Пилот особого назначения - Александр Зорич

Кабина обещает приступ клаустрофобии: как вы помните, чоругские флуггеры не имеют остекления – только трансляцию на панораму от сотен световодов и десятков внешних камер. Сплошная броня.

Пока ничего страшного. Иллюзия прозрачного колпака полная. Даже лучше – обзор просто великолепный. Иногда кажется, что твой ложемент гуляет сам по себе в открытом космосе.

Есть такая полезная в бою функция, когда по команде пульт целиком или частично накрывает голограмма, эмулирующая вид под брюхом. Умеют чертовы космораки (или космопауки?) строить технику! Собственно, все на усмотрение пилота. Хочешь, задний обзор можно вывести вперед. Хочешь под кресло – пожалуйста. И всё исполняется чоругским парсером быстрее, чем товарищ пилот успевает дать команду – неважно, голосом или набором клавиш.

Да только психику человека вся эта красота не обманет.

Никуда не денешься от того факта, что ты летишь в глухой бронированной скорлупе. А лететь в одну сторону немногим меньше суток. А еще работа... Бог знает на сколько часов. А еще назад.

Может получиться нехорошо. Впрочем, "нехорошо" может получиться и без всяких там фокусов нервной системы.

Ревенко общается с "Асмодеями" – и правильно. Флуггеры инфоборьбы – "горбатые" – очень хорошие машины. Отличная автономность, отличная обитаемость экипажа (есть даже каюты для отдыха), но вот с пилотажем, относительно чоругских таратаек, заметные проблемы.

"Горбатые" разгонялись до 100М очень долго. Возникли определенные вопросы с синхронизацией полета. Но теперь нас догнали. Один борт встал впереди строя звеньев, второй позади, и нас накрыло дифракционное поле.

Потом очертания "горбатых" подернулись дымкой, посерели, как-то выцвели. Еще пара секунд и они пропали с наших радаров и с наших глаз. Это заработали генераторы всережимной невидимости "Гриффин". Опытные установки ценой в пол-линкора. А может и в целый линкор, не знаю.

"Невидимость, может, и всережимная, однако вот так, с двухсот метров, я кое-что различаю. Какое-то дрожащее пятно. Но впечатляет. – Подумал ваш покорный слуга и верный рассказчик. – Горжусь Россией!"

Что тут еще скажешь? Горжусь. И товарищем Ивановым.

В каких же верхах парит этот удивительный персонаж?! Что за звание у него, и что за полномочия?! Мое почтение!

"Помни о бомбе, придурок! Одна в затылке, вторая – в реакторном отсеке. Обе одинаково смертоносны. Вспомнил? Вот теперь восторгайся."

– Борт 1, Ника вызывает.

– Здесь борт 1.

– Через пять тысяч маневр, перестраиваемся по варианту 12. Не нужно ли сбросить скорость?

– Справляемся, Ника.

– Добро.

Артем беспокоится. Наша маневренность – маневренность полноценных истребителей, несмотря на размеры. "Асмодей" – крупная, валкая калоша. По сравнению с нами уж точно. К тому же, изрядно перетяжеленная. На них установлена куча дополнительного оборудования, вовсе не в весе пера. А дистанция между нами, как говорится, шепчет.

Мы готовимся огибать Бирб.

Пройдем по эллиптической орбите и, за счет гравитационного маневра, доберем несколько чисел Маха. С Паркидой у нас без семи минут противостояние, переть еще далеко, такой вот фокус – вещь не лишняя.

Раздался тоновый сигнал – вызов на командирском.

– Иванов здесь, как слышите?

– Чисто, товарищ Иванов.

– Как самочувствие?

Все доложились, что пока порядок.

– Никто не собирается сойти с ума? Кокпиты-то у вас без живого обзора. Если кто-то соберется съехать с катушек – скажите мне, и я моментально активирую бомбу...

Пауза.

– ...Х-х-ха-х-х-ха-х-х-ха! Шутка!

Вот такой юмор у нашего вождя. Сухой, перхающий смех, будто смеется кофемолка. Неприятный в обхождении тип, как ни крути.

– Шуточки у вас, товарищ начальник, – даже сквозь динамик слышно, что Сеня расстроен, и я его понимаю.

– Прошу прощения. Увлекся. Если серьезно, разрешаю вздремнуть. Переведите кресла в положение "койка" и спите. Автопилот отлично справится. Перед началом гравитационного маневра, когда нужно личное участие, я вас разбужу.

– Спасибо, товарищ Иванов, но нет. Пока мы не закончим прицельное ориентирование, я спать никому не позволю. Потом – пожалуйста.

– Вам виднее, Ника. Отбой.

Замечательная штука этот гравимодулятор!

