Беда на высоких каблуках - Додд Кристина

Проклятый бриллиант! Чтобы его уберечь, она рисковала жизнью! А он, оказывается, даже не был настоящим.

Этой ночью, когда Роберто исчез, Брэнди чувствовала себя одураченной. Он обещал ей больше никогда не воровать, а сам отправился за «Блеском Романовых». Теперь Брэнди поняла, что то обещание, заставившее трепетать ее сердце, было не более чем фальшь, равно как и этот кубик циркония у него руке. Как можно было украсть из Чикагского художественного института тот злосчастный бриллиант, если его уже три дня не было в стране?

Брэнди хотела выстрелить в Роберто – прямо в грудь, где находилось его неверное сердце. Чтобы не дать волю желанию, она осмотрительно положила оружие на стол. Она уже повернулась к двери, когда с пола раздался крик Джозефа:

– Это за тебя, Моссимо!

Она круто повернулась и увидела нацеленный ей в голову пистолет.

Но в тот же момент Роберто изо всех сил метнул в Джозефа кубик циркония.

Камень с глухим звуком пришелся парню точно между глаз, и он без сознания упал на спину.

Кто-то из находившихся в ресторане агентов ФБР подобрал с пола пистолет.

Брэнди посмотрела на распростертое тело бандита. Разумеется, она правильно сделала, что выстрелила в него. Но Джозеф был всего лишь суррогат реального человека, которого она хотела бы убить.

Тем временем Роберто снова направился к ней. Вид у него был настороженный. И сердитый. Этот мужчина скрывал от нее правду почти с первого момента их встречи.

Брэнди подняла руку и сказала четким голосом, для большей доходчивости:

– А теперь я ухожу домой. Я больше не хочу тебя видеть. Будь счастлив. Но на самом деле я желаю тебе сгореть в огне. Надеюсь, когда ты выйдешь отсюда, тебя сразит летящий метеорит. Это будет подходящая кара за все, что ты причинил мне.

Брэнди вяло поплелась к выходу. Роберто размашистым шагом двинулся за ней.

Порыв ветра ударил Роберто в лицо. В воздухе пахло дождем и было почти тепло. Казалось, что зима разомкнула свои тиски.

Кто-то схватил Роберто за руку. Он обернулся, недовольный, что его остановили.

– Позволь ей уйти, – сказал Эйден, коренастый мужчина с коротко стриженными русыми волосами и светло-карими глазами. – Она сердита на тебя, и ты не вправе ее винить.

С Эйденом они были знакомы много лет. Когда Роберто услышал, что Моссимо Фоссера собирается выкрасть «Блеск Романовых», он сообщил об этом в ФБР, Эйдену. Содействуя ФБР в проведении этой операции, Роберто хотел одновременно провернуть одно дело, в котором был заинтересован сам лично. Для этого ему был нужен Эйден с его властью и опытом. Они неплохо работали в одной команде до сих пор.

– Я не могу ее отпустить, – нетерпеливо сказал Ро-берто. – Не ходить же ей в половине третьего ночи по Чикаго в поисках такси.

– Не беспокойся. Один из моих парней доставит ее обратно в отель. Погоди… – Эйден приложил руку к наушникам. – Нет. Она хочет ехать к Чарлзу Макграту. Там она будет в безопасности. Более чем в безопасности.

– В безопасности от меня.

Роберто понимал, что Эйден прав. Да, он был прав. Но Роберто не мог с этим смириться. Сейчас операция в общем и целом закончилась, а Брэнди его презирала, и никакие объяснения не могли смягчить ее отношение к нему.

Она была неординарная женщина. Весьма неординарная. Логика была ее базисным свойством, и она руководствовалась ею каждодневно. Но если она задумывалась над всем этим, то нетрудно было понять, что у него не было выбора, кроме как ввести ее в заблуждение. И Брэнди должна была понять его желание находиться в постоянной близости к ней во время его походов на вечеринки. Может, принести ей цветы, когда он пойдет с ней объясняться?

Моссимо Фоссера был заключен в наручники. Женщина в обтрепанной одежде держала оружие у него за спиной.

– Это провокация! – возмущался Фоссера. – Я ничего не украл!

– Вы приняли краденое, – сказала женщина. – Рубин Петерсона и романовский бриллиант.

– Тот камень не романовский бриллиант! – закричал Моссимо.

