Забери мои крылья (СИ) - Анастасия Кудинова

А хотя, вполне возможно…

Я, не обращая внимания на крики демонов, быстро договорила Мэтту и Михаилу, какой кошмар нас ждет впереди. Я пыталась им объяснить, что нужно искать другой выход, кроме сражения, но они не видели его, ибо говорили, мол – выход только один. Единственный. Тот страшный.

Узнав о нашем будущем крахе, архангел заметно побледнел, как и Мэтт. Его надежда на победу угасла чрезвычайно быстро, оставив после себя лишь немую пустоту безысходности. Он понимал – если мы не станем сражаться - будем убиты адскими существами, которые, расправившись с нами, пойдут на людей. А… если будем сражаться, то… нас постигнет такая же участь – смерть, но она хотя бы не станет такой жалкой и ничтожной, потому что умирая от лап врагов, корчась в агонии на земле, мы будем знать, что сделали все возможное, отдали последние силы, пытаясь идти к победе…

Мы втроем осознавали насколько наши шансы ничтожны, но не смотря на это, не смотря на то, что нас всех не станет сегодня, мы не опускали руки, хоть почти потеряли какую-либо надежду. В отличие от Михаила и Мэтта, я не гасила в себе такой крохотный огонек надежды, твердящий: «Не сдавайся. Выбери другой путь. Ведь он есть, просто… найди его»…

Решив ничего не говорить ангелам, не разрушать их стимул моим страшным видением, Михаил твердо оповестил меня и парня: «Мы будем сражаться, пока не умрем. Мы не будем сдаваться, даже не смотря на крах, который ждет нас в будущем. Пусть мы все умрем, но зато умрем с честью, зная, что пытались предпринять хоть какие-то меры, защитить людей, не дать демонам подобраться к ним. Не думайте о том, как «уйдете», не размышляйте над этим, не вешайте носы, а просто сражайтесь! Кредо ангелов «Сила, бесстрашие, отвага» каким было, таким и должно остаться. Мы обязаны следовать ему».

Теперь я поняла, что значила та гравировка на клинке, данным Михаилом мне, который я – идиотка выронила где-то на поле. Эти три слова, являющиеся подобием девиза Божьих существ, вызвали во мне восхищение, неожиданный прилив энергии и гордость…

Я должна быть сильной, бесстрашной, отважной, если буду сражать плечом плечу вместе с ангелами. Я обязана забыть свой страх, неуверенность, слабость; обязана навсегда стереть образ вечно испуганной девчонки с постоянно мокрыми глазами, заменив его на совершенно другой. На противоположный….

Пожав руку Мэтту и кратко поблагодарив меня за помощь (хоть самую малую), арх направился вперед, когда очередная партия нехороших слов полетела в его сторону. Переглянувшись с Мэттом, мы последовал за ним, а после остановились рядом, прямо в нескольких шагах от извивающихся в нетерпении демонов. Мое сердце неистово колотилось в груди, руки слегка дрожали, а глаза, округленные до невероятности, пробегались по их наглым лицам. Причем довольно злым. Я не знаю, сколько было передо мной черноглазых, но явно не мало. На каждом из представителей этих тварей висели доспехи, сделанные из рения; в их руках красовались… разнообразные мечи и клинки из единственного, убивающего ангелов, металла. Огнестрельного оружия я у них не заметила, к счастью…

«Дыши спокойно», — приказала я себе, наполняя легкие до жути холодным воздухом.

Главное – не бояться.

Страх стереть.

И привести сердце в нормальный ритм.

Я сжала крепко губы, узвидев Азаеля посредине толпы ему подобных. Он, уловив мой взгляд на себе, расползся в ядовитой улыбке; черные, словно две дыры глаза, начали сверлить во мне дыру. Костяшки на его кривых, сжимающих меч, пальцах побелели, отчего рука задрожала. Еще чуть-чуть и он прикончит меня точно. Наверное, тогда думал, что те два тупоголовых демона смогут расправиться со мной, но не тут-то было. Азаель просто в тот момент забыл, кого оставил со мной в комнате, кроме своих «друзей».

Мэтта.

Благодаря моему хранителю я не умерла. Благодаря этому парню я стою сейчас здесь и своим присутствием бешу Азаеля, который хочет воткнуть в меня меч.

— А ты все не подыхаешь, — вырвалось у демона. — Все же, тебя не так легко убить, — согнув руку с оружием, он провел пальцем по лезвию, показывая, насколько оно острое.

Я скривилась.

— Наконец-то ты это осознал.

