Танкист-3 - Константин Георгиевич Калбанов

роль офицерского собрания. К слову, здесь уже были собраны походные книжные полки на которых разместилась батальонная библиотека. Пополняли ее по мере сил сами офицеры. Виктор так же внес свою лепту, прикупив десяток книг. Туда же должны были отправиться и те, что он приобрел для обучения своего личного состава испанскому. Вот пройдут по кругу через весь взвод, и пожалуйте на полочку.

Едва пройдя вовнутрь, Нестеров тут же столкнулся взглядами с Мицкевичем. Давний недобрый знакомый. То столкнулся с ним в Китае. Теперь вот за полтора десятка тысяч километров. Этот дворянчик так толком и не навоевался, как наметилось перемирие с японцами. А тут предложение еще малость повоевать. Причем не в перспективе, а сразу. Опять же экзотика и тропический рай.

Играть в гляделки со своим давним противником не стал. А тот, казалось, его еще больше возненавидел. А то как же. Мало того, что у Нестерова полный бант Георгия. Так ведь он еще и поручика сразу получил. В то время, как сам Мицкевич щеголяет в звании подпоручика. Как оно в принципе и полагается по первому году после училища. Если ты конечно не окончил его с отличием.

За столами сидят по четверо, и во избежание неразберихи за каждым закреплено свое место. Так оно было в пункте постоянной дислокации, так осталось и здесь. Поэтому Виктор направился прямиком к столику за которым пристроились медик, командиры взводов связи и обеспечения. Ротные офицеры старались держаться отдельно. И да, на этот раз Мицкевич нашел поддержку в лице своих сослуживцев, как и он полагавших, что безродным в офицерском корпусе делать нечего.

— Приятного аппетита, — пристраивая поднос, и присаживаясь за стол, пожелал Виктор.

— Присоединяйтесь. Сечка сегодня необычайно вкусная, — наигранно закатывая глаза, приветствовал его медик.

Ну что сказать. Это во Владивостоке у них были разносолы. Как впрочем, присутствовали они и на дирижабле. Здесь же простая, и сытая пища. Сечка сдобренная мясом, галеты, печенье и кофе. Нет даже масла, ввиду отсутствия условий для его хранения. Но с другой стороны, Виктору не привыкать. Бывало и хуже. Значительно хуже. Правда этого он говорить не стал.

— Владимир Матвеевич, я насчет нашего разговора. Помните? — обратился он к поручику, командиру взвода обеспечения.

— Вы о прицепе?

— Да. Я только что говорил с Остроуховым. Он не против. Сказал, что передаст вам.

Если бы речь шла о какой мелочи или ремонте техники, то Виктор решил бы вопрос напрямую. А то и не беспокоя Карпова. Но тут придется полноценно задействовать слесарей минимум на день. Так что, следует обосновать необходимость этого, и получить разрешение вышестоящего начальства.

— Не вопрос. Как только мои парни управятся с текущими задачами, то возьмутся за ваш заказ, — кивнув, согласился поручик.

— Мы только прибыли, — вздернул бровь Виктор.

— И что, — хмыкнув пожал плечами Карпов. — Железо же. А ему полагается периодически ломаться и подчас не к месту. Вроде готовили технику к отправке, н-но… — он развел руками.

— Тогда, с вашего разрешения я навещу ремонтное отделение, поясню по чертежам и сгружу у них материалы.

— Разумеется. Хотите заработать очередное очко надбавок? — подмигнул Карпов.

— Да бросьте. Какие надбавки. Прицепы пользуют густо и часто. Вот уж чем не удивить.

— Но к мотоциклам я не припомню.

— Я то же, но это ведь ни о чем не говорит, — возразил Нестеров.

После завтрака Виктор вернулся в расположение взвода, и приказал заводить «бардак». Все материалы были закреплены на броне. В мотоциклах хранить попросту негде. Ну и покатили к ремонтникам. Оно вроде и недалеко, но не на себе же тащить, в самом-то деле.

— Не зря говорят, что мир тесен, — сбив шлемофон на затылок, хмыкнул Виктор, наблюдая слесарей копошащихся в «тройке». — Поздорову ли, Богдан Карпович? — окликнул он знакомого старшего унтера.

Один из слесарей перестал копошиться в моторном отсеке и поднял взгляд на голос. Нестеров был знаком с ним еще по первой стажировке. Помнится, тот его воспринял в штыки, но как только, юнкер первокурсник начал сыпать изобретениями, тут же проникся к нему уважением и всячески оказывал посильную помощь.

— Гришка, — пихнул он второго слесаря, — ты глянь, кто нарисовался. Гхм. Прошу прощения товарищ поручик, — только теперь приметив погоны, стушевался старый знакомый.

— Все нормально. Только не говори, что и Баженов тут, — припомнил Виктор сварщика, спрыгивая с «бардака».

— Да тут он, куда ему деваться. Вон, у себя сваркой сверкает, — так же спускаясь на землю, ответил Виноградов. — Здравия желаю, товарищ поручик, — бросив руку к обрезу кепки, приветствовал уже как положено.

— Виктор Антипович. Тут ничего не изменилось. Разве только на вы и шепотом, — с улыбкой закончил Нестеров.

— Понимание имеем. А я слышу комвзвода разведчиков поручик Нестеров. Думаю, однофамилец, потому как вам только через полгода выпускаться.

— Жизнь полна неожиданностей, Богдан Павлович. А я гляжу, готовили технику, готовили, а на выходе опять двадцать пять.

— Так железо же, — пожал плечами слесарь. — А вы по делу, или как? — приметив закрепленные на «бардаке» материалы, поинтересовался унтер.

— Прости, я даже не представлял, что ты тут. Давно уж пришел бы поздороваться.

— Знать по делу. Но вы уж извините, Виктор Антипович, только мне нужно для начала закончить с этим танком.

— Надолго?

— Должны были управиться за полчаса, но теперь похоже придется провозиться целый день. Ну, может быть повезет, и управимся за час.

— А в чем проблема?

— Прокладка на выпускном коллекторе прогорела. А заменить не получается, гайка к шпильке прикипела напрочь. И так, и эдак. Только грани слизали. А там ведь не подлезть. Вот сейчас попробуем надставить кувалду, да с обратной стороны зубилом гайку расколоть.

— Так ведь и шпильку можете сломать.

— Вот я и говорю, может час, а может день. Потому как потом нужно двигатель выдергивать и высверливать обломок. А иначе никак. Тесно.

— Расколоть говоришь, — склонил голову на бок Виктор.

— Никак удумали чего, Виктор Антипович? — сразу же сделал стойку слесарь.

— Как ты тогда сказал — лучше полдня потерять, а потом за пять минут сделать. Есть одна мысль. Только я гляжу с железом у вас туго.

— Вы сказывайте чего надо, а там поищем, глядишь и найдем.

— Гайка на двадцать два, болт десятка, две гайки под него. Короткая трубка, желательно толстостенная, чтобы борт в ней свободно ходил. Стальной штырь, заостренный под зубило. Ну и пожалуй… А нет. Еще и шарик подшипника, чтобы зубило не проворачивалось. Ну и Баженова с его сваркой.

— Все есть. Сейчас организуем.

— Богдан,