Тяжёлый ледяной блюз (СИ) - "Battle_S.W.I.N.E."

— Глуши машину, придурок, пока лорд-капитан ещё может тебя простить! — сказал Энди Кадир.

Не сводя прицела с «вархаммера», пока перезаряжались его пушки, Дорочак продолжал двигаться задним ходом. Округлая туша «Незабудки» маячила в двух сотнях метров за спиной. На радаре отметки двух мехов драгун — «уитворт» на севере и «центурион» на юго-западе — повернули с периметра к центру лагеря. Батареи «Фермерской дочки» пока молчали, зато «шэдоу хок» со «сталкером» Брочека обменялись залпами на сближении. Следующий выстрел метателя частиц Энди — одного, чтобы не перегреться совсем — прошёл мимо «баньши», зато средние лазеры вонзились ей в левую руку и борт. Сам Элвин промазал из автопушки, зато ПМЧ всадил в аккурат в центр торса «вархаммера». Над головой пронеслись ракеты — батарея «Незабудки» тоже вступила в бой.

Боеголовка одной из ракет малой дальности «шэдоу хока» ударила «сталкеру» по башке, оглушив Стива Брочека на несколько секунд. Брайен Симонович — мехвоин «шэдоу хока» — немедленно развернулся в сторону «баньши», и как оказалось, зря. Потому что очухавшийся Брочек отоварил его таким залпом лазеров и ракет, что мех Симоновича едва не рухнул на землю. Сыграли тревогу на «Фермерской дочке», и вахтенные стрелки расчехлили спарки её средних лазеров; ещё одно попадание снесло крышу кабины, но Брочек остался жив и резво-размеренным бегом увёл «сталкер» из зоны обстрела дропшипа.

— Дорочак! — полузнакомый женский голос в наушниках.

— Мак-Келлан, ты?

— Нет блядь, пизда Триединой богини! я, кто же ещё! — в голосе старшего стрелка «Незабудки» Дорочак услышал лёгкую панику. Сам он, отстреливаясь, продолжал пятиться к кораблю. — Пехота на два часа от тебя, полтораста метров! Подсоби!

Грузовые люки дропшипа открыты нараспашку, аппарели опущены: входи — не хочу! И тут уж без вариантов, лэнс Доринга — четыре меха и пара джипов с технарями до кучи — должен подняться на борт беспрепятственно и быстро. Но это же делало корабль уязвимым для пехотной атаки. Отряд в десяток-дюжину бойцов приближался, и был резон жахнуть по нему и пушками «баньши», пока для бортовых лазерных спарок он оставался в мёртвой зоне. Снаряды в боеукладке у Элвина были обычные — кумулятивные, для поражения бронированных целей; осколочный или зенитный нанёс бы пехоте много больший урон, мог вообще одним попаданием вынести этот отряд: место ровное, от осколков не спрячешься. Но и «кумы» вместе с выстрелом ПМЧ пехоте мало не показалось. Бойцы залегли, а после второго залпа не спеша драпанули, оставив два или три тела лежать на земле.

«Шэдоу хок» настиг «сталкер» Брочека, что и немудрено: преимущество в скорости над тихоходным штурмовиком у него было немалое. Похоже, Симонович надеялся прихлопнуть Стива кулаком, благо, от бронезащиты кабины не осталось и следа. Но Брочек крутанул назад оружейные блоки, стоящие у его меха заместо рук, и дал залп всеми четырьмя средними лазерами. И «шэдоу хок» обратился в огненный столб. Взорвался боекомплект — автопушки, а может, ракет большой или малой дальности; у «шэдоу хока»-2Н в каждой из трёх секций торса было по боеукладке. Близкий подрыв зацепил и мех Брочека, но Стив удержал его на ногах.

* * *

— Нас обложили. Смити и Дэкс убиты, и долго нам не протянуть.

В коммуникаторе слышался треск выстрелов, но голос старшего техника Чжана оставался ровным. В отличие от Ивера Доринга, ругнувшегося сквозь зубы, когда ещё пара пуль срикошетила от стен над их головами. Их тоже сейчас зажимали на третьей палубе корабля, отсекали от трапов, ведущих вниз — к грузовому отсеку. Спасало, похоже, лишь то, что бóльшая часть бойцов разбиралась с ребятами Чжана внизу. Тут, наверху, врагов было пятеро или шестеро, не больше. Одного Доринг точно успел завалить, возможно, двоих — тогда остаётся пятеро… всё равно, многовато на двух мехвоинов. Карл Боушен перезарядил барабан своего «магнума» и, глянув на командира, метнулся за угол, в падении нажимая на спуск. Успел пальнуть ещё дважды, прежде чем перекатом вернулся обратно и, сев на корточки, зарядил три новых патрона в каморы, взамен отстрелянных. Судя по доносящимся из коридора воплям и ругани, хотя бы один из его выстрелов был удачным и достал одного из вражьих бойцов. Доринг одобрительно поднял большой палец.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Готов на рывок? — спросил он.

