Детский мир императорских резиденций. Быт монархов и их окружение - Игорь Зимин

Поскольку огромный дворец ежедневно расходовал огромное количество свечей, то в его хозяйственных структурах была специальная Свечная кладовая. В ней хранились самые разные свечи: восковые, стеариновые, сальные, белого воска (фунтовые), французские, московские, английские ночные свечи (восковые и сальные). Судя по годовой ведомости расходов Свечной кладовой, больше всего использовались стеариновые117 и сальные свечи118. Всего за 1868 г. на покупку всех видов свечей для Зимнего дворца было израсходовано 34 442 руб.119

Всего же на освещение Зимнего дворца в 1868 г. было потрачено 122 993 руб. (по смете – 107 382 руб., т. е. расходы были значительно превышены)120.

Миракль. 1825 г.

Дворцовая администрация пыталась экономить на освещении. Эта политика получила название «экономия на свечных огарках». Такая экономия периодически порождала скандалы. Дело в том, что по давней дворцовой традиции свечи, прогоревшие более чем на половину доставались лакеям, они продавая «огарки», зарабатывали неплохие деньги. Поэтому лакеи сознательно подолгу не гасили свечи в помещениях, даже если там никого не было. Министр Императорского двора П.М. Волконский, заметив это, попробовал бороться с данной традицией и поручил гасить свечи арапам, поскольку «они были гораздо честнее. Обязательнее всех был красивый арап Кайтан, он всегда стоял у ручки государыни. Он гасил свечи, за это ему отомстили: обвинили его сына Ивана, что он что-то украл, его послали в Кронштадт, где он был барабанщиком»121.

Экономили на свечных огарках не только лакеи, но и другие чины Двора. Широко известен пример, когда во времена Екатерины II одна из камер-фрейлин на протяжении своей двенадцатилетней службы собирала и продавала огарки и сэкономленные свечи. В результате набралась сумма достаточная, для того, чтобы «ко времени свадьбы с генералом Турчаниновым, секретарем кабинета Ее Величества», заказать себе серебряный сервиз.

Периодически «бунтовали» даже фрейлины, когда им пытались вместо «белых» свечей навязать «желтые». Как вспоминала одна из фрейлин, «вся молодежь поднялась из-за свечей – отцы поднялись на нас. Графиня Сухтелен пришла ко мне и сказала: «Пусть, наконец, молодежь потребует хороших свечей, пусть, наконец»….Я думаю, что такой войны не было во всем свете»122.

Карсельская лампа в виде вазы

Позже, несмотря на переход к газовому освещению, а затем и к электрическому, во дворце продолжали широко использоваться свечи. Согласно описи казенных вещей, находившихся на половине Александра II, в каж дой из комнат были канделябры и люстры со свечами. Как правило, это были парные канделябры, в каждом из которых насчитывалось от 4 до 7 рожков. Непосредственно в кабинете императора находились пара канделябров на 7 рожков. Если канделябры были во всех комнатах, то люстры со свечами только в некоторых из них. Из восьми помещений123 жилой половины императора люстры, оборудованные под восковые свечи, висели только в четырех124. Самым освещенным помещением являлась приемная, в ней могло гореть 72 свечи. Далее шла библиотека – 48 свечей, кабинет – 38 свечей и учебная – 36 свечей. Одновременно со свечами использовались «карсельские» масляные лампы с часовым механизмом. Керосин во дворце, из-за его пожароопасности, использовать категорически запрещалось. Поэтому в лампы заливали ароматизированное растительное масло. Один из друзей детства Николая II писал, что в Аничковом дворце «лампы были необычайно занятные и затейливые, с каким-то механизмом, похожим на часовой. Масло наливалось душистое, и в комнатах всегда стояло «амбре»».125

В начале 1860-х гг. на смену свечам пришли газовые рожки. Впервые вопрос об их монтаже в Зимнем дворце встал в 1850-х гг. при сооружении Нового Эрмитажа. Но предложение архитектора Людвига Кленце об установке газовых фонарей в музейных залах отвергнул Николай I из-за возможности пожара. 31 января 1851 г. царь утвердил план освещения Нового Эрмитажа, состоящий из 9949 люстр со свечами126. Это было огромное «хозяйство», поэтому для содержания его в надлежащем порядке и обслуживания в «мастеровой роте» Зимнего дворца работало 12 человек «по кровельному, фонарному и ламповому делу»127.

