Кодекс Крови. Книга IХ - М. Борзых

А ещё открытием стало усовершенствование боевых арканов орденцев. Копья, использовавшиеся в видениях Ольги, ранее не применялись. И если одно копьё в состоянии было убить мага крови из Башни и не развеяться, то для меня оно станет серьёзной угрозой.

— Только не говори, что ты хочешь повторить миниатюру с Георгием Победоносцем? — скептически хмыкнула Ольга.

— Это кто?

— Был в моём мире мужик, который якобы убил копьём змея и стал покровителем воинов.

Эмпатка допила варево, обтёрла кружку снегом и вернула мне.

— Мне не нравятся твои намёки, я умирать не собираюсь.

Я полностью собрал рюкзак и принялся раздеваться. Целые вещи мне ещё пригодятся.

— А мне не нравится, что ты собрался в одиночку выступать против войска, один в поле не воин, знаешь ли. А ты мне живой для снятия проклятия нужен. Нельзя их как-то дистанционно всех убить? Как на свадьбе?

— Можно! Но мне для этого крови нужно столько, как примерно на свадьбе было, — не стал спорить я. — А её ещё добыть нужно в нужных количествах, поэтому придётся всё лапками да хвостиком отрабатывать.

— Хм… — на пару секунд задумалась Ольга, — а давай-ка я тебя оседлаю и подсоблю с добычей крови. Ты меня только поближе подвези, у меня пока дальность влияния — метров сто, не дальше.

* * *

Казалось бы, что могло пойти не так? А пошло. И практически всё.

Нет, в долину спустились мы довольно быстро, змеиный экспресс сработал безукоризненно. Я даже, признаться, получил некоторое удовольствие от спуска. Адреналин пузырился в крови, в ушах звенел визг Ольги, привязанной ко мне верёвкой.

Первые сомнения закрались, когда на подступах к лагерю мы не обнаружили ни единой сигналки или патруля.

— Так быть не должно. Святоши не идиоты. Нас должны ждать.

— Ну да, так ждали, что красной ковровой дорожки не пожалели, — хмыкнула Ольга и указала пальцем на россыпь красных горошин под ногами. — Это что такое?

Я остановился. Это было что-то новенькое. Но, судя по разящей от горошин магии Рассвета, ничего хорошего от этого ждать не приходилось.

— Сможешь дотянуться отсюда до ближайших орденцев?

Ольга пожала плечами и, закрыв глаза, принялась что-то шептать себе под нос. Спустя пару минут ближайшая к нам пятёрка воинов, до того мирно беседовавшая за завтраком кашей, сорвалась с мест и ринулась крошить своих же товарищей.

Вот только сама эмпатка медленно оседала на снег, утирая капли крови из-под носа.

— Нихрена ж себе! Дома так сложно не было!

— Там мы были на своей территории, а здесь — на их, — я ещё раз взглянул на крошево под ногами, вспомнил венец и перстни на пальцах Альба и решился.

Открыв котомку, я вынул из неё пирамидку. Я планировал использовать её немного иным путём, ну да лучшего применения этой дряни пока не придумал. Осторожно вскрыв когтем собственную чешую на груди, я вставил пирамидку внутрь и лишь поле этого повернулся в эмпатке. Та вытирала лицо снегом, чтобы прийти в себя.

— Что будем делать? — Ольга нахмурилась, рассмотрев кровь на моих когтях и груди.

— Ты — ничего. Отступишь за пределы действия этой дряни, — я указал на красную крошку под ногами, — и будешь ждать меня, защищаясь только при непосредственной опасности для себя.

— А ты? — эмпатка с ужасом переводила взгляд с лагеря орденцев на меня.

— А я пойду и докажу, что не всем суждено иметь славу змееборцев.

Глава 23

Рывок в центр палаточного городка был стремительный. Одинокая высокоранговая тварь стала отличной целью для охоты. Вот только сбор крови пошёл не по плану. Я призывал своих комарих, но призыв не срабатывал. Видимо, на чужой территории способность Комаро не работала, а может, местный магический фон изначально был значительно выше, блокируя чуждую магию. Поэтому кровушку пришлось добывать по старинке, ввинчиваясь в ряды противника.

Мозг методично обрабатывал информацию в поисках подвоха. В том, что он был, я даже не сомневался. Слишком легко всё было. Всего один легион у моей башни. Один. Даже с учётом усовершенствования боевых приёмов и моего ослабления после перерождения всё равно слишком мало. Ну или я просто тешил собственное эго?

Чем больше крови вокруг проливалось, тем отчётливее у меня было ощущение растущей тревоги. Я взял под контроль кровь и преобразовал её в серпы. Жнецы разлетелись во все стороны в попытке добыть ещё больше крови, но тщетно. Они будто натыкались на невидимую стену, рикошетили и возвращались обратно.

Пока тело убивало, магия преобразовывала кровь в оружие. Орденцы шли в бой с безумными глазами без доспехов с мечами наголо. Никто даже не пытался использовать магию, устраивая самую настоящую мясорубку. Треск пламени из разворошенных костров и горящих шатров смешивался с криками раненных, хруст гравия под змеиным телом перекрывал свист кровяных серпов и лязг мечей о чешую. Столь привычная для боя какофония была музыкой для ушей. Но мозг всё же нашёл зацепку.

Во всём многообразии звуков я не слышал ветра. Того самого пронизывающего холодного ветра с вершин Каролийских гор. Его не было. Стоило это осознать, как реальность вокруг замерла и окрасилась в розовые оттенки, проявляясь вокруг меня полусферой, на подобии той, что накрыла обитель Великой Матери Крови.

Я остановился. Оставшиеся в живых орденцы тоже. Они пытались отступить, но чужая воля давила, подавляя инстинкт самосохранения. Я сформировал одну присоску для проверки внезапной догадки. Игла впилась в солнечное сплетение ближайшему рыцарю без доспехов и спустя пару секунд вернулась, не изменив цвет. Все смертники внутри были пусты. Их хвалёный орден пожалел для них даже доспехов, отправив на убой, словно овец на заклание.

Я поднял с земли один из мечей и внимательно рассмотрел пустое навершие, где априори должен был находиться розовый накопитель благодати хотя бы минимальной ёмкости.

— Не любит вас ваш Орден. Вон, выпотрошили всё.

Лишь испуг в глазах невольных самоубийц говорил о том, что меня услышали. Я взял пригоршню земли и засыпал в рот. Язык нащупал алые горошины. Они жглись магией Рассвета, но в то же время содержали кровь. Вот только горошины эти были похожи по структуре на макр из тех, что я создавал из собственной крови.

А это могло означать только одно. Кто-то из обитателей Башни продался орденцам и обратил наши знания против