Сам он как раз сменил батарейки в своём «санбиме». Двух двадцатиграммовых «пальцев» хватало на десять выстрелов, достаточно для короткого боя.

— Идём на счёт «три». Раз… два…

Бойцов впереди было трое, но один ранен и был не в том состоянии — или же настроении — чтобы продолжать бой. Так что их встретили только два автомата, не три. И один почти сразу же захлебнулся, поймав грудью и плечом выстрелы доринговского «санбима». Броники у бойцов были самые простые — противоосколочные жилеты, защищающие только туловище, против лазерника всё равно, что фанера или кусок кровельного железа. Вот, пулю «магнума» они могли при некоторой удаче остановить. Поэтому солдат, получивший одну такую от Боушена в живот, вновь поднял свой автомат и нажал спусковой крючок.

— Ёб твою мать!!

Карлтон не сразу понял, что остался один. Вопя и ругаясь, стреляя из своего револьвера на бегу, он обратил уцелевшего солдата в бегство, последним патроном в упор дострелил подранка, корчащегося на палубе с перетянутой жгутом и всё равно кровоточащей ногой, и только тогда понял, что Доринга рядом нет. Капитан гренадёрской роты лежал ничком, остановленный на полдороге, и из-под тела его по настилу медленно расползалось кровяное пятно.

— Кэп!

Боушен устремился к нему. Перевалил тело на спину — кровь запачкала руки, колени и куртку. У Доринга была почти такая же, кожаная, с противоосколочными вставками, но пуль было слишком много, и несколько, расколов и пробив кевларовые пластины, вошло в живот.

— Да всё, пиздец. — Лицо капитана было бледным, с резко заострившимися чертами.

— Я сейчас… я…

— Ствол мой подбери и уёбывай. — Ивер Доринг облизнул посеревшие губы. — Хули стоишь?

— Капитан…

— Не бросишь меня, да? Пацан… я мёртвый уже, несколько минут, и сдохну совсем. Потащишь ты меня, не потащишь… ёбаный Блейк, никогда не хотел вот так… Давай. Живо. Нашим ребятам ты ещё можешь помочь, так что пиздуй. Ну! — Доринг толкнул его от себя. — Хорош сопли жевать!

«Санбим» Боушен подобрал.

* * *

«Вархаммер», «центурион» и «уитворт» оттянулись на безопасное расстояние, когда Брочек подвёл свой побитый «сталкер» к дропшипу и добавил огня. Понукаемая командами лорда Уортингтона пехота вновь двинулась к «Незабудке». Перебежками, то и дело залегая, разбившись на полдюжины мелких групп.

— Ждём ещё минуту, и я поднимаю корабль, — предупредила мехвоинов Дебби Мак-Келлан.

На сенсорах Элвин и Стив видели, что реактор дропшипа уже переведён в «горячий» режим полной мощности и полной готовности к взлёту из «тёплого», в котором пребывал несколько минут назад. В «тёплом» его энергии хватало на поддержание работы жизнеобеспечения, связи и прочих бортовых систем, а также вооружения, то бишь, стрельбу. Вывод на полную мощность занимал минут пять — они и прошли, но ни мехи, ни джипы Ивера Доринга на аппарелях «Фермерской дочки» пока не показались. Хотя та продолжала стоять с раздраенными люками; в её грузовом отсеке шёл бой. Прямой связи ни с капитаном, ни с Павлом Чжаном и его технарями у Элвина не было, а Дебби Мак-Келлан подробностей не передавала. Дорочак знал, что мехи капитана и Боушена стоят в грузовом отсеке готовые к бою, с полностью снаряженными магазинами — на случай внезапной атаки канопиан, которую отражать лучше во всеоружии. И что такими же полностью снаряженными и готовыми к бою стоят и мехи знамённого лэнса Уортингтона, включая его собственный «бэттлмастер». Как скоро лорд-капитан и его мехвоины рассядутся по машинами и выведут их на грунт?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})