Похоже, придется идти пешком. Дальнейшие мемуары - Георгий Юрьевич Дарахвелидзе

выкладывает, как наивный мальчик, не понимая, что она уже воспринимает его как мужчину, поэтому он только в последний момент соображает, уже перед расставанием, что она не хочет, чтобы он уходил. В конце, когда девушка отходит на задний план, он, кажется, бросил фильм и доснял кое-как, что подтверждается тем, куда дальше направилась его карьера. Думаю, когда он увидел, как в начале второй серии главная героиня was killed off, его не слишком порадовало направление, в которое ушел сериал.

7 сентября, в пятницу, я не смог доделать в один присест «Скрылась под землей», и позвонил Валерию спросить, не сможем ли мы перенести встречу на сегодня. Перед этим заехал в Кузнецкий мост, по пути в который придумал идею с симфониями Терренса Малика. Мы сидели три часа с Валерием в «Прайм-старе». Я рассказывал то про Антона Зингаревича, который был в передаче «Удар головой» ранее днем, про фильм Долдри, а Валерий — про «Пьесу без слов», я — про неудавшийся поход на Франкенштейна, а Валерий — про то, как Олимпиада подняла дух британской нации в момент сильнейшего упадка, и про то, как Борис Джонсон вполне может стать премьер-министром лет через восемь. Я объяснял про смирение через пример Терренса Малика, и вспомнил фразу Михалкова про «полжизни ты работаешь на имя», а вечером в серии «Интернов» была эта же фраза, и про сериал я тоже Валерию рассказал. На обратном пути в «Пурпурном легионе» я купил второй сезон «Шерлока» на Blu-Ray и «Черное золото» на DVD, и спешил на первый матч под руководством Фабио Капелло: играли с Северной Ирландией. В метро молодой человек кавказской внешности, над которым я встал, искал на планшете в Яндексе, где можно будет посмотреть онлайн матч Армения-Мальта.

8 сентября с утра я не стал делать ту часть «Скрылась под землей», а решил ее оставить, вспомнил Лилию и даже накатал пост для Фэйсбука; в папке с ее фотографиями обнаружился текстовый документ со стихами Бродского, главное из которых дало ключ к «Сказкам Гофмана». С утра я также почитал начало сценария «Ганнибала» Дэвида Мамета, найденного в папках по ходу поиска файлов, и обнаружил, что там была такая фраза: Крендлер, персонаж Рэя Лиотты, говорит, что женщину нужно научить humility. Я догадался, что Мамет внес в этого отрицательного персонажа свои черты. Пошел на почту в Интернет, купил «Советский спорт», вернулась Анна в контакт и выложила фотографию с отдыха, в купальнике и без макияжа, показав, что она отсутствовала две недели по этой причине. Дошел до БУМа и купил там фильм «Морской бой», вышедший на DVD. Дома уже принял решение протереть DVD, и занимался этим до шести вечера, смотря «Интернов», а потом сел смотреть «Морской бой», в котором персонаж Скарсгора говорил младшему брату, что его нужно научить humility. Паралелльный монтаж как открытие удачно совместилось с «Эволюцией Борна», вышедшей для меня на одной неделе с этим фильмом.

МОРСКОЙ БОЙ

«Морской бой» я досмотрел до конца, к своему удивлению, и даже сохранил в коллекции как артефакт мировой культуры. Здесь все начинается с введения в американскую культуру: буррито, голубоглазая блондинка с грудью, маскулинность, инфантильность. Вступление постмодерна в эпизоде, где он пробирается в магазин за буррито, сделан под музыку из «Розовой пантеры» только камерами наблюдения, тут показано, как пацанчик вообще на все готов ради нее. Темнокожая пацанка, фраза In God We Trust, военные учения, NAVY вместе с NASA, старший брат, физическая сила, Америка готовится к тому, чем занималась ее культура в ХХ веке, то, для чего была предназначена, и это фильм о том, как американская культура встречает себя из будушего и, не узнав, принимается уничтожать.

В фильмах Берга недраматическое заполняет действие без того, чтобы рождать сюжетный план, но где-то и этот план спорадически работает, оператор-немец, много движения камеры и постоянное разрушение локализованной рамки кадра заменяет драматическое движение. Сам режиссер безэмоциональный, и поинты в сюжете совсем даже не выделяет; так, отделяя пролог от основного действия, он даже не удосуживается подчеркнуть какую-то важность этого события в жизни героя: что он повстречал любовь своей жизни, она просто его девушка, как в культуре, где эти вещи не осмысляются. Примитивный параллельный монтаж с попытками достучаться до этой планеты не создает напряжения, а пользуется он единственным приемом — обрывая сцены на кульминационной детали, создает видимость угрозы. Проверить, как начинаются и заканчиваются сцены.

Один из пяти кораблей, приближавшихся к Земле, сбил спутник, и обломки его упали в Гонконге, сбив статую Будды с горы и разрушив несколько небоскребов, что подается глазами детей 2000-х, видевших нечто подобное уже на экранах и в кино; тут откровенный омаж «Армагеддону», и вообще Берг ступает на территорию Майкла Бэя. Интересно то, что билд-ап к экшену занимает спокойно 35–40 минут, как раньше. Он нагнетает напряжение без удовольствия, но внутри есть стремление к структуре, отсутствие юмора.

Северная Корея первое, что приходит на ум; не будет больше войн, если только не кто-то не под эгидой ООН и не обладающий ядерным оружием. В какой-то момент возникает обманная перспектива: мы ожидаем, что эти пришельцы не будут к нам дружелюбны, об этом говорят фильмы, Стивен Хокинг и тот ученый Сапата, кто в начале фильма сказал, что это будет как Колумб и индейцы, с нами в роли индейцев. Пришельцы действительно выглядят угрожающе, но выясняется, что их целями выступают исключительно объекты неприродного происхождения, и через POV-shot их компьютерного зрения красным цветом выделяются такие объекты, но в то же время зеленым — человек, животное, то, что обладает сердцем. Оно не убивает ни мальчика на поле для бейсбола, ни лошадь, ни вообще кого-либо, а уничтожает вертолеты, мосты и все каменное и железное, также оружие. Потом еще интереснее: под скафандрами роботоподбными скрываются антропоморфные существа с глазами ящеров и страхом солнечного света, а в памяти у них проносятся кадры чудовищной межпланетной войны, видимо, пережитой их цивилизацией. И вот здесь, пока люди, ничего не выясняя с ними, разбираются, как их уничтожить при помощи насилия, понятия добра и зла переворачиваются; Америка не позволяет этой далекой культуре из будущего повернуть время назад от развития западной культуры к цивилизации, в итоге оставшееся время фильма посвящено ожиданиям того, как это будет раскрыто, и будет ли это подводное дно отыгрываться.

Военные обсуждают extinction, не сомневаясь в планах инопланетян, выступает Обама, главными странами оказываются страны азиатско-тихоокеанского региона и Англия, в некоторых странах введен martial law.