Судьба по имени Ариэль - Валерий Ярушин

Во втором отделении во время исполнения «Because» на видеоэкране горели две свечи на фоне портретов Джона и Джорджа. Кому, как не «Белорусским песнярам» было спеть этот реквием?! У меня бежали «мурашки»… Свои любимые композиции «Girl» и «Something» я пел с большим удовольствием, буквально «слыша» дыханье зала! И вот на сцену вышел Михаил Мень, и, как это подобает, сказал несколько официальных слов, передал привет от Лужкова. Публика приготовилась скучать. Но после его неожиданных слов: «А можно, я спою?» — приободрилась. Во время исполнения «Золотых снов», сыгранной сборной командой, в зале стояло какое-то одухотворенное торжество, а во время соло Вити Зинчука стоял и свист и овации. Слово «самый народный» я употребил, когда представлял Михаила Боярского. Здесь перед ним я снимаю шляпу. Миша с сыном Сережей специально прилетел из Питера на полдня, чтобы поучаствовать и спеть единственную «Eight days a week». Это было здорово! Еще до концерта у меня была идея-фикс поставить на авансцену 10 барабанных установок. Но вошло всего четыре. Вместе с «Поскриптумом» и еще двумя барабанщиками Андреем Шатуновским и Лешей Масловым прозвучала песня «Birthday». «Саунд» был, конечно, мощный! Вверху, с видеоэкрана на нас смотрела улыбающаяся физиономия Джона!.. «All you need is love» — финал пели все, и зал и певцы!

Конечно, все, что мне удалось сделать, это процентов тридцать из задуманного. Может быть, для финала нужно было петь, как в Челябинске «Let it be»? Я очень хотел вывести на сцену Колю Васина. Но тот, почему-то проигнорировал наш фестиваль, и устроил свою «свадьбу» в Питере. А может, я в этой кутерьме был недостаточно настойчив? Но, думаю, что не стоит «посыпать голову пеплом». Мы с Бейлиным сделали, по существу, первый опыт не просто традиционной песенной тусовки, а необычного зрелища. Все звезды пели на английском! Покажите мне такой же фестиваль! Конечно, мы мечтаем повезти его по стране, уже в коммерческом плане. Может, дальше будет легче? Но, опять-таки это зависит от телепоказа, которое снова задерживается по необъяснимым причинам…

Недоброжелателей хватало и до «посиделок». Особенно среди журналистов. Сейчас, ведь, модно писать гадости… Одна дама из «Комсомолки» в анонсе объявила: «9 октября состоится издевательство над песнями «Битлз»…» Откуда она это взяла? Она, что — была на репетиции? А в заметке одной из газет, журналистка, присутствующая на концерте так и не «вкатилась» в прикольный выход Кобзона с папкой, связала это действо с застойным периодом. Моя бы воля — я запретил бы женщинам обсуждать две темы: футбол и «Битлз». Обидно было слышать слова Макаревича, которого я пригласил для участия: «А стоит ли?… У нас же некому петь!..»

Но время рассудит — нужно это нашему народу или нет. А пока — новый проект. Его автор — Александр Бережной, бывший музыкант, ныне — советник по культуре правительства Москвы. Разные страны выпускают множество альбомов с песнями «Битлз», исполненных в различных интерпретациях многими звездами. А Россия, как всегда опаздывает… А что, если по следам «Битловских посиделок» сделать аудиоальбом и участников прошедшего концерта, и тех, кто опоздал или не мог выступить по различным причинам? И работа закипела. Так я стал музыкальным редактором проекта.

В конце этого года, за рулем своей старенькой «Мазды», которую летом пригнал из Челябинска, езжу в «Петростудио» — одну из самых «крутых» студий страны. Сергей Чесноков, Саша Бармаков, — мастера звука высокого класса.

