Бастард рода Неллеров #1 - Серг Усов

Ничего себе. — почему-то становится тревожно за вверенного мне незнакомого парня. — Как сейчас себя чувствует?

— Нормально. — Виктор только пригубил из кубка и решительно отставил его в сторону. Чудеса случаются. — Я ему дал лечебный бальзам, чтобы ушибы смазал. Еды передал. Сидит ест.

— Слушай. — приходит мысль. — Так если припадок прошёл, может давай его сюда? Пусть с нами поест, по человечески. Благородный всё же. Чего так смотрите? Что-то не то сказал?

— Наш преподобный отец ещё не сталкивался с одержимыми. — поясняет Виктор Максу, чуть нагнувшись над столом, потом уже докладывает мне. — Невозможно предсказать, когда на него нападёт очередной приступ безумия. Они могут следовать одно за другим, а может и месяцами ничего не происходить.

Что ж, придётся беседу с милордом Монским отложить до лучших времён. Как-то не тянет разговаривать с человеком через прутья клетки, словно он зверь, а я дрессировщик. Однако познакомиться всё же надо. Негоже игнорировать благородного милорда, хоть и больного психически. Или магически? Без разницы.

Гусь, запечённый с яблоками, оказался замечательным. Кажется, я даже переел немного. Ерунда, в дороге растрясётся. В карете. Ригер настоял, чтобы до монастыря преподобный Степ в седло не садился. И ладно, я в общем-то не против, хочу позаниматься плетениями. У меня уже неплохо получается, правда, пока, как и Юлиана, помогаю себе движениями рук.

Разумеется, пальцы не ощущают магические нити и никак с ними не соприкасаются, проходя сквозь них. Но психологически так намного легче сосредоточиться и распределять жгутики по своим местам, вязать узлы или соединять между собой. Взял на себя обязательство больше не искать лёгких путей и отныне создавать плетения только одной силой мысли. Никаких выдающих во мне мага жестов не должно быть. Это и на будущее принесёт огромную пользу, увеличу скорость создания заклинаний, а могущество мага во много зависит и от неё, не только от силы источника.

— Приветствую, милорд Карл. — в сопровождении Виктора подхожу к клетке.

Одержимый и в самом деле выглядит неважнецки. Будто бы с гопниками в тёмном переулке повстречался. Но, нет, сам себя так отделал пока бесновался в припадке.

— Мы знакомы? — вздохнул тот, выйдя из-под навеса на открытую сверху часть фургона, и безучастно посмотрел на меня и моего спутника. — А ты Виктор? Я запомнил. Кажется, тебе по моей вине выпала беспокойная ночь?

— Беспокойная-то ладно. — подьячий положил руку на решётку. — Я по из-за тебя не смог в приятной компании расслабиться.

— Выпить ведро вина. — пояснил я мысль личного помощника.

Виктор укоризненно на меня посмотрел и представил одержимому:

— Это преподобный Степ Неллерский. Он настоятель того монастыря, где вас будут того. Лечить.

— То есть, держать в каменном мешке. — скривил губы в ироничной улыбке Карл. — Ну, хоть не так обидно, как сидеть в подземельях у родного дяди и родственников. Кормить-то хоть нормально будете, ваше преподобие.

— И кормить, и поить. — обещаю. — И беседовать, как время будет. Но, главное, лечить тоже. Известны же случаи исцеления. Почему бы и вам не стать таким примером? Лично я постараюсь всё для этого сделать. Приятно было познакомиться.

Разворачиваюсь и направляюсь к карете. Мой увеличившийся эскорт уже готов к выдвижению в путь.

Братия выглядит воинами ничуть не хуже, чем гвардейцы. Разновозрастные — от шестнадцати-семнадцати до пятидесяти-шестидесяти — мужчины, в хороших доспехах, подобных тем, в которые обряжен лейтенант Макс, с длинными кавалерийскими мечами, ножами, круглыми щитами и притороченными к сёдлам лукам или арбалетам, последних больше, и они не взведены.

— Командуй, брат. — передаю бразды правления отрядом от старшего сержанта лейтенанту.

Ригера я знаю дольше, но в этих краях лучше, думаю, управится старший по званию Макс.

Забираюсь в карету и оказываюсь там в одиночестве. Юльке, к её удовольствию, разрешил ехать на моей кобыле. И девчонке приятно, и мне тут лишняя пар любопытных глаз не нужна. Подозреваю, что во время магической практики выражение моего лица довольно глупое. А служанке только дай повод посмеяться, будет тайком хихикать, закрывшись рукавом, отвлекать от занятий.

— Вперёд. — слышу трубный бас лейтенанта, и вскоре мой кучер Олаф понукает четвёрку коней.

Белых четвероногих красавцев маркизы Агнии я оставил в Неллере, пожалел тащить их в такой долгий путь. Обошёлся теми лошадьми, что попроще, и не пожалел. Друг Ригера, опытный коновод, подобрал выносливых и быстрых.

Впереди и позади повозок — моей кареты и фургона Карла — по два десятка монахов. Мои гвардейцы едут справа и слева от меня, сохранность жизни и здоровья бастарда Неллерского никому кроме себя не доверяют, приказ герцогини Марии.

Едва проехали в сторону Готлина минут десять, как по обе стороны хорошо накатанной дороги показался густой лес, подходя почти к самой колее.

Задёрнул занавески на обоих оконцах и достал тетрадку кузины. Улыбнулся, вспомнив, как усыплял предполагаемых клопов в гостиничной постели в ночь после дуэли. Часа три тогда убил на этот процесс. Результата всё же достиг, спасибо Юлиане подробно описавшей порядок действий, но не выспался тогда совсем.

Обнаружил такой неприятный для себя момент, что плохо запоминаю плетения, а, запомнив, долго не могу удержать в голове. Мне что теперь, постоянно с собой тетрадь таскать или магическую книгу как те фэнтезийные волшебники? Ладно, это я пока рано расстраиваюсь. Со временем смогу, надеюсь, уложить основные заклинания в голове. Мозги-то у меня новые, совсем юные, должны впитывать знания, как губка воду.

Что у меня сегодня? Так, сращивание костей, вчера впустую прошло. Не получилось загнуть зелёный жгутик в виде лепестка лотоса. Точнее, придать форму удалось, а вот удержать и связать стяжками белых нитей не вышло. Николас помешал, дрянь такая, спешил поделиться, как метко арбалетным болтом в самый центр ствола ольхи попал.

Значит, сегодня продолжу. И обязательно без жестов руками. Глаза пока всё же буду прикрывать, иначе только промучаюсь.

Запомнил форму плетения и четыре задействованных в нём оттенка, закрываю глаза, обращаюсь к источнику, и тот мгновенно откликается, удлиняя исходящие из него жгутики нужных мне цветов. С каждым разом он всё больше меня понимает. А я его.

Удивительные ощущения стали проявляться от общения с ним — теплоты и совсем чуть-чуть боли. Как будто бы котёнка держишь на груди, а тот мурчит и пытается впивать свои мелкие коготки мне в кожу. Ну, не прям так, естественно, но очень похоже.

Сворачиваю первую нить в правильный круг и закрепляю белым