Препатч (СИ) - Горбонос Сергей "Toter"

— Но ведь получается, что они ничего не нарушают. Как-то так ведь, а?

— Одно дело, если этим заняты кланы на самых высокоуровневых и сложных областях, там есть кому адекватно ответить, а другое — это локации для новичков. Это портит «лицо» игры и общее к ней отношение, когда не умеющего еще ничего игрока окунают по самые уши, с первых дней, в жернова коррупционных схем кланов. Поэтому, если это будет иметь место, никто мне не помешает провести… глубокую профилактическую беседу. Очень глубокую. Но в рамках правил — всего на миг, но спокойное лицо жреца озарилось не менее хищной улыбкой, чем у друида — Ведь что не запрещено, то дозволено.

— Мне нравится ваш подход, коллега — друид привстал, начав отряхиваться, словно от дорожной пыли — но что-то я засиделся. Пора бы мне начинать.

— Так ведь наш великий победитель все еще борется со страшным боссом — Диареей.

— А он мне не нужен. Великий стратег мне задачу выдал? Выдал. «Вперед» сказал? Сказал. И цель озвучил — помогать чем смогу. И я таки сейчас как помогу, так помогу. Ладно, пора идти причинять доброе и светлое. Как наши доблестные вернутся, пусть не ждут. Я догоню, если они сами… не догонят.

— Аккуратней там. Даже подземелье для новичков — это в первую очередь — подземелье. И само разделение на «уровни» — условность, диктуемая сложностью и масштабами. Что же. Береги себя, друид, интересных игроков в последнее время все сложнее найти — кивнул жрец.

— Ты просто не в тех больницах искал — хохотнул Вереск и попер в лобовую к ближайшему входу в подземелье. Впрочем, уважаемое воинство было так занято собой, что за новичком никто не следил, как и не опекал. От души…

Темные улицы, высеченного внутри скалы голода. Бледные огни могильных факелов. Здесь не было жизни, как таковой, лишь смерть и уныние.

Старый мяч. Заштопанный, затертый, грязный. Он катился по улице, иногда криво отскакивая от выщербленных камней мощеной дороги. Его путь был недолгим, случайным. Закатившись в один из переулков, он уперся в монолит скалы.

Мелкие, частые шажки. Дробные, легкие. Детские. Небольшой скелет, худенький, низенький, одетый в детские лохмотья, забежал в указанный переулок. Мяч лежал прямо здесь, на его глазах.

В мертвых глазницах на миг вспыхнул радостный свет, если могильное свечение черепов вообще можно было бы назвать «радостным». Но сейчас так оно и было. Маленькие, костяные ручки потянулись за мячом