Апокалипсис, вид снизу. Том II (СИ) - Волков Олег Александрович "volkov-o-a"

Вертикальная поверхность — это не горизонтальный асфальт. Как бы адреналин не жёг кровь, однако усталость в момент выбила остатки сил. Виант едва-едва сумел добраться до ближайшей ветки и плюхнуться в развилку вообще без сил.

Глава 23. Закусь с ликёром

Получилось! Виант блаженно улыбнулся. Самодовольная мысль придала немного бодрости. Эта псина… Сверху шлёпнулась Инга. Острые коготки больно впились в бока. Лишь бессильная усталость так и не позволила Вианту резко стряхнуть с себя нежданную обузу.

— Слезай, — устало пискнул Виант.

— Не всё тебе сверху, — ещё более устало огрызнулась Инга.

Напарница сама на грани полного физического истощения. Бешеный бег на шестой скорости и для неё не прошёл даром. Да и ладно, Виант мысленно махнул рукой. Радость вновь наполнила душу и даже притупила боль в мышцах. Собака с белой, будто завитой в колечки шерстью, осталась там, внизу, на земле. Заскочить следом на дерево она не смогла, зато принялась оглушительно лаять и скрести передними лапами по стволу. Это, Виант сощурился, какая-то порода, может быть, даже охотничья, ну уж точно не декоративная. Теперь понятно, откуда в ней столько азарта, что даже стальная труба не смогла его выбить полностью.

— Дудя, — Виант повернул голову, старушка в большой белой шляпе с обвислыми полями подошла ближе, — оставь белочек в покое.

Но Дудя и не думает униматься. Как же хорошо, что он не может объяснить хозяйке, кого именно ему удалось загнать на дерево. Старушка продолжает что-то там лопотать, но Виант потерял к ней интерес. Старые глаза не заметили чёрной шерсти и облезлых хвостов, ну и хвала богам «Другой реальности». Однако ж, больно.

— Слезай, говорю, — недовольно пискнул Виант.

Инга и будучи женщиной не была пушинкой. А сейчас, в теле крысы, так вообще давит как упитанная слониха. Хотя, Виант нервно рассмеялся, всё в этом мире относительно. Но то, что тело напарницы мешает дышать, а коготки больно царапают шкуру, это факт.

— Сейчас, — натужно прохрипела Инга.

Виант только сейчас заметил и понял, почему напарница не придумала ничего лучше, чем плюхнуться прямо на него сверху. Тень во дворе заставила вечнозелёный дуб вытянуться в высоту. Пусть крона гордо поглядывает на красные крыши пятиэтажек сверху, однако ствол дерева так и остался не таким уж и толстым. Большим диаметром не может похвастаться и ветка, на которой они засели. В самый ответственный момент перед напарницей встал выбор: либо забираться ещё на метр выше до следующей ветки, либо… В общем, Инга предпочла второй вариант.

— Что будем делать? — Инга, наконец-то, пристроилась рядом на ветке.

— Не знаю, — хмуро пискнул Виант.

Пусть Дудя перестал бросаться на дерево, скрести кору передними лапами и оглушительно лаять, однако его хозяйка не нашла другого места, чтобы как следует выгулять своего питомца. Иначе говоря, пока эта парочка бродит под сенью вечнозелёного дуба, не стоит и мечтать о возможности спуститься на землю. А время, между тем, уходит.

Бах! Словно холостой выстрел, хлопнула дверь. Виант повернул голову. На другом конце двора появился ещё один собаковод-любитель. Пожилой мужичок с обвислым пивным животиком в белых шортах и в рубашке с короткими рукавами вывел на прогулку ещё одну собачку из разряда суетливых пустолаек. Следом могут появиться ещё и ещё любители слишком ранних утренних прогулок. Погода, как на грех, великолепная, в небесах ни малейшего намёка на дождик. А потом люди пойдут косяком. Виант вконец приуныл. И обязательно косяком, пойдут, и на первый выходной день не посмотрят. Закон подлости у богов «Другой реальности» является самым любимым.

Ноздрей коснулся запах тухлой рыбы. Желудок тут же недовольно дёрнулся. Виант лениво повернул голову. Помойка, благословленные мусорные баки на стальных колёсиках, рядом совсем. Но проклятая старушенция в большой белой шляпе с обвислыми полями, словно Цербер у входа в царство мёртвых, продолжает «стеречь» подступы к мусорке. Собака с белой шерстью, словно душа неприкаянная, накручивает вокруг хозяйки бесконечные круги.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Если повезёт, то эта старушенция уберётся раньше, чем мы подохнем с голодухи, — недовольно прошипел Виант.

