Преторианец. Тетралогия (СИ) - Баймышев Даурен

Но крепость еще держится и стреляет из всего, что у нее осталось, в этот момент в схватку вступают корабли людей. Они начинают стрелять, не прекращая, и посылают снаряд за снарядом из гаусс орудий в сторону врага, а следом протягиваются линий лазеров. Щиты одного линкора беззвучно схлопываются, и следом на его корпус проливается огненный шквал, который начал корёжить металл, заставляя корабль парить перегретым газом в пустоту космоса. Ксарги производят следующий залп из всех орудий, и орбитальная крепость затыкается навечно, стабилизаторы орбиты уже перестали работать, и она начинает заваливаться на бок, а после этого начинает падать на планету. Частые взрывы внутри этого левиафана змеятся по его секциям, и куски орбитальной крепости начинают разлетаться в разные стороны, при вхождении в плотные слои атмосферы. На планету Эридан проливается дождь из перегретого металла. Под собственной массой орбитальная крепость рассыпается на тучи мусора, а в месте падения реакторного отсека появляется гриб гигантского взрыва, который поднимает в атмосферу просто тысячи тонн пыли и грязи. Гриб от взрыва достигает облаков, и стирает их как ненужный элемент антуража, после чего по поверхности прокатывается волна испепеляющего жара и следом приходит ударная волна.

Так закончила свое существование одна из многих орбитальных крепостей, в этой проклятой войне. В этот момент флот людей уже открыл ураганный огонь в сторону флота ксаргов, было видно как на кораблях, с которых слетели щиты, отколупываются куски броневого покрытия, после каждого попадания. Флоты сдвигались по направлению друг к другу, чтоб сойтись в смертельном клинче двух супертяжеловесов на ринге космоса. Москитный флот, также скрывался за корпусами больших кораблей и ждал, чтоб нанести свой удар по врагу, когда расстояние будет меньше, и когда они смогут всадить болезненный удар в его незащищенную печень. В линкор людей влетает четыре плазменные торпеды, его щиты и так были уже на последнем издыхании, и это просто снесло их напрочь. Секунда времени, это много или мало, в космическом бою это непозволительная роскошь, которая отделяет смерть от жизни. Адская плазма прожигает корпус линкора и врывается во внутренние секции корабля, люди которые были в этот момент на её пути, не успели даже сказать слово «Мама», как в следующий миг просто превратились в прах, который еще миллионы лет будет плавать в пустоте космоса.

Экстренно закрывались переборки, чтоб сохранить атмосферу линкора, которая со скоростью света вылетала в космос. Пробоины в корпусе запенивались герметиком, который в следующий миг затвердевал. Он становился преградой между внутренними помещениями корабли и коварным космосом. По стенке коридора расплывалась кроваво красная клякса, это было недалеко от переборки, которая отделила место попадания плазмы и остальными внутренними секциями корабля. Это взрывной разгерметизацией просто размазало человека о стену, он лежал недалеко от этого места, просто изломанной куклой и не подавал признаков жизни. Такие картины можно было наблюдать в этот день во многих местах, не только в этом коридоре линкора «Разящий».

Линкор начал заваливаться на левый бок, но также упрямо летел к строю ксаргов. К нему стянулись несколько крейсеров, и они прикрывали его своими щитами и броней, чтоб он смог прожить хоть на мгновение дольше. В нескольких местах линкора произошли взрывы, а следом вылетела болванка из главного калибра, и понеслась в сторону ксаргов. Это компенсаторы и несколько конденсаторов вышло из строя, и теперь линкор потерял возможность стрелять из своего большого тунельника. Болванка, разогнанная до запредельных скоростей, просто порвала на две неравные части потрепанный эсминец ксаргов, у которого уже отсутствовали щиты. Передняя часть начала отлетать в сторону, пока задняя часть так и продолжала лететь вперед, в стороны разлетались трупы ксаргов и металлолом, который раньше был оборудованием корабля. Чтоб этот корабль не мучился, в него еще пару раз влепили свои болванки, из туннельных орудии, и задняя часть корабля взорвалась.

