Тайна «Соленоида» - Владимир Цыбизов

Гарри пришел лишь вечером. Сахаров стал расспрашивать о том, о сем, и как бы между прочим спросил:

— Скажите, Гарри, вы все еще будете утверждать, что хотите помочь нам изловить Томпсона?

— Конечно, мистер Сахаров.

— Ладно. Тогда скажите, какой документ вы изъяли из портфеля Курганова, когда ехали из Авророполя в Айлу?

Гарри пристально посмотрел на полковника. Потом отрицательно покачал головой.

— Нет, вы ошибаетесь, господин полковник. Я не изымал никаких документов из портфеля инженера Курганова.

— Тогда, возможно, изымали из портфеля Бессмертного?

— И у него ничего не брал. Почему вы так считаете?

— Потому что вы сфотографировали чертежи еще в поезде, — решительно заявил Матвей Ильич, а сам подумал: «А что, если я ошибся?»

Но тут же увидал, что его довольно смелое предположение оказалось верным: в глазах Гарри он прочитал удивление, тревожный огонек.

«Еще не умеет владеть собой», — отметил про себя полковник. И сказал:

— Расскажите, как все было. Вы окажете этим большую помощь нам.

Гарри тяжело вздохнул. «Ну что же, — решил он, — если они сами знают об этом случае, то теперь нечего скрывать…»

И рассказал, как он сфотографировал чертежи, как встретился с Томпсоном в пещере.

— Но они почему-то оказались не те, — с разочарованием закончил Гарри свое повествование. — Я до сих пор не пойму, в чем тут дело.

— Дело в бдительности советских людей, — жестко сказал Матвей Ильич.

Итак, обнаружено логово Томпсона. Возможно, это одно из его убежищ. Нужно немедленно поставить там посты наблюдения. Надо было бы давно осмотреть эти пещеры, ведь он знал о них и раньше…

Глава 7. Спуск «Соленоида»

Томпсон бродил вокруг завода, точно волк возле овчарни. Чем меньше оставалось дней до момента спуска «Соленоида» в воду, тем наглее он становился, тем ближе подходил к заводу, тем чаще бывал на заводском пляже.

Он получил приказ от Моррила уничтожить «Соленоид», чтобы русские не могли изготавливать ценное лекарство, и возвратиться на «Каракатице» домой. О дне спуска «Соленоида» на воду он узнал от Барона. Подводная лодка должна была быть спущена сегодня. Весь день Томпсон продежурил возле завода, то катаясь на лодке, которую взял на городской лодочной станции, то гуляя по берегу залива, то забираясь на вершины и склоны ближайших к заводу гор. Под вечер он пошел на заводской пляж, искупался, полежал на песке. Солнце садилось, на пляже оставалось все меньше и меньше народа. Уже было опасно оставаться здесь, могли обратить внимание. Пришлось одеться и подняться на берег. А «Соленоид» так и не показался в бухте. Что же случилось? Или Барон ошибся?

Злой, но внешне спокойный, он медленно стал подниматься в гору по улице заводского поселка. Придется наказать Барона, снабдившего его, Томпсона, неверной информацией. Конечно, могло случиться и так, что спуск лодки задержался по техническим причинам. Но почему Барон не предупредил его об этом? Странно. Ведь он знает, где надо было искать своего шефа. Может, Барона схватили и потому он не смог сообщить о задержке? Может, и его, Волка, тоже поджидают сейчас дома или где-нибудь за углом?

Томпсон имел стальные нервы, огромную выдержку, однако последняя мысль заставила его заметно сбавить шаг. На миг шпиона охватили страх, неуверенность в своих силах. Но лишь на миг. Он тут же взял себя в руки.

Медленно шагая по улице, он зорко посматривал по сторонам. Мысль о Бароне не давала покоя. Конечно, маловероятно, чтобы Барон провалился. Скорее всего, он сам не знал, что спуск «Соленоида» отменяется на сегодня. Пожалуй, имеет смысл послушать, что говорят рабочие. Вот они, идут со смены…

Томпсон зашел в заводскую столовую, которая лежала у него на пути, и сел за крайний столик. Заказав себе немудреный ужин, он стал просматривать газету, а сам прислушивался к разговорам своих соседей по столику. Но сколько ни вслушивался, не смог выудить ничего для себя интересного.

Покончив с ужином, не спеша вышел на улицу. Было уже темно. Горели уличные фонари. Отойдя от крыльца шагов на пять, Волк остановился и принялся закуривать. Мимо проходили посетители столовой. Вот из столовой вышли парень и девушка. Лица у них такие, точно они только что поссорились. Разговаривая, они прошли мимо Томпсона. Волк, пропустив их, медленно пошел за ними.

— Ну, может, на танцы пойдем? — сказала девушка парню.

— Не могу, Нина, — ответил парень. — Вообще не могу сегодня пойти с тобой.

Понимаешь?

— Но почему?

— Не могу сказать.

— Опять секретная работа?

— Д-да… если уж ты так хочешь знать.

— Не любишь ты меня… — с грустью сказала девушка.

— Ну что ты, Нина…

— Отстань! — резко сказала девушка и оттолкнула руку парня. — Иди обнимай свою Верку. Думаешь, я ничего не знаю? От людей не скроешься, все мне передают.

— Нина!

— Отстань! — уже плача, выкрикнула девушка и поднесла к глазам платочек. — Иди к ней, не держу…

— Нина, ну чего ты в самом деле? У нас же сегодня ночью особая работа.

Понимаешь?

— Особая… У тебя всегда особая работа…

— Ну вот честное слово. Мы сегодня будем «Соленоид» спускать.

— Так я тебе и поверила…

— Ну клянусь! Вот беда с тобой. Можешь даже Славку спросить или Николая…

Что говорил дальше парень, Томпсон не слыхал — он поспешил свернуть в переулок. Итак, «Соленоид» будут спускать сегодня ночью. А почему не завтра днем? Тут что-то есть… Надо быть очень осторожным. Вероятно, органам госбезопасности стало что-то известно…

Если бы Томпсон знал, что почти все его помощники раскрыты, он не стал бы задерживаться возле завода ни одной минуты, немедленно покинул бы Айлу и не стал бы пытаться встретиться со своими агентами. Но он не знал этого и старался довести дело до конца. Он лишь принимал большие меры предосторожности: часто менял квартиры, изменял свою внешность. Волк до того владел искусством перевоплощения, что даже Галина с трудом могла признать его, если он появлялся перед окошечком кассы.

С Бароном он держал связь только через Галину, лично с ним старался не встречаться. Не встречался он и с Отроговой в иных местах, кроме кассы.

Поэтому наблюдение за Галиной ничего не дало. После ночной операции Галина вернувшись домой, легла спать. Днем ездила к Юрию, а вечером вышла на работу в парк. У Сахарова не оставалось сомнения, что она встречается с Томпсоном, будучи на своем рабочем месте. Это очень удобно для нее и Томпсона. Взять ее и допросить? Но она может и не выдать своего шефа, как это сделал Гарри Строкер. А Томпсон в то время, чего доброго, взорвет «Соленоид». После этой операции он совсем обнаглеет. Пленка на «Каракатице» — это ясно. Теперь осталось уничтожить «Соленоид». Несомненно, Волк потому и остался на берегу, чтобы выполнить диверсию. Иначе он сам вышел бы на берег и сам переправил бы пленку.