Отбор для Короля волков (СИ) - Моран Маша

Аглая закусила губу. Тело тут же отозвалось на его прикосновение обжигающей волной. Да что же он с ней творит? Еще немного, и она начнет хныкать от этих ласк. Одновременно требовать остановиться и умолять продолжить.

Плотная ткань корсета оставалась единственной преградой. Аглая сжала бедра, то ли мешая его руке двигаться, то ли удерживая на месте и сильнее прижимая к себе. Длинные пальцы погладили низ живота. Плоть тут же ответила на эту ласку. Аглая ощущала, как чувствительные складочки набухают, как к входу в тело устремляется влага.

Бедра и живот сводило судорогами. Это нужно прекратить. Остановить! Но она уже не контролировала собственное тело. Оно полностью подчинялось ласкам Дамазы, стало покорным и послушным. Бедра сами собой сжались. И внутренние мышцы сократились, желая ощутить наполненность.

— А вы будете участвовать в следующих испытаниях?

Голос Василины слышался, как в тумане. Что ж она никак не уймется?! Аглая с трудом дышала, невидящим взглядом уставившись в свою тарелку.

— Не во всех…

Голос Дамазы звучал тяжело и хрипло. Аглая не удержалась и взглянула на него. Он вертел в другой руке кубок с вином и сосредоточенно его рассматривал.

Кажется, он возбужден так же сильно, как и она. И даже не может этого скрыть. Он нажал пальцем на впадинку между лепестками плоти и чувствительно потер.

Аглая не удержалась. Сама не поняла, как это получилось. Но как только его палец сильнее надавил, она легонько прижалась к нему. Просто поерзала на стуле, будто бы ища удобную позу.

Дамазы шумно выдохнул. Краем глаза она видела, как крепко он сжимает кубок. Кажется, на серебре даже появились вмятины от его пальцев.

— А когда мы узнаем, какая из Невест покинула Отбор?

Да что же ты все никак не замолчишь?! Василина отчаянно цеплялась за этот разговор, пыталась привлечь внимание Дамазы. Аглая понимала, что вновь закипает от жгучей ревности.

Неожиданно принц немного повернул руку и накрыл ладонью холмик между ее ног. Жестко втиснул ладонь между ее бедер и сжал. Аглая чувствовала, как становится влажной. Набухшие складочки начало тянуть. Внизу все ныло от неутоленного желания.

Дамазы погладил ее, а потом снова сжал и так в одном неспешном ритме. Погладил, сжал. Погладил, сжал. Аглая ощущала, как трется влажная ткань о лепестки плоти, как все горит от этого раздражения и сумасшедшего контакта.

— В-ваше Высочество?! — Василина чуть повысила голос.

— А?! Простите? — В осипшем голосе угадывалось рычание и раздражение.

Аглая наконец нашла в себе силы взглянуть на него. Она видела лишь по-настоящему звериный профиль. Острые четкие линии, резкие и волевые. Раздувающиеся от тяжелого дыхания крылья прямого носа, сосредоточенно сжатые челюсти, ходящие туда-сюда желваки.

— Я… я спрашивала, когда мы узнаем о решении Его Величества? Кому из Невест повезло остаться в Отборе?

Аглая закусила губу, когда ладонь между ее ног сжалась сильнее в грубом собственническом жесте.

Голос Дамазы звучал еще ниже, утробно. Как будто бы зверь внезапно научился говорить. Он уже освоил многие слова, но речь все еще дается ему с трудом.

Дамазы даже не пытался скрыть раздражения:

— Вон сидит Его Величество. Можете спросить его о принятом решении.

Аглая испытала странное удовольствие от того, что он поставил назойливую сестрицу на место. Эти ласки возбуждали его так же сильно, как и ее. Он не остался равнодушным. Не бездушный механизм для убийств и пыток ведьм, каким казался.

Аглая с трудом сдерживала стоны. Тепло его ладони прожигало ткань и проникало в тело, заставляя ее течь еще сильнее.

С другого конца стола до нее донесся громкий голос короля:

— Княжна сегодня удивляет нас своей молчаливостью.

Аглая с ужасом взглянула на короля. Он неприятно усмехался и рассматривал ее грудь в вырезе платья. Господи… Здесь же полно оборотней, и они могут учуять ее запах. Неужели всем сидящим за столом известно, что с ней происходит?!

