Ходящий в сны - Ольга Дмитриева

А моего отца здесь все ненавидели, да? - горько усмехнулся юноша.

Хаэтеллио внимательно посмотрел на него и ответил:

– Не все, - его голос дрогнул. - Я не позволю им убить тебя, Хайен.

– Когда изгоняли моего отца... - запальчиво начал юноша.

– Изгнание - не смерть, - ответил Хаэте, и на его лице промелькнуло смятение. - А Линдереллио едва не убил его… Только ради меня - пощадил. И когда мы узнали, что он… Я уговорил Тайену не трогать его. Забыть о его существовании, позволить людям держать темного при себе. Потому что он не сможет дальше передать свою магию, а теперь…

В его голосе послышалось отчаяние. Хайен не знал, что сказать, поэтому медленно убрал пальцы от виска Хели, позволяя девушке проснуться. Она сразу встрепенулась и вздрогнула, когда увидела Хаэтеллио. Тот примирительно поднял руки и сказал:

– Все хорошо, Хелирайлиэль. Я помогу твоему другу и тебе.

Он подошел к ним и присел рядом, а затем произнес несколько слов на своем языке. Пальцы эльфа вспыхнули зеленым, несколькими изящными пассами он создал заклинание и… прикоснулся к ключицам Хели. Девушка вздрогнула и запоздало выпалила:

– Не надо!

– Я только посмотрю на твой источник, - пояснил Хаэте, обрывая скороговорку эльфийского заклинания.

А в следующее мгновение глаза его стали круглыми, как плошки. Он перевел взгляд на Хайена и выдавил:

– Ты… Вы… Обменялись…

Хели обреченно вздохнула и спросила:

– Расскажете отцу?

Эльф немного подумал и мстительно процедил:

– Ну уж нет! Теперь его очередь мучиться неизвестностью.

Девушка удивленно посмотрела на него. Хаэте коснулся ее головы в жесте утешения и попросил:

– Оставь нас. Пожалуйста, съешь хоть что-нибудь, пока Меллириссиэль не съела меня. И отправляйся в постель. Твой источник начал восстанавливаться, верно?

Хели настороженно кивнула. Эльф продолжил:

– Значит, скоро ты сможешь переместиться сюда и забрать Хайена в любой момент. Обещаю, он останется здесь и ты сможешь найти его. Тебе не о чем беспокоиться.

Девушка презрительно фыркнула, а затем уверенно заявила:

– Как только моя магия восстановится… Я найду его где угодно. Куда бы вы ни пытались его забрать. Я всегда чувствую Хайена и могу переместиться к нему.

В ее голосе была угроза. Хели продолжала недоверчиво смотреть на эльфа, и тот примирительно сказал:

– Я только вылечу его, Хелирайлиэль. Он отравлен орочьим ядом и орочьей магией. Без моей помощи он не справится. Пожалуйста, оставь нас.

Хайен попросил:

– Сделай, как он сказал. Пожалуйста.

Девушка неохотно встала и процедила:

– Только потому, что ты просишь. Я приду к тебе утром.

Когда она скрылась за дверью, Хаэтеллио повернулся к Хайену и приказал:

– Рубашку снимай. Ты сделал так, что ее источник начал восстанавливаться, верно? Во сне.

Юноша начал стягивать себя парадные тряпки и подумал, что за испорченный костюм ему влетит от магистра. Потом эта мысль показалась нелепой. Все тело снова ломило, а раны кровоточили. Хайен кое-как отодрал от них присохшую ткань и процедил:

– Да. Я однажды уже помог ей…случайно. И в этот раз тоже получилось.

– Удивительно. Я ни разу ничем не смог помочь ей. А темная магия…

Он покачал головой и вскинул руки.

– А вы пыталтись? - удивился Хайен.

– Разумеется, - серьезно ответил эльф. - И Меллириссиэль - тоже. Я лучший специалист по источникам среди ныне живущих. Но мое вмешательство было бы слишком грубым, я не рискнул править источник девочки. А Ллавен… нашел способ и дал ей возможность жить без боли. А ее родителям - без ежедневного страха, что их дочь умрет. Я сразу понял, что это его работа, как только увидел. И теперь ты. Темная магия. Темная целительская магия.

Хайен на минуту задумался, а затем спросил:

– А может быть так… что на источник Хели повлиял наш обмен магией?

– Недообмен, - поправил его Хаэте. - Ее источник ничего не мог тебе отдать, он способен взаимодействовать только с магией внутри него, и только благодаря вмешательству Ллавена. Но ты поделился щедро… И да, вполне вероятно, что это подтолкнуло его, и помогло девочке попасть сюда. Не ясно только, почему именно сюда.

Эльф начал бормотать скороговорку на своем языке и приложил ладони к ранам на боках Хайена. Юноша смотрщился от боли, а затем осторожно ответил:

– Потому что Хели больше всего хотела попасть в Мерцающий лес. Точнее, этого хотел я. А она страстно желала помочь. Я знаю, что здесь есть книги о темных, по которым я бы мог учиться.

Заводить эту тему было опасно, но юноша рискнул. Хаэте почти не сбился с заклинания и продолжал лечить его, но по лицу эльфа пробежала тень. Наконец, он отнял руки и сказал:

– То, что вы хотите сделать… Это преступление. Пожалуйста, будь благоразумен. Если вас поймают на краже - а вас обязательно поймают - неприятности будут у всех. У Линдереллио, у короля Райтона и у Хели. Не подводи их. Хели - упорная девочка, но библиотеки хорошо охраняются.

– Тогда помогите мне, - негромко сказал Хайен. - Дайте мне книги о темных. Никто не узнает.

– Но это не перестанет быть преступлением, - грустно улыбнулся Хаэте.

Хайен видел, что заронил сомнения в душу эльфа. Тот поднялся на ноги и подхватил одежду юноши. А затем сказал:

– Старайся поменьше шевелиться. Я выгнал большую часть яда. То, что успело осесть в твоем теле, будет распадаться несколько дней. И лучше тебе провести их здесь. Меллириссиэль даст тебе снадобье - выпей его. Здесь почти никто не говорит на языке королевства, поэтому настало время подтянуть эльфийский.

– Было бы что подтягивать, - покачал головой Хайен.

– Ничего, освоишься, - улыбнулся Хаэте. - Я приду навестить тебя завтра. И попробую уговорить Линмэ выделить тебе другое… жилище. И одежду.

С этими словами он поднялся и ушел. Какое-то время в камере царила тишина. Никакого подобия постели пленнику не полагалось. Радовало только то, что камень пола и стен был теплым. Даже без рубашки Хайен не мерз. Он лег на пол и закрыл глаза, но заснуть ему не дали. Снова лязгнул замок. Юноша резко сел и зашипел от боли. В камеру вошла та самая эльфийка, которую Хели назвала бабушкой. Какое-то время она постояла у двери, разглядывая юношу, и в глазах ее была настороженность. Хайен молча смотрел в янтарные глаза, не зная, чего ждать.

Наконец, она