– Будете мне рассказывать! – улыбнулась она.

– Пригласите моего адвоката! – истошно вопил Фоссера. – Я хочу моего адвоката!

– Заткнись! – сказал ему Роберто.

Моссимо изменил тон.

– А ты для нас вообще умер. Ты заложил всех нас, отступник! Никто из воров теперь не станет с тобой разговаривать.

– Да, это серьезная вещь, – сказала женщина. – Графу Бартолини и впрямь есть о чем беспокоиться.

– Графу? – Моссимо хрипло засмеялся. – Никакой он не граф. О нем думают, что он такой умный, такой богатый, такой европеец! А он – ублюдок. Все знают, что он незаконнорожденный сын той шлюхи, дочери Серджо.

– Уведите его отсюда, – сказал Эйден. Женщина вместе с одним из посетителей подтолкнули Моссимо к выходу с черного хода.

– Терпеть не могу этого парня, – добавил Эйден.

– Да, – сказал Роберто, – но я получил от него что хотел.

– Отмщение за то, что он сделал с твоим дедушкой?

– И еще кое-что. – Роберто притронулся к своему карману.

Вновь прибывшие сотрудники ФБР при помощи камер и рулеток приступили к изучению места преступления.

Эйден внимательно наблюдал за процедурой.

– Позволь, я все тебе объясню, Роберто. Мой человек в отеле не сразу понял, что его обвели вокруг пальца. Я имею в виду преследование матери мисс Майклз во время ее поездки в полицию. Мои агенты видели, что за Моссимо наблюдает какая-то женщина. Когда выяснилось, что это Брэнди, никто не знал, что делать. Пока я следовал за тобой, они кричали мне в наушники, словно я мог что-то изменить!

– А они не могли удалить ее отсюда? – сказал Роберто.

По крайней мере тогда она не увидела бы этой операции.

– Если бы у нас были лишние пять минут, – сказал Эйден. – Но их не было. Мы все спланировали, кроме нее.

– Мы оба хороши. – Роберто помнил, как Брэнди посмотрела на него. У нее было такое странное выражение. Сердитое – да, он этого ожидал. Но и болезненное тоже, как будто ее ударили ниже пояса. – Я должен поехать за ней.

– Но не сию секунду. Здесь кое-кто еще ожидает встречи с тобой. – Эйден кивнул на высокого широкоплечего молодого человека, прибывшего вместе с агентами.

Он сидел в кабинке и с живым любопытством наблюдал за Роберто.

– Кто это? – спросил Роберто.

– Парень, который располагает интересующей тебя информацией. Собственно, ради чего ты все это затевал.

Роберто был глубоко потрясен известием.

– Он знает, кто я?

– Он знает все о тебе. – Эйден покачал головой. – Несчастный сукин сын!

– Так он пришел сюда специально, чтобы рассказать мне это сейчас? – Роберто огляделся кругом. На перевернутых столах и разбитых креслах переливались блики флюоресцирующих огней. Пол был запятнан кровью. Агенты ФБР переговаривались между собой и делали снимки.

Роберто вспомнил, как он только начинал свои поиски. Он вообразить не мог, что выяснение своей родословной он закончит в Чикаго, в «Собачьей голове», в половине третьего ночи.

Но Эйден явно не видел в этом ничего необычного.

– Ведь мы заключили сделку – и ты получаешь свою долю. Я думал, ты захочешь узнать новость как можно скорее, не так ли?

– Конечно, я хочу, – сказал Роберто, но он еще не был готов. И вообще не знал, будет ли он когда-нибудь готов узнать правду о человеке, который является его настоящим отцом.

– Черт побери, что здесь происходит? – сказал появившийся в дверях городской патруль.

– Слушай, ресторан закрыт! – закричал Эйден. – Криминальный отдел ФБР проводит обследование места происшествия!

– А, черт! – заревел возмущенный полицейский. Эйден отвел сварливого стража порядка в сторону для переговоров, предоставив Роберто самому отрекомендоваться молодому человеку.

Это был парень лет двадцати трех, высокий и широкоплечий, с такими же темными, как у Роберто, волосами. Он следил своими умными темными глазами за тем, как Роберто идет к кабинке, внимательно изучая его. Роберто, не менее внимательно изучавший молодого человека, протянул ему руку.