— Нет, не повезёт, — тут же отозвалась Инга.

— Не каркай.

— Да тут хоть закаркайся до потери пульса, — Инга шумно пискнула. — Вон, мужик пакет с мусором тащит. На другом конце ещё женщина идёт. С бодрым утром, любимый.

Это был сарказм, Виант лишь прошипел, словно змея, которой наступили на хвост. Утро и в самом деле бодрое. Пусть сегодня первый выходной день, но всё равно нет никакой гарантии, что местные коммунальщики не приедут на большой машине за содержимым мусорных баков. И тогда вообще все надежды насмарку.

Что же делать? Виант попытался размять, ну или хотя бы немного расслабить, лапы. Взгляд в глубокой задумчивости заскользил по двору. Кушать хочется, очень скоро захочется ещё больше. Может, Виант склонил голову набок, и в самом деле рискнуть? Старушка в шляпе, вроде как, направилась домой. Недовольный Дудя семенит за хозяйкой следом на поводке. Или не направилась?

Зубы недовольно скрипнули. Виант насупился как мышь на муку. Эх! Вот была бы у него возможность предсказывать будущее, хотя бы самое ближайшее, хотя бы на несколько минут. О-о-о!!! Виант мечтательно закатил глаза. Такая способность облегчила бы ему жизнь, точнее, выживание. Тогда бы он точно знал, успеет добежать до помойки, или нет. А то, когда на кону собственная жизнь, перезагрузки и второй попытки не будет. Аминь.

Боги «Другой реальности» натуральные жлобы. А ведь могли бы подкинуть подобную способность. Встреча с самим собой в Чундиле убедила Вианта, что неведанные хозяева слишком реальной виртуальной игры умеют мухлевать со временем. Как минимум, такая возможность у них имеется.

— Виант, хватит предаваться унынию. Ползи сюда.

Звонкий писк напарницы в момент разметал грустные мечтания о несбыточном. Инга успела пробежаться несколько дальше по ветке и остановилась. Что-то привлекло её внимание. Виант поднялся на лапы, острые коготки надёжно впились в гладкую кору. Как минимум, имеет смысл поинтересоваться. Однако, едва он тронулся с места, как Инга тут же побежала дальше. И без того не самая толстая ветка под ней опасно задрожала.

— Смотри, — Инга остановилась.

Передняя лапа напарницы указала на балкон. Кончик длинной ветки едва не царапает стекло. Когда-то это был самый обычный балкон с простеньким ограждением в виде тонких стальных прутков, но потом его основательно застеклили. Белые пластиковые рамы ещё не успели окончательно потерять блеск новизны. Сквозь окна проглядывает весьма внушительное пространство. Это не банальный балкон в девятиэтажке времён СССР, а едва ли не закрытая терраса, хотя простенькая металлическая ограда как и прежде торчит наружу. А, ну да, Виант крепче ухватился за шаткую ветку, это же относительно престижный район Гаочана. Кто бы не жил в этой квартире, они явно не бедствуют и не состоят на учёте в социальной службе как малоимущие.

Широкая москитная сетка перегораживает открытую ставню. Пусть сейчас утро, но всё ещё раннее утро, однако сказать, будто на улице прохладно, язык не поворачивается. Гаочан находится в субтропиках. Здесь зимой снег если и бывает, то надолго не задерживается. А летом жара легко может перевалить за сорок градусов в тени. Не удивительно, что на этом балконе, впрочем, как и на многих других, окно распахнуто всю ночь.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Давай, переберёмся на балкон и там проведём весь день, — ветка под напарницей опасно качнулась.

Виант задумчиво уставился на москитную сетку. Идея хорошая, но-о-о…

— Кушать хочется, — протянул Виант. — Пить хочется. Сама понимаешь, чем обернётся для нас целый день без жрачки и воды.

— Конечно, понимаю, — Инга энергично кивнула. — Однако не забывай, что люди очень любят хранить на балконе всякую еду. Даже моя мама, не смотря на вереницу интеллигентных предков, и то любила складывать запасы консервов, картошку и даже вешала лук в своих старых чулках. А нам много и не надо.