Демонология для чайников - Влад Прогин

Айрия не смогла усидеть на месте и подошла ближе к окну. В словах целительницы был смысл, но признаваться самой себе оказалось страшно. Одно дело быть свободной и независимой волшебницей и влюбиться в демона, а другое, оказаться насильно выданной замуж, когда эта любовь превратится в адское мучение. Если только он не успеет…

— Хотелось бы посмотреть на твоего загадочного демона, но ты в оковах, а из меня демонолог ужасный, да и вызов в любом случае не останется незамеченным, это уже проблема.

Олория глубоко задумалась, явно строя какие-то планы. Айрии невольно вспомнилось детство, когда, придумывая очередную игру или сумасшедший поступок, подруга так же закрывала глаза и чуть массировала виски, а потом, озаренная, вскакивала с места.

— Есть! — ничего не изменилось, целительница почти подлетела к Эллесской. — На тебе ведь проклятое серебро… Как ты относишься к серебрянке?

— К чему?

— У одного мага на сотню от проклятого серебра начинается болезнь… Ломит мышцы, жар… Иногда бред. Ничего смертельного, проходит без следа, но на пару дней церемонию отложат.

— У меня за месяц не проявилась эта болезнь! — засомневалась Рия. — А тут вдруг…

— Ничего, я разбужу Дзету, она по молодости какие только болезни не изображала. И доверять ты ей можешь, как мне.

Айрия улыбнулась. Пожалуй, за Олорию Логдану стоит сказать отдельное спасибо и даже чуть смягчить метод убийства. Наверное, это единственное, что он сделал хорошего в жизни. Жаль, что неосознанно.

Но Олория тем временем не останавливалась.

— Венчать вас будет сам отец Епифантий. Тот еще плут, если спросишь меня, но язык у него подвешен. Ему моя сестра перед своей свадьбой пожертвование дала и попросила церемонию потянуть. Сильно девочка хотела моментом насладиться. В результате он обряд тянул четыре часа, если не больше. Жених там под конец храпел в голос, а гости почти выли от скуки.

Айрия только печально улыбнулась.

— Серебрянка меня не спасет… Если мой демон не успеет в срок, то скорее всего не успеет вообще. И тогда нет смысла тянуть…

— В этом случае, давай лучше верить, что успеет, — оптимистично решила подруга. — Тут, кстати, один молодой человек по твою душу забегал.

— Алек?

— Да, именно он. Логдан нам дал указание держать его от тебя подальше. Молодец, впрочем, неплохо отвел глаза дежурящим на улице отморозкам.

— У меня создается впечатление, что меня охраняют в собственном доме сильнее, чем в подземелье Тайной Канцелярии!

— Да, Айрия, твой ненаглядный жених сильно трясется за этот брак. Нечисто все это… Ты с отцом разговаривала?

— Ему тоже это не особо нравится. И с каждым днем все меньше и меньше. Но то, что Логдан — сын первого советника Императора, по его мнению, может переплюнуть все отрицательные качества потенциального зятя. Подозрительность жениха конечно вызывает у него определенные сомнения, хотя тут при всем желании поделать нечего. Либо алтарь, либо казнь. Светлецкий как-то через свои связи берет меня на поруку, что ли… Как если бы я была буйнопомешанной из желтого дома…

После этих слов девушка все же не выдержала и тихо расплакалась, уткнувшись подруге в плечо.

— Не бойся, я уверена, что все будет хорошо…

Hey mama, look at me,

I'm on my way to the promissed land

I'm on a highway to chipland…[5]

Набор странных звуков, который сопровождал эту переделанную песню, был тем, что в сообществе любителей называли "восьмибитной музыкой". Правда в этом случае некоторой помесью обычной и "восьмибитной". На заре персональных компьютеров, когда машины могли выдавать весьма ограниченный спектр звуковых колебаний, подобная музыка была в моде. Теперь же ее любили лишь заставшие эту эру люди, да редкие ценители.

— Ты и маху дал! — Взрывпакетов осмотрел разработку и подал Денису готовый к установке блок. — А нахрена ты тут высоковольтное все взял?

— Обычное вылетает быстро.

Поработав немного вместе, старые друзья вновь перешли на "ты" и про приличную разницу в возрасте как-то быстро забыли.

— Вот эта хреновина, по ходу, хитрая радиочастотная часть. Сердце всей поделки. Я так и не осилил понять, как она работает — только передрал по-быстрому, — продолжил Сигналов. — Судя по тому, что выглядит она совершенно иначе, чем все остальное — у меня подозрение, что эти демонологи тоже не шибко догоняют, как эта часть работает. В общем, она иногда выдает сюда и сюда непонятные выбросы, от которых куски и выгорают. Иногда может секунду проработать, а иногда полчаса. В нее, кстати, как в бездонную яму все уходит, в тепло идет сравнительно мало.

— Значит, правильным электромагнитным излучением можно вызвать демона?

— Нет, блин, торсионным, — Денис поморщился и подпаял провод к резервной дублирующей схеме. — Не знаю. Я на простой части понял, как эти картинки надо передирать, а уж в сложную даже не лез. Передрал и дело с концом.

— Да уж, тут работы на три дисера и пять кандидатских. Ладно, рад, что хоть чем-то сумел помочь.

— Спасибо.

— Не булькает. Но это потом. А сейчас давай, тебе еще блок управления монтировать.

— Это точно…

Денис не сдержался от вздоха и невольно потер уставшие глаза.

— Удачи. А я самоустраняюсь. Больше помочь ничем не могу, так что только мешаться буду.

Уже в самых дверях Взрывпакетов нос к носу столкнулся с сестрой Дениса.

Людмила приветственно кивнула и недовольно осмотрела квартиру умельца, превратившуюся в настоящий источник хаоса и захламленную сверх всяческой меры. Отдельного внимания удостоилась огромная установка, занимающая большую часть комнаты.

— Я принесла тебе поесть, а еще я, как неисправимая самаритянка, решила хоть немного у тебя убрать. Иначе ты умрешь под слоями пыли.

Денис согласно кивнул, даже не отрываясь от работы. Он пропустил мимо ушей монолог сестры, но чтобы не обидеть ее, со всем согласился, на всякий случай. Оставались считанные часы до казни Рии, и умелец почти успевал.

Венчание Айрии и Логдана выпало на последний летний день. Стояла удивительно приятная погода, солнце не слишком мучило жаром, дул легкий свежий ветер, играя зелеными кронами деревьев в парке неподалеку. Громко били струи воды из фонтанов, окрашиваясь на солнце во все цвета радуги. На площади у центрального петерградского собора столпилась масса людей, в надежде хоть краем глаза посмотреть на шикарную церемонию.

В народе ходили разные слухи. Кто-то говорил, что пара безумно любила друг друга, но кто-то пожелал их разлучить и оклеветал девушку. Волшебница почти месяц провела в камере, пока любимый ее не спас… хотя так думала в основном романтически-настроенная молодежь, другие же болтали, что отпрыск первого советника Императора не слишком уж обращал внимание на саму невесту, а скорее был безумно влюблен в капитал ее отца. Третьи вообще махнули на этот бред рукой, утверждая, что отцу Светлецкого просто надоели громкие похождения сына, и он решил связать его по рукам и ногам, сбросив с себя подобную ношу, а тут как раз подвернулся столь замечательный вариант — богатая, неглупая невеста, несправедливо обвиненная Тайной канцелярией. Вопрос был еще — справедливо или не справедливо, но с учетом заступничества сразу и Университета, и советника Императора, дело быстро сошло на нет и буквально растворилось в бескрайних архивах, подарив волшебнице относительную свободу.