Аллоды онлайн I Империя - Иван Соловей

мы хотя бы примерно знаем, где искать, подумал я. Остается только надеяться, что наши мыслители не ошиблись.

— Сейчас нет задачи важней, чем разрешение кризиса на ХАЭС… — продолжал генерал, расхаживая перед нами взад-вперед со сложенными за спиной руками. — Ар-ргх! Проклятая должность! Как бы мне хотелось самому ворваться на станцию и разметать этих канийских ублюдков!

— Прошу прощения, что вмешиваюсь, отвлекаю от важных дел…

Око Праведных остановился и с таким удивлением посмотрел на невысокого, смущенного переминающегося с ноги на ногу, хадаганца, как будто это был сам глава Лиги — Айденус.

— Товарищ Ступин, — наконец произнес генерал.

— Это директор ХАЭС, — шепнул нам всезнающий Миша.

Ступин мало походил на главу такого большого серьезного предприятия. Бледный и взъерошенный, в грязной рубашке, нервно выдергивающий волосы из своей бородки, он находился в крайней степени отчаянья.

— Кругом такая неразбериха, никому нет дела до моей проблемы. А между тем, последствия могут быть очень печальными.

— Нет дела? — возмутился генерал. — А мы по вашему сейчас чем тут занимаемся, как не вашей драгоценной станцией?

— Эээ… да… спасибо, — растерянно произнес Ступин и его борода лишилась целого клочка волос. — Но я не об этом. Речь идет о чертежах планируемой модернизации ХАЭС. Дело в том, что магической мощности уже не хватает, потребности города растут… Я сам стал готовить предложение по перестройке ХАЭС, готовясь выступить с рацпредложением. Ничего удивительного, что мне понадобились чертежи, которые, м-м-м… могут многое рассказать врагу о принципах проектирования ХАЭС.

— Так. Дальше, — сбавил тон Праведных.

— Чертежи захватил один из шпионов Лиги. Или то был лазутчик… Я видел, как он сгреб всю стопку бумаг с моего стола. Имени его я не знаю — он не представился, а мне было м-м-м… не до того. Если вдруг в процессе решения возникших проблем будет возможность м-м-м… отыскать эти чертежи…

— Бойцы по возможности будут осматривать тела противников на предмет каких-либо документов.

— Спасибо, товарищ Хранитель. Моя благодарность не будет знать границ! Жена уже вся извелась, знаете ли… У меня ведь могут быть м-м-м… определенные неприятности, если чертежи попадут в руки врага.

Добираться до входа в усыпальницу Зэм штурмовым группам предстояло по отдельности и наша шла последней. Око Праведных как-то совсем по отечески стучал по спине каждого бойца, прежде чем тот отправлялся к месту назначения. Это несколько разнилось с теми суровыми взглядами, которые бросала на нас представитель Совета Ученных Номарх Кахотеп.

— Это так несправедливо, что в руины Зэм, которые простояли нетронутыми почти три тысячелетия, первыми спускаются не ученые! — сокрушалась она. — А ведь это наша история!

— Сейчас не самое подходящее время, — заметил генерал.

— Можно попросить ваших подопечных осторожнее ступать по древним плитам, чтобы ни одна песчинка не шелохнулась, — не успокаивалась та. — Прах и тлен! Я представляю себе, что они там устроят сейчас…

— Этого не избежать. Всему городу грозит опасность.

— Я это понимаю, но прошу хотя бы быть аккуратнее и не нарушить скрижали Тэпа. Они очень важны для нас. Сама Негус Хекет, наместница Нефера Ура, хочет видеть эти скрижали. Кто знает, быть может, с их помощью мы наконец сможем дать ответ на главный вопрос — жив ли он? Жив ли Тэп, наш создатель и наше проклятье!

— Я бы на вашем месте помолчал, товарищ ученый, — прорычал Праведных, — учитывая, что гробница сейчас кишит его последователями, с которыми моим подопечным еще предстоит столкнуться.

Номарх Кахотеп действительно замолчала на некоторое время, а потом тихо произнесла:

— Поверьте, нам, добропорядочным гражданам Империи, стыдно за сумасшедших сторонников Тэпа. Когда-то его могущество разделило наш народ на два лагеря. Прошли тысячи лет и… ничего не изменилось.

Услышав это, я в который раз словил себя на мысли, что стоит все-таки почитать учебник по истории.

Око Праведных, тем временем, сжал на несколько секунд мое плечо, что немного отличалось от того короткого напутствия, которое получили от него все остальные, но так ничего и не сказал. Последнее, что мы услышали, когда ступили на оцепленную территорию, были слова Номарх Кахотеп:

— Представляю, во что превратятся катакомбы нежити после операции. Там же камня на камне не останется. Все погибнет, все! И главное — погибнут бесценные скрижали Тэпа, хранящие в себе все величие и все безумие Его!

Заброшенный подвал тускло освещался несколькими лампами. В одном месте кирпичная стена обрушилась и в зияющей дыре виднелась узкая пещера. Нависающая над головой толща земли действовала на нервы и я с большим удивлением для самого себя даже почувствовал облегчение, когда в конце туннеля показался ядовито-зеленый свет гробницы Зэм. Мы не ошиблись, это был действительно вход в Зэмово Городище. Эта усыпальница если и отличалась чем-то от той, в которую мы спускались в Научном Городке, то я этой разницы не заметил. Для меня, не особо разбирающегося в таких вещах, они были абсолютно идентичны.

Штурмовые группы, которые шли впереди нас, зачищали дорогу, поэтому живых культистов Тэпа мы не встретили, так как замыкали шествие. Лигийцев в гробнице не оказалось совсем, они, судя по всему, охраняли проход уже на самой станции, и на выходе нас наверняка ждет «теплый» прием.

Мы были уже почти у самого выхода, когда Миша присел возле небольшой стелы и провел рукой по покрытым паутиной иероглифам.

— Вот они, скрижали Тэпа. Надеюсь, они попадут к ученым в первозданном виде.

— Вы и в самом деле не знаете, жив ли он? — спросила Зизи.

— Этого никто не знает.

Эльфийке было интересно ходить по гробнице. Недовольное выражение исчезло с ее лица, когда она вертела головой во все стороны, разглядывая склеп. Возможно, если бы я не знал, что вокруг меня гигантское захоронение, то я бы согласился, что в этих причудливых узорах есть своя красота.

— Кажется, мы пришли, — произнес Кузьма.

Через секунду я услышал звуки потасовки впереди, а еще через пару мгновений мы снова очутились в туннеле, который вывел нас прямо на станцию. Остальные группы уже рассредоточились, и я попытался восстановить в памяти испещренную стрелками карту генерала Праведных.

— Кажется, нам ту… — начал было я, но внезапно