Черный Дождь - Джетти Вудрафф

— Как и это. Мне пора идти. Спасибо за выпивку. — как только я вышла за дверь, я закрыла лицо руками. Великолепно. Райан расскажет об этом Блейку, и Блейк подумает, что я использовала его и Пи, чтобы подобраться к Барри Холдену, или Зазену, или как там его на хрен зовут. Я никогда не стану называть его Зазеном. Смена имени не позволит забыть, каким отвратительным человеком ты являешься.

Весь следующий день я переживала, ожидая возвращения Блейка домой. Я стану алкоголичкой, если буду продолжать это. А потом я получила СМС сообщение. Вот тогда я решила, что мне нужно успокоительное. Ему не нужно было представляться в конце сообщения. Я знала, кто был этот незнакомец.

Поужинаешь со мной сегодня вечером? О, это Райан.

Мне пришлось сказать "да". Если бы я перестала верить его словам, то дело дошло бы до успокоительных лекарств. И все потому, что я занималась сексом с Блейком ради Пи. Я согласилась, но сообщила ему, что это зависит от того, когда Блейк вернется домой.

Блейк вернулся домой слишком рано. Я не ждала его раньше семи. А тут еще и пяти не было.

Он принес Пи три герберы разных цветов. Она не была бы такой счастливой, даже если бы это был пони. Это был самый милый его поступок, который я видела, чтобы он совершил. Он даже помог ей поставить цветы в дорогущую вазу. Я попыталась сказать ему, чтобы они воспользовались пластмассовой кружкой, но он заверил меня, что он не переживал на счет вазы. Ему пришлось поднять Пи несколько раз, чтобы она понюхала цветы.

Блейк поставил ее на пол и пролистал почту на телефоне.

— Это тоже мой подалок? — спросила Пи, подняв вверх — О БОЖЕ!

— Нет. Отдай это мне. Это для взрослых.

— Для чего? — она хотела знать. Я впервые видела лицо Блейка таким красным, а я побледнела.

— Я тебе никогда не скажу.

— Пи, детка. Можешь нарисовать мне картинку, чтобы повесить на холодильник? — спросила я, сняв с огня кастрюлю с кипящей водой. Пи убежала, и я повернулась к Блейку.

— Я — это было. Вау. Отстой, — фыркнул он. Я скрестила руки на груди и упивалась его позором. — Это для тебя. То есть, я хотел посмотреть, может он поможет.

— Ты купил мне вибратор?

— Да. Я хочу, чтобы ты кончила.

— Ты превратил это в игру. Ты заинтересован лишь в том, чтобы поставить свое эго на пьедестал.

— Нет. Это не так. Я хочу, чтобы ты испытала это, — сказал Блейк, делая шаг ко мне. Я отступила назад, но уперлась в столешницу. Мне был знаком этот взгляд, — Я хочу, чтобы ты почувствовала трепет между ног. Хочу, чтобы мой член утонул в соках твоей киски. — у меня перехватывало дыхание по мере того, как он приближался. Я даже опустила руки и ухватилась за столешницу, нуждаясь в поддержке, — Я хочу, чтобы ты стала невероятно чувствительной везде, где я прикоснусь к тебе. Хочу, чтобы вся твоя чувственность отозвалась, когда я буду ласкать твой жаждущий бутон. Хочу видеть выражение твоего лица, когда тебя накроет восхитительный по ощущениям оргазм, которого ты никогда не испытывала раньше. Хочу почувствовать, как ты сжимаешься вокруг моего члена, и наблюдать, как ты поймаешь волну и окажешься на самом пике наслаждения. — с каждым его словом, произнесенным хриплым голосом, мое дыхание становилось все более прерывистым. Думаю, мы почти поцеловались, я была в полном трансе.

— Эй, это мой Микки, — прервала нас Пи, встав между нами. Я улыбнулась в ответ на ее ревность и взяла ее на руки. — Хочешь слона? — спросила она, смяв страницы альбома, пока неуклюже пыталась их перевернуть.

— Да. Слон превосходно подойдет.

За ужином Блейк понял, что что-то случилось. Но он вел себя нормально, ничего подозрительного. Стал бы он молчать, если бы Райан рассказал ему о прошлом вечере? Черт. Я должна была сказать ему, что собираюсь пойти на свидание с его правой рукой. Ему это не понравится. Может я смогу сделать это и не говорить ему. Я просто скажу, что собираюсь спуститься в бар.

— Что с тобой?

— Ничего. А что? — спросила я, и в ту же секунду мой телефон завибрировал на кухне. Я прочитала сообщение, отправила ответ, что восемь вечера будет нормально и снова села.

— Кто это был?

—Райан.

— Какой Райан?

— Э-э. Думаю, я не знаю.

— Ты не знаешь?

Я просто решила выложить ему все как есть, это было лучшим выходом.

— Нет, но ты должен знать. Он работает на тебя.

— Ты встречаешься со служащим? В каком отделе он работает?

— Хозяйственном, — вырвалось у меня. Я даже не думала об этом. Это не было абсолютной ложью. Его звали Райан, и он возможно занимался каким-нибудь обслуживанием. Блейк, должно быть, не догадался.

— У тебя свидание с парнем, который натирает полы?

—Чали натилает полы вот так, — сказала Пи, пытаясь соскользнуть со своего стула.

— Нет, сиди. Покажешь ему после того, как доешь свой горох.

— Нет, мой животик наелся.

— Неправда. Ты не притронулась к лапше. Смотри, вот грибочек.

— Где? — спросила Пи, выискивая в лапше грибы, которые она возможно пропустила. Я перекинула ей парочку грибов со своей тарелки, отвлекая ее тем самым от Чарли, который натирал полы до блеска.

Глава двадцать третья

Миссис Портер пыталась уговорить меня переночевать у них, но я не согласилась. Кливленд был достаточно близко к Нью-Йорку, и я не хотела, чтобы нас кто-нибудь узнал. Мы обнялись во время последней пересадки и расстались друзьями. Я была счастлива познакомиться с ней и ее внучкой, они были особенными, и я никогда не забуду эту поездку с ними в автобусе. Я так прямо и не призналась миссис Портер, что была в бегах, но то, как она обняла меня на прощание, сказало мне, что она знала.

Она обняла меня достаточно крепко, заставив крякнуть.

— Езжайте в Колорадо. Там горы. Они никогда не найдут тебя там.

Я рассмеялась и поблагодарила ее за совет.

— Ну что ж, мы опять остались вдвоем, малышка, — сказала я, взъерошив волосы Пи.

— Чепуха.

— Эй! — сказала я, обнимая ее. — Ты пытаешься мне что-то сказать? А? — поддразнила я, пощекотав ее шейку.

— Давай купим мороженое.

Я огляделась и решила, что здесь мы этого делать не будем, но у нас было четыре часа до пересадки. Я была уверена, что мы сможем найти мороженое.

Чем ближе мы подъезжали к Нью-Йорку, тем больше мои внутренности сжимались. Мне нужен был план, даже более того. Мне нужна была помощь; кто-то, кому бы я могла доверять, но кто? Я не знала ни души, кто бы не застрелил собственную бабушку ради денег. Один перережет горло другому за секунду. И мне. Никому из них не нужна была ни я, ни Пи. Все было ради денег.