Охота на флагманов - И Кубатько

...После ухода эсминцев из состава эскорта и сигнала о рассредоточении конвоя, суда последнего подверглись жестокому разгрому. Одни суда горели, другие тонули, а некоторые, поврежденные и покинутые командами, расстреливались своими же кораблями эскорта. Эфир был насыщен призывами о помощи. Нервозность сказывалась и на радиограммах, многие из которых были без позывных и не имели указания времени и координат. Вполне естественно, что создавшаяся обстановка не могла быть предусмотрена заранее и разработанный план обеспечения встречи конвоя под давлением сложившихся обстоятельств вышел за пределы первоначальных рамок.

Со стороны Северного флота и Беломорской военной флотилии потребовались энергичные и обширные мероприятия по поиску, оказанию помощи транспортам и проводке их в Архангельск.

Вместе с проведением специально организованной операции по выводу транспортов из мест их временных укрытий в бухтах Новой Земли, о напряжении малочисленных сил Беломорской военной флотилии можно судить по следующему числу выходов кораблей и вылетов авиации:

Число выходов кораблей: на поиск 6, для встречи 7, для конвоирования 16, на траление 128, прочих 36 - всего 193.

Число вылетов авиации: разведка, поиск и прикрытие транспортов 94, бомбардировка аэродромов и баз противника 178, барражирование 18, прочих 14 - всего 304.

Наши миноносцы "Грозный", "Гремящий", "Сокрушительный", "Куйбышев" и "Урицкий" производили поиск и эскортирование отдельно следующих транспортов, отражая огнем артиллерии атаки самолетов противника. 10 июля при возвращении с поиска транспортов миноносцы "Сокрушительный" и "Гремящий" были атакованы самолетами и получили ряд повреждений. Поиск отдельно следующих транспортов и их прикрытие продолжались до 24 июля.

Таким образом, разрозненное и неорганизованное движение судов после роспуска конвоя вызвало ещё большее напряжение боевых сил, чем это имело бы место при обычном эскортировании.

Всю динамику и последовательность событий после роспуска конвоя осветить с желаемой точностью и в настоящее время все ещё затруднительно, однако, взглянув на причины и количество потерь транспортов при их неорганизованном движении, можно достаточно наглядно представить себе создавшуюся обстановку.

До получения сигнала о роспуске конвой потерял в результате воздействия противника три транспорта, и два вернулись в Исландию из-за повреждений во льду ещё 29 июня и 2 июля.

После рассредоточения конвоя из 32 судов прибыли в Архангельск только одиннадцать, а двадцать одно, или около 65 процентов, стали жертвами воздушных и подводных атак противника, причем одиннадцать из них, по утверждению очевидцев, были покинуты командами при незначительных повреждениях и расстреляны своими кораблями эскорта.

Последняя цифра - яркий показатель царивших в среде экипажей союзных судов безответственности и паники.

Следовавшие с этим конвоем два советских транспорта, несмотря на полученные повреждения, сумели доставить груз в порт назначения. Транспорт "Донбасс" после рассредоточения конвоя продолжал следовать прежним курсом, а затем повернул на Архангельск. На пути транспорт имел шесть встреч с авиацией противника. Бомбы самолетов-пикировщиков ложились в 20-30 м от борта. Боезапас подходил к концу. Отбиваясь от авиации и пересекая район активного действия противника, транспорт по пути подобрал экипаж потопленного судна союзников. Спасенный экипаж, видя решимость советских моряков защищать свой транспорт всеми силами и средствами до конца, воспрянул духом и принял участие в общей борьбе с противником. Другой советский транспорт этого конвоя, танкер "Азербайджан", справившись с повреждениями, полученными от попадания торпеды при атаке 4 июля и локализовав пожар, пришел в Русскую гавань на Новой Земле, а затем был направлен (с сопровождением наших эсминцев) в Архангельск.

После рассредоточения конвоя наибольшее число потерь падает на те транспорты, которые шли в направлении на Архангельск или Мурманск вдали от движения кораблей оставшейся части эскорта. Такое направление судов явилось прямым следствием приказания: "рассредоточиться и следовать в русские порты", иначе говоря, суда этим распоряжением были ориентированы на движение в Архангельск и даже Мурманск, т. е. через районы наибольшей плотности развертывания подводных лодок и авиации противника. В тоже время транспорты, державшиеся вблизи кораблей эскорта, дошли от места рассредоточения конвоя до берегов Новой Земли и далее в Архангельск почти без потерь.