Во-первых, наш радиообмен нереально засечь. Нет такой технологии у Великорасы. Во-вторых, что очень важно, мы можем общаться. Иначе, при активации "Завесы", радиосвязь обрубило бы начисто! И как тогда прикажете руководить полетом? Вот то-то и оно.

Определенно, с каждой секундой, проведенной в кокпите этой машины, я все сильнее влюблялся в чоругов... Ну, по крайней мере, как пишут в любовных романах, во мне пробуждались чувства.

Прицелились.

Наша невидимая стая вышла на траекторию, огибающую Бирб, в строгом соответствии с разработанным маршрутным заданием. "Асмодеи" справились без замечаний, хотя было тревожно – невидимая радарами и оптикой громадная машина на расстоянии поцелуя... б-р-р-р-р...

А потом мы натурально задрыхли. Благо в планетолете чоругов место позволяло.

К началу гравитационного маневра, когда могло случиться всякое, учитывая набор скорости, нас разбудил Иванов. Как и обещал. Кресла в противоперегрузочный режим, поехали!

Бирб огромен! Но наши машины причесали его за считанные минуты.

Вот она, Паркида!

Мелкий шарик охряно-желто-серого колера с ледовыми шапками на полюсах. Поменьше нашего Титана, который сопровождает Сатурн в его бесконечном путешествии вокруг Солнца. Зато на Паркиде не так холодно (сильно не так). К тому же, вес этой козявки в астрополитическом смысле на порядки порядков превосходит ее вес в смысле астрографическом. Чего не скажешь о Титане. Парадокс. Примат надстройки над базисом. Кто бы подумал, что физика так легко попираема политикой.

До Паркиды остается жалких пятьсот тысяч – чепуховина для сумасшедшей скорости в 120М, которую мы смогли набрать благодаря мощнейшему притяжению Бирба.

120 чисел Маха – это круто даже для превосходных машин чоругов. Ибо, хотя набор скорости в космосе не имеет столь серьезного и зримого ограничителя как сопротивление воздуха (при полете в атмосфере планет), но каждый лишний километр в секунду надо сперва выжать, сжигая термоядерное топливо и разбазаривая рабочее тело, а потом, при подлете к цели, погасить – снова же, сжигая топливо и теряя рабочее тело. Не говорю уже о потерях другого рабочего тела, о котором гражданские обычно и вовсе не вспоминают – в системах охлаждения реактора и движителей. Не будем вспоминать и о потерях третьего рабочего тела – нашего, пилотского, которое во флуггере – вовсе не бесплатное приложение!

Затем – маневрирование в районе цели, снова набор скорости и снова ее сброс при подлете к авианосцу. Все это – тонны и десятки тонн расходуемых материалов. Так что реально достижимые оперативные скорости флуггеров – величины вполне конечные и, более того, строго ограниченные условиями каждого конкретного полетного задания. Обычно они лежат в пределах 60-80 чисел Маха, то есть примерно между второй и третьей космическими скоростями системы Земля–Солнце.

Снова тоновый сигнал.

– Внимание, товарищи, говорит Иванов. Половина дела сделана. Мы в самом сердце вражеской империи! Через пятнадцать минут мы снимем "Завесу" – она значительно уменьшает возможности "Асмодеев" в засечке целей. А вы, товарищи, пойдете в самостоятельный полет. Будем молиться и надеяться, что появление братьев по разуму на шести машинах клоны перенесут спокойно.

Молиться... неожиданные слова в устах вождя! Не замечал за ним особой религиозности.

Впрочем, только это и остается.

Как только пропал газопылевой шлейф, как только исчезло дифракционное поле...

Нас засекли в течение десяти минут.

Парсер заголосил:

– Борт облучается вражескими радарами! Борт ведут с пяти направлений!

"С пяти?! – удивился я – Четыре точки вокруг Паркиды – орбитальные крепости типа "Шаррукин-Т". Пятая где?"

Необходимое пояснение: семейство клонских орбитальных крепостей типа "Шаррукин" состоит из пяти различных вариантов. "Шаррукин-Т" – самый крупный и тяжелый подвид, специально созданный как ядро позиционного района ПКО стратегического назначения. У крепости великолепные средства обнаружения – одинокий флуггер она способна засечь на расстоянии порядка миллион километров.

В систему противокосмической обороны Паркиды входят и несколько крепостей поменьше. Но клонские малые крепости это довольно жалкое зрелище, по сути – летающие ракетные батареи, которые работают в основном от внешнего целеуказания, собственные обзорные радары у них посредственные.

В общем, то обстоятельство, что немаленькие и весьма радиозаметные чоругские тарантасы захвачены радарами всех четырех "Шаррукинов-Т" для нас неожиданностью не стало. Но вот кому принадлежит пятый радар?!