Аглаю начало трясти. Зуб на зуб не попадал.

— И своей скромностью… — Король, не стесняясь, шарил глазами по ее груди.

Ладонь Дамазы переместилась и сжала ее бедро. Он словно предостерегал ее вступать в спор с королем.

Кровь прилила к щекам. Аглае казалось, что об ее кожу можно обжечься.

С трудом разлепив губы, она ответила:

— Мне отец запретил говорить.

Если до этого за столом было тихо, то теперь стало слышно, как трепещет ткань шатра на ветру.

— Она еще и послушна! — Король хлопнул ладонью по столу и расхохотался — все равно что залаял. — Идеальная покорная жена.

На языке уже вертелся колкий ответ, но ладонь принца буквально впилась в кожу. Он как будто чувствовал ее состояние, догадался о намерении дать его брату отпор. Но почему-то пытался ее остановить.

Положение спас князь. Он накрыл ее ладонь рукой и легонько сжал.

— Великие Боги, Аглаида! Ты же вся горишь… Ты заболела? Лихорадка?

Кто-то за столом испуганно ахнул. Аглае стало еще хуже. Да, у нее чертова лихорадка, потому что принц не придумал ничего лучше, как забраться ей под платье прямо за столом. А она из-за этого возбудилась, как чокнутая нимфоманка.

От страха и стыда, сердце забилось еще быстрее. Мысли в ужасе метались по сторонам, как застуканные за кражей преступники.

— Я себя… не очень хорошо чувствую…

Чтобы оправдать обжигающий румянец, тихо добавила:

— Кажется, у меня жар. — Перепуганные мысли сбились в кучу и начали, наконец, выдавать объяснения. Ложь уверенно полилась с губ. — В лесу мы попали под дождь. И кажется я промочила ноги. Сначала меня знобило, а теперь наоборот. Такое ощущение, что я горю.

— Но почему ты мне ничего не сказала?! Девочка моя… — Князь снова сжал ее ладонь. На его лице появилась тревога.

— Вы же ей сами запретили говорить. — Король откровенно забавлялся происходящим.

Внезапно принц резко поднялся. Аглая даже не заметила, когда он убрал руку из-под ее юбки — так была напряжена.

— Позвольте проводить княжну к нашим целителям. Если это лихорадка, то медлить нельзя. Они помогут.

— Да, конечно. Конечно… — Князь выглядел обеспокоенными и встревоженным.

— Княжна?..

Принц взял ее за руку и буквально потянул вверх, ловко отодвигая стул. Он увлек ее за собой. Аглая успела поймать полный ненависти взгляд Василины. Казалось, что это змея следит за каждым шагом своей жертвы, выжидая возможность впрыснуть яд.

Принц неуловимым движением подхватил плащ и набросил Аглае на плечи. Он крепко держал ее за локоть и вел за собой, легко лавируя между красивых шатров, воткнутых в землю стягов и костров, вокруг которых сидели шумные компании воинов.

Многие из них поспешно отводили взгляд от принца, а на лицах тех, кто отваживался смотреть, читался страх.

Аглаю вновь начало трясти. На этот раз от дурного предчувствия. Чего они все так боятся? Неужели, знают, кто она, и сейчас ее ждут пытки, от которых леденеет кровь даже у оборотней?

И куда он вообще ее тащит?! Ему ведь прекрасно известно, что никакой лихорадки у нее нет. А единственная причина ее жара — он сам.

Аглая резко остановилась и попыталась вырвать руку:

— Куда вы меня ведете?

Только сейчас она заметила, что они двигались к окраине лагеря. Здесь было намного меньше воинов, никаких костров и почти потусторонняя тишина.

Только ветер завывает. И этот звук действительно напоминает вой животного. Аглая осмотрелась. По земле проходила выложенная круглыми камнями граница. И принц собирался ее пересечь. Что все это значит?

— К целителю, княжна. — Он обернулся к ней.

Бирюзовые глаза опасно сверкнули в темноте, отражая свет. Сейчас он как никогда напоминал зверя. Голос хрипит и едва различим сквозь утробное рычание.

— К целителю, который сможет усмирить… ваш жар…

Нет… Неужели, он все-таки будет ее пытать? Истязать на глазах у всех…

Аглая снова безуспешно попыталась вырвать руку:

— Вы же знаете, что никакого жара у меня нет… Скажите честно, что задумали! Имейте смелость признаться!