Еще одна маленькая радость. Спустя пять лет после дефолта, в Москве выпущено сразу два моих альбома: «Доля» и «Небесный фонарщик». Это постарался Женя Краснов и фирма «Парк Рекордз». Жизнь продолжается…

Что же дальше? Эти переезды, новые люди, режиссура отодвинули на второй план любимое дело моей жизни — сочинение музыки, без которого не себя не мыслю. Я скучаю. Нет, не по городу, из которого уехал — оттуда мне звонит лишь сын Олег. По серьезной работе, по репетициям. Может быть, я это скоро буду иметь. Здесь, я чувствую, востребован. Написанная мной в прошлом году сюита «Черная звезда» требует серьезного воплощения. Она похожа на рок-оперу, но более демократичная, современная, со множеством эффектов, звуковых и световых. С прекрасной философской поэзией трех Сергеев — Семянникова, Смирнова и Платова. В музыке — разные стили: от хард-блюза до фолк-рока. И я знаю, как это сделать. В 2004 году — мне 55! Не верится… Может быть, свой Бенефис я назову «Зимы и весны», как память о прекрасных временах молодости, которое есть у каждого из ныне живущих…

2004 год, у Алёны — Гран-При! Чемпионат и новый виток битломании

В январе мы с Ольгой отправили Алёну на международный вокальный конкурс в Сочи, который назывался очень пафосно: «Надежды Европы». А сам отправился в Екатеринбург на свой фестиваль «Старый и новый рок» по приглашению Владимира Шахрина и его группы «Чайф». Было безумно приятно, что старые рокеры меня так почитают. Вообще, я получил громадное удовольствие общения с уже забытым мной, контингентом. Такой публикой. Атмосфера полного отвяза! В нашу бытность такого не было. Как это резко отличается от обрыдлых поп-тусовок! Здесь я принял единственно правильное решение, работать живьём, одному! Фонограмма исключалась, в принципе, да и я не заикался об этом… Под гитару — было бы смешно, я выбрал клавишные. Для начала объяснил молодёжи, что «Ариэль» — это не только стиральный порошок… А потом, по куплету, всему свету, спел отрывки из старых хитов. Но, поскольку вышел в костюме Джона Леннона, сказал, что каждый уважающий себя музыкант, должен знать хотя бы одну песню «Битлз». И спел свою любимую «Girl». Припев пел вместе с залом. Счастливый вышел за кулисы.

Зазвонил мобильник. Жена почти кричала в трубку: «Алёна взяла Гран-При»! Это был ещё один глоток кислорода!..

Всё правильно — жизнь продолжается, и уже в наших детях. У них — свои конкурсы, интриги, любовь и нелюбовь. Всё это им придётся испытать в будущем.

Приехав домой, узнаю подробности. Несколько девушек получили первые места в своих возрастах. А потом, закрытым голосованием члены жюри выбирали лучшую из лучших. Так, Алёна набрала больше всего голосов, блестяще исполнив одну из сложнейших композиций Уитни Хьюстон «I Have Nothing». Особенно от её пения «без ума» был судья из Македонии. Говорил, что ей надо, во что бы то ни стало, прорываться в Европу. Теперь осенью состоится конкурс в бывшей Югославии, где Алёна будет представлять Россию!…

Мысль о своём юбилее не покидает меня ни на минуту. Звоню в концертный зал «Россия» администратору Игорю, предлагаю сценарий. Он не против. Пишем письмо в дирекцию, намечаем дату — мою любимую цифру — 13 октября. Потом садимся за смету, и мне становится дурно. Цифры в районе пятидесяти тысяч баксов! Раньше я даже в уме не держал такие цифры. Сажусь «на телефон» и обзваниваю бывших и настоящих знакомых, когда-то пообещавших мне помочь. Знаю, что это неблагодарное занятие. У этих, далеко не бедных нефтяников, сразу бравурный тембр голоса меняется на извиняющийся. Мол, сейчас, в данный момент у него кризис, ему тяжело, «… вот, где-нибудь, через полгода поднимусь, тогда…» Я пытаюсь возразить: «Да ты что, нефть же поднялась на мировом рынке в цене!» В ответ: «Извини, у меня сейчас совещание, позвони на той неделе…» Опять наступает апатия. Порой, кажется, что у меня это не получится. Хотя перед глазами — Театр Эстрады, «Посиделки», полгода охоты за звёздами, и всё же побеждает «смогу!»