мыслями. Я теперь могу все? В голове ещё не до конца укладывался этот факт. Я посмотрел на свою одежду и представил, как она заменяется на крепкую броню, облачающую все тело. Непробиваемый сплав металлов не даст ей сломаться. Это была не магия созидания, нет. Это что-то выше, что-то мощнее. Я до сих пор не мог понять, как она работает, как я могу мочь все, просто понимая закон мироздания. И то, весь закон строиться на… Случайности. Я посмотрел на свои ладони, они были одеты в кожаные перчатки, а вверх ладоней покрывали пластины брони. В голове всплыл образ Ларса… Когда я моргнул, меня перенесло из горы Жалми. В гористую местность, откуда я и взошел на неё. А передо мной сидел, затаившись за большим булыжником… Ларс!

— И куда он пропал? Просто исчез! — Бубнил он себе под нос. Я легко усмехнулся так, чтобы он заметил. Ларс резко обернулся. — Деймон?! Я даже присутствия не обнаружил! Куда ты исчез? Ты же был прямо передо мной? Прошло всего несколько секунд.

— Какая разница, Ларс, теперь мне подвластна такая сила, о которой богам даже мечтать не приходилось. — Ларс вскочил. В его глазах читалось недоумение, смятение, неохота сражаться со мной.

— Такой силы не может существовать. Ведь боги стоят в основе этого мира.

— К твоему сожалению, это не так. У меня нет времени это все рассказывать, просто не мешай мне, Ларс. То, что ты избранный, тебе не поможет. Я предупреждаю тебя, как лучшего друга.

— Я не дам тебе пойти на смерть, Деймон! Остановись, пока не поздно! — Ларс мгновенно воплотился возле меня, но остановить ему меня не дано. Кинув на него взгляд, я остановил время… Эх, время, неподвластная частица мироздания. Ещё никто не смог подчинить её. Теперь я понял, что значит быть первопроходцем. Сделав несколько лёгких ударов в воздух, я возобновил ход времени. Тело Ларса улетело далеко-далеко за горизонт. Но он вновь телепортировался ко мне. Тяжело дыша и хватаясь за живот, он выдавил из себя слова.

— Как… Что это за магия, ты управляешь временем? Такого ещё никто не достигал… Но только этим богов тебе не уничтожить. Они находятся вне власти времени.