Азаель хотел было открыть рот, сказать что-то в ответ, но не успел из-за неожиданно раздавшегося голоса поблизости с ним:

— Я немного удивлен, Михаил, что ты, не смотря на все произошедшее, пришел сюда со своей жалкой армией, хотя лишился двух очень хороших предводителей. Я думал, что ты не явишься, струсишь, но, честно сказать, не оправдал моих ожиданий.

— Рад это слышать, Люцифер, — спокойно произнес архангел, делая шаг вперед.

ЛЮЦИФЕР?! О, Боже мой…

Судорожно перебирая пальцы, я стала искать глазами Самого Дьявола, когда любопытство о том, как он выглядит, значительно выросло во мне. Интересно, а у него есть рога, копыта или красная кожа? Имеются ли длинные когти на руках? Его рост выше человеческого, ибо ниже? Когда легкий смех, принадлежащий вроде бы Люциферу, пронесся по полю, я, наконец, увидела его, и моя челюсть медленно отвисла, затем с громким шумом рухнула на землю. Почти рядом с Азаелем стоял красивый, светловолосый, не имеющий за спиной никакого черного дыма парень, по виду чуть моложе Михаила. У него не было никаких рогов на голове и всего прочего, он не являлся парнокопытной свиньей кровавого цвета, короче, не был таким Королем Ада, каким я его видела некогда на просторах интернета. Люцифер выглядел как обычный юноша. Из-за темноты и отдаленности я не могла узреть, какого цвета его глаза, зато по их красивому сиянию предположила, что они голубого оттенка. Внешность этого… парня была ну прям очень миловидной. Острые скулы, ровный аккуратный нос, спортивное телосложение, к тому же (боюсь это признать) по десятибалльной шкале он был сексуален на все десять. Ну… правда ему ни за что не сравниться с Мэттом.

Когда Михали и Люцифер вели какой-то не очень приятный диалог, я разглядывала Короля Ада, даже не думая закрывать рот. В мыслях не укладывалось, что он – с такой невинной внешностью – настоящий, не знающий пощады, козел (мягко сказать). Я не могла поверить, насколько этот блондин прекрасен снаружи, но ужасен внутри. Может быть, мои глаза врут, и в нескольких метрах от меня стоит какой-нибудь измазанный в крови, да имеющий пару копыт чудик, вместо красавца? Нет. К сожалению, зрение пока не подводит меня. Люцифер имеет лицо парня с обложки, а не кого-то другого. Смотря на него невозможно просто поверить, что Он раздает приказы демонам, что Он решил уничтожить людей и поселиться на их костях. Разве… ему самому не противно от своих действий? Не жалко тех, кого сотрет с лица земли? Ведь у Дьявола есть душа, как мне говорил Мэтт, следовательно, он должен чувствовать, сострадать, плакать, черт побери! Тогда почему он всего этого не делает? Прячет что ли свое истинное «Я» под маской безразличия, злости, гнева? Но зачем? Я думаю, ему когда-либо да было жалко тех, кого он убивал. Нет, серьезно. Возможно, он даже плакал при виде умирающего человека, ибо у него просто сжималось сердце от такого зрелища. Хотя, что я говорю? Если это и было, то было очень давно, когда еще Люцифера не выпинали с Небес. А сейчас… он, наверное, не знает о таких понятиях, как жалость, любовь, сострадание. Им руководит месть, которая запирает на замок его светлые чувства. Конечно, можно понять, почему Люцифер так поступил – начал войну с ангелами, приплел ко всему обычных людей. Он был чертовски обижен и зол, потерпев крах, когда решил занять Господний Престол. Его лишили крыльев, скинули на землю напарочку с другими мятежниками. И… ему ничего не оставалось делать, как создать Ад, стать в нем королем и продолжить вредить ангелам. Но блондинчик-то осознавал, насколько его месть не сладка, поэтому стал делать больно Божьим существам через людей. А позже у него (возможно и у его слуг) зародилась идея – стереть человечество с лица земли, устроив апокалипсис. Не знаю, действительно ли хочет Люцифер поселиться в этом мире по собственному желанию, или же ради того, чтобы сделать ангелам еще больнее? Неужели его месть так необъятна? Разве он никогда не жалел о своих действиях, ужасных поступках, решениях? Я не верю, что Дьявол ни разу не думал о том, сколько плохого он натворил. У него есть душа. И имеются теплые чувства, даже пусть они спрятаны где-то глубоко. Я знаю, Люцифер не всегда был злым, выходит какая-нибудь да малая часть доброты все же живет в нем. Стоит лишь ее пробудить…