Потери были с обеих сторон, но силы людей таяли на много быстрее, чем уничтожался флот ксаргов. В этот момент корабли схлестнулись в ближнем бою, когда корабли разделяют какие-то километры. Что такое пару километров для космического боя, когда стрельба ведется за сотни тысяч километров до твоей цели. Подбитый линкор людей начал обсыпать пространство вокруг себя спасательными капсулами, а через пару секунд впился на полной скорости в корпус линкора ксаргом. По корпусу линкора людей змеились трещины и он начал сминаться под собственным весом, который был помножен на его скорость. А через один долгий миг, произошел подрыв главного реактора, огненное марево поглотило оба корабля и окутало их ослепительным сиянием. У кораблей поблизости сразу включились светофильтры, чтоб хоть что-то было видно. Это сияние как появилось, так и потухло, унеся с собой линкор «Разящий», оставив после себя дыру огромных размеров с оплавленными краями на боку вражеского линкора. Следом за этим событием ближайшие корабли людей разрядили блоки с ракетами в эту дыру, и взрывы начали рвать внутренние переборки, а следом пришло второе ослепительное сияние, которое ознаменовало конец вражеского линкора.

Буквально парой десятков секунд ранее, из-за корпусов больших кораблей вылетели просто тучи кораблей москитного флота, и начали на форсаже сближаться с кораблями ксаргов. От корпусов некоторых кораблей ксаргов отстреливались плоские блямбы, которые в следующий миг понеслись наперерез штурмовикам и истребителям людей. Космос опять расцвел всполохами плазмы и взрывов, часть москитного флота завязла в борьбе с дронами и москитным флотом ксаргов, а часть уже вилась возле некоторых кораблей ксаргов и постоянно их обсыпала своими выстрелами. С одного крейсера слетели щиты, и тогда москитный флот людей, которые вились вокруг него, разрядил торпеды, крейсер начал окутываться взрывами. По корпусу крейсера прошли разрывы, а потом как обиженный гость он хлопнул дверью и ушел, еще один мощный взрыв окрасил в другие цвета темноту космоса. Волна взрыва затронула некоторые машины москитного флота, которые не успели отлететь подальше, и они просто испарились в этой всепоглощающей вспышке. Полет москитного флота людей был похож, на полет мошкары в жаркий день, которая вьётся вокруг факела и временами они вспыхивали и пропадали с экранов голопроекторов.

В этот момент проходила дуэль между людским эсминцем «Икар» и малым боевым кораблем ксаргов «Хирис». Было такое ощущение, что для них важно уничтожить друг друга, а весь остальной бой для них не важен. Остальная вселенная перестала существовать для этой пары, только смертельный танец со своим партнером на расстоянии удара кинжалом. Вдоль борта корабля ксаргов начали вспыхивать яркие огни — настолько яркие, что, даже передаваемые с внешних сенсоров, они заставляли глаза капитана корабля «Икар» слезиться. Броневое покрытие корабля «Икар» зашипело и начало оплывать. На экранах голопроекторов, в рубке управления появилась рябь.

— Плазменные заряды!!! — крикнул капитан, он посмотрел на перечень повреждений, которые высветились перед ним. Эти уроды повредили модуль связи, броневое покрытие в местах попадании сократилось до минимума, а также было несколько пробоин в корпусе, которые в этот момент латались техническими дроидами. К нему обернулось бледное лицо молодой девушки, которая занималась технической службой на этом эсминце. Наверное, эта дуреха хотела военной романтики, а теперь придется набрать полную бадью горя и печали, а потом испить до дна. Она кивнула и опять уткнулась в свой голопроектор, следя за состоянием корабля. Капитан повернулся в своём кресле, и стало видно, что по его вискам тонкими бороздками струится пот. Перед капитаном появилась надпись, которая мерцала, чтоб привлечь его внимание.

«Энергомагистрали подпитки главного ИИ повреждены. Корабельный ИИ будет перезапущен через десять секунд»