Последняя из рода Леер-2 - Ольга Ильина

Милава закрыла глаза и снова представила Яра во всех подробностях. Каждую его черточку, морщинку, тот жест, когда он выгибал бровь, словно говоря, какой же она еще ребенок. А потом открыла глаза и подумала, что сошла с ума. Потому что тот же Яр сейчас отражался в зеркале. Мила резко обернулась и убедилась, что это не мираж, не ее воспаленное воображение, но лучше б она действительно сошла с ума. Видеть его, такого родного, близкого и далекого одновременно было выше ее сил. И все же она взяла себя в руки.

- Что ты здесь делаешь? – равнодушно и холодно, как та стихия, которой обладает, спросила она. Он смотрел на нее жестко и сурово, и не было в глазах привычного и такого необходимого ей сейчас тепла.

- Хотел спросить. Это правда?

- Что именно?

- Не играй со мной, - ответил он и скользнул к ней, так же плавно, как прыгал ягуар, выслеживая добычу.

- Хорошо, - она отступила, чтобы между ними осталось хоть какое-то пространство, - Это правда. Я действительно приняла предложение Лестара.

- Почему?

- Потому что я люблю его, - ответила она. Какая чудовищная ложь. И он знал это. Придется убедить его в обратном и потерять навсегда, - Я понимаю. Для тебя это шок. Я и сама не ожидала. Но, какое будущее ждало бы нас? Сидеть под землей, рожать детей, никогда не видеть света.

- Чем плоха та жизнь?

- Она не достойна принцессы Элиани. Ты не достоин принцессы Элиани. Это было прекрасное приключение, похожее на сказку. Но сказка кончилась. Я вернулась домой. Да, ты не раб. Но ты никто. Еще один представитель вымершей расы. Что ты можешь дать мне?

- Ты права, - сказал он, медленно каменея, - Ничего… кроме любви.

- Этого мало. Да, мне хорошо с тобой. Как ни с кем. Но я не могу пойти с тобой. Это не моя судьба. Не моя жизнь. Все это не нужно мне. Ты мне больше не нужен.

Она говорила, а душа оплакивала свою любовь. Все сперло внутри, покрылось ледяной коркой отчаяния. Она видела, как и в нем умирает что-то. И ничего не могла сделать.

- Все кончено. Нас больше нет.

- А может никогда и не было, - проговорил он, жадно всматриваясь в ее глаза. Но он ничего там не увидел. Ничего кроме равнодушия и слепой уверенности в своих словах. Как так может быть? Почему все так произошло? Ведь он был уверен, что она любит. Она отдавала ему так много, свое тепло, тело, мысли, чувства, душу. Или просто играла. Ведь сильные мира сего иногда любят поиграть. Иногда они скучают. И тогда находят вот такие игрушки, как он. Привязывают к себе, заставляют чувствовать. А, наигравшись, ломают. Выбрасывают из своих жизней и забывают. А если снова становится скучно, ищут новую игрушку.

- Уходи.

- Надеюсь, ты будешь счастлива.

- Я тоже надеюсь, что ты тоже найдешь кого-то, кто будет любить тебя… сильнее, чем я, - вот только последние три слова она сказала про себя.

Он ушел, а она еще долго стояла в каком-то ступоре и глядела в пустоту. Вспомнились слова гадалки о том, что она потеряет любовь, и мертвые помогут ее вернуть. Но она никогда не верила гадалкам.

Глава 20

Они медленно шли уже по знакомому пути, держась за руки. Мила говорила о том дне, а шедший позади Майк впитывал каждое ее слово, как губка.

- Аура проснулась раньше меня. Она всегда так делала, когда полночи плакала. Но вода не смыла круги под глазами, опухшими от слез. Мы почти поссорились. Я говорила, что так нельзя, но она лишь пробурчала что-то:

«Вот влюбишься, поймешь», кажется так.

И ведь она была права тогда. Сейчас сама Мила ночами поливала подушку слезами и ходила с опухшей физиономией, распугивая слуг.

- Потом забежала Тиана. Я предложила собрать экстренное совещание.

- Да, где главной повесткой была тема, как развеселить Ауру, - продолжил Зак.

- Тиана предложила прогуляться по городу.

- Да, но мы уже гуляли по площади накануне, и тогда решено было пойти сюда.

- А кто вам это предложил? – спросил Майк.

- Я не помню, - ответил Зак.

- Если честно, я тоже. Может Тимка? Или Калеб?

- Да любой из них, даже сама Аура.

- Хорошо, давайте оставим этот момент, - сдался Майк, - Что было дальше?

- Мы пошли на поляну. С нами анвары. Шестеро. Сколько мы там провели? Часа два?

- Да. Вы с Ти нас снежками забрасывали, - улыбнулся Зак.

- А разве это не Медди была?

- Нет. Точно Ти. Ты создавала, а она очень метко прицеливалась. Мне за куртку попала, потом лед растекался водой по спине. Примерзское ощущение, скажу я тебе.

- А потом тихо стало, словно сама земля застыла.

- И появились они.

- Портал сделали в стороне.

- Атенор собрал нас всех.

- Аура волновалась.

- Не то слово. Ее колотило. Мне кажется, она поняла тогда, что мы все умрем.

Они говорили и говорили, слова лились сами собой, а Майк плел, словно паук, свою магию, создавая иную реальность, материализуя воспоминание.

Первый удар пришелся на анвар. Они сражались с такой силой, что безликие не могли добраться до ребят. Мила сосредоточенно пыталась отправить Зака в подпространство. Когда щит Ауры разлетелся на кусочки, она прекратила попытки и, вместе с бледной как снег Медди, плела свое заклинание.

- Их было слишком много. Так много, - прошептала Милава.

- Первым погиб Тимка.

- Тиана закричала, бросилась к нему, и ее отбросило силовой волной.

- Дальше мы с Калебом побежали в лес.

- Да, я видела это. Он упал недалеко. Не успел пройти, а ты добежал и скрылся в кустах.

- Что было дальше? – нетерпеливо воскликнул Майк. Что-то странное творилось с его сетью. Она вибрировала, словно кто-то до этого пытался поменять воспоминания. Еще один иллюзионист? Или кто-то посильнее? Что говорить, сделано все было очень умело, но и он был слишком одарен. Им повезло. Он увидел зацепки и начал вплетать в предыдущее плетение реальные воспоминания. Завеса приоткрылась и они увидели…

Ауру забрызгало кровью Аттенора. В ответ она убила нападавшего, обернулась. А в глазах решимость и боль. И только трое на поле живых. Она, Милава, которую она сейчас заставляла уйти и Медея. Мила исчезла. Медди упала на землю, обливаясь слезами. Дальше провал. Через который Майк не мог пробиться. А потом их словно перенесло на день позже. Выжженная земля и рыдающая Медея.

- О, Всевидящая, она выжила! – воскликнула Мила.

А потом появился человек, закутанный в плащ, и она с ужасом узнала в нем своего отца.

- Вы обещали. Вы обещали, что никто не пострадает. Вы клялись мне… - кричала она.

- Это была жертва.

- Вы заставили меня предать их. Вы заставили меня стать убийцей.

- Ты сама приняла решение, Медея. Ты сама этого хотела.