С весны 1861 г. началась организационная подготовка к оснащению Зимнего дворца газовым освещением. 25 мая 1861 г. обер-гофмаршал граф Шувалов направил предписание заведующему Зимним дворцом инженеру генерал-майору Кубе разработать проект освещения дворца газовыми «иллюминаторами». Уже 18 июня 1861 г. Кубе сообщил графу Шувалову о проведенном тендере, в котором приняли участие два подрядчика – прусский подданный инженер-механик Луи Запс и некий г-н Шишко. Дворцовые «генералы от котлет»[5] старались считать деньги, поэтому генерал Кубе обращал внимание обер-гофмаршала на то, что проект Запса более выгоден, поскольку должен был обойтись Дворцовому ведомству в 4960 руб., против 6200 руб. Шишко. Из проекта Запса следовало, что он обязуется «произвести… хорошее освещение со всевозможной экономией», подчеркивая, что надзор, контроль и все работы он будет производить из своего жалованья, которое он просил установить в 170 руб. серебром в месяц. Кроме этого он просил казенную квартиру вблизи Зимнего дворца, с казенным отоплением и освещением. Он предлагал заключить контракт сроком на 5 лет. В штат своей новой службы Запс предлагал набрать 11 человек, из них только 6 должны были следить за газовыми горелками в Зимнем дворце. Остальным вменялось в обязанности контролировать другие дворцовые помещения. Всего он предполагал установить во дворце 1670 горелок, из которых ежедневно предполагалось задействовать 554 горелки. Все предложения Запса приняли в ноябре 1861 г. и контракт с ним подписали на три года.

Учитывая потенциальную возможность взрыва газа, Запс разработал жесткие правила пользования газовым оборудованием в Зимнем дворце. Согласно им, на смену ламповщикам приходили фонарщики. Ключи, которыми открывались краны газовых горелок, были изготовлены, как часовые, чтобы «никто не мог без ключа открыть краны горелок». При этом для каждой «дистанции» газовых труб имелся свой особый ключ. Ключ от главного распределительного газового крана находился только у Запса. Газ для освещения поставлялся во дворец Петербургским газовым обществом. Показания об израсходованном газе снимались один раз в месяц, а оплата за него производилась раз в три месяца. В подвалах установили 38 газометров. Но при иллюминации города давление газа в трубах падало и газовые рожки потухали.

Однако после того как Запс начал работать во дворце, в его проекты вносятся некоторые коррективы. Вместо планировавшихся 1670 газовых рожков установлено 1640. Из них в ежедневном употреблении, вместо планируемых 554 горелок, обычно использовалось – 410. Примечательно, что за Запсом приглядывали. В ноябре 1861 г. «для постоянного надзора» за газовым освещением назначен поручик служительской команды Зимнего дворца Ефимов128.

В газетах упоминалось, что газовые рожки «особого усовершенствования» производили чрезвычайный эффект, освещая парадные комнаты дворца. Но наряду с газовыми рожками продолжали использоваться свечи. На фотографии кабинета императрицы Марии Федоровны, сделанной в середине 1870-х гг., на ее столе видны два канделябра на две свечи. В мемуарной литературе упоминается, что после взрыва в Зимнем дворце в феврале 1880 г., организованного С. Халтуриным, умирающей императрице Марии Александровне сказали, что это был взрыв газа. В первые дни после взрыва в официальной прессе также сообщалось, что главной причиной взрыва был газ и в результате «было попорчено несколько газовых труб».

Лампа настольная. Франция. Начало XX е.

Содержать газовое хозяйство в порядке было довольно хлопотным делом. Кроме этого возникали проблемы и гигиенического характера. В личных комнатах страдавшего астмой императора Александра II газовое освещение не использовалось вообще, и в описи предметов значатся только люстры и канделябры под свечи.

После 1881 г. Зимний дворец превращается только в официальную резиденцию русских монархов, поскольку император Александр III предпочитал жить либо в Гатчинском дворце, либо в Аничковом. Но личные комнаты монарха содержались в постоянной готовности принять его и всю его большую семью.

С 1883 по 1892 г. при Александре III в Зимнем дворце под руководством дворцового архитектора Н.А. Горностаева начались широкомасштабные строительные работы. Сделали ремонт металлических стропил здания, усовершенствовали отопительную и вентиляционную систему, провели электрическое освещение129. Тем не менее это новшество не привело к полной ликвидации старых осветительных приборов. Ликвидировали только газовые рожки. Поэтому электрический свет и свет свечей соседствовали в Зимнем дворце вплоть до 1917 г.