Останавливаясь на общей цифре потерь, понесенных конвоем (24 транспорта из 37, или 64 %), трудно с абсолютной точностью дифференцировать её по признаку вида оружия, воздействовавшего на транспорты. Ни эскорт, ни силы Северного флота, обеспечивавшие эту операцию, потерь в кораблях не имели. Потери противника точно не известны, но можно предполагать гибель его одной или двух подводных лодок и около пятнадцати самолетов.

Резюме:

Решение британского Адмиралтейства о рассредоточении конвоя было ошибочно и вытекало из неправильной оценки обстановки на море. Адмиралтейство переоценило угрозу со стороны надводных сил противника и недооценило опасности ударов его военно-воздушных сил и подводных лодок.

Справедливости ради надо отметить, что отнюдь не везде на судах и кораблях рассыпавшегося конвоя царило смятение и паника. Отдельные суда, несмотря на несопоставимый перевес сил противника, продолжали отчаянно сопротивляться. Отражая атаки с воздуха, артиллеристы американского транспорта "Беллингэм" сбили четырехмоторный "Fw 200" - это единственный "Кондор", сбитый за всю войну в Заполярье. Многие самолеты были серьезно повреждены при атаках на "Даниэл Морган", "Питер Керр", "Донбасс".

Были среди команд и проявления малодушия. При появлении возле "Самуэла Чейза" предмета, похожего на подводную лодку, экипаж судна занял места в шлюпках и два часа греб подальше от опасности. Когда выяснилось, что никто не собирался атаковать пароход, моряки, стыдясь самих себя, вновь поднялись на палубу и продолжили путь на восток. Команда другого судна - "Алкоа Рейнджер" - серьезно обсуждала условия капитуляции, стоило над его мачтами несколько раз пройти разведывательному "Кондору".

Некоторой части судов удалось избежать столкновения с противником. Когда конвой получил приказ рассредоточиться, командир траулера "Яршир" лейтенант Грэдуэлл собрал около себя "Айронклад", "Трубадор" и "Силвер Сворд" и ввел их на 20 миль в лед. Суда выкрасили в белый цвет, причем краски хватило только на один борт, обращенный к чистой воде. Перевозимые танки на случай атаки расчехлили, а их орудия привели в боевую готовность. Простояв во льду почти двое суток, суда двинулись на юг и 9 июля благополучно достигли Маточкина Шара.

Когда стало очевидно, что угроза атаки германских надводных кораблей миновала, корвет "Лотос", во главе группы из 10 малых эскортных кораблей, смог собрать в районе Новой Земли и взять под охрану шесть судов. Два из них - "Эль Капитан" и "Хузер" - были потеряны в ходе боя близ Иоканки с почти 40 бомбардировщиками. Остальные транспорты и корабли эскорта 11 июля прибыли в Архангельск.

Для англичан бойня, устроенная с конвоем, и отказ от обязанностей охраны королевского флота стал одним из самых позорных эпизодов морской войны. Не удивительно, что новость была строго скрыта от общественности на весь период, пока продолжались боевые действия.

Ответственность за разгром лежит бесспорно на адмирале Паунде, причем даже меньше за оценку ситуации, чем за реакцию на нее. Его нельзя было обвинять в том, что он мог думать, что немецкий флот вышел в море. Ибо для чего же иного два боевых отряда были сконцентрированы в Альтен фьорде, т. е. самой близко расположенной стоянке к курсу конвоя, как это почти точно было предсказано в донесении капитана Деннинга 18 июня?

Он знал, что Тирпиц, "Лютцов", "Шеер" и "Хиппер" объединенной мощью превосходили крейсерские силы Гамильтона, и что после того, как немецкие корабли разделаются с ними и эсминцами Брума, то конвой окажется целиком в их власти.

Он не мог знать, что "Лютцов" напоролся на подводную скалу и вышел из строя (кстати, из-за навигационных ошибок состав эскадры сократился ещё и на три эсминца).

Он не знал о связывавших по рукам и ногам ограничениях Гитлера относительно операций всего флота31. Но он знал, что он или иной английский адмирал должен был сделать в таких условиях - немедленно атаковать и уничтожить главные силы противника.

И если Паунда можно было оправдать за его оценку ситуации, то для него не было оправдания относительно отданного им панического приказа, который он отдал вопреки советам всех, кроме одного, членов штаба о рассредоточении конвоя. Деннинг решительно заявил, что, хотя он и не может сказать точно, что немецкие суда находятся в Альтен фьорде, но что он будет знать уже через несколько часов после их выхода, что они в открытом море. Чтобы настичь конвой, немцам потребовалось бы двадцать часов, что дало бы судам достаточно времени, чтобы рассредоточиться до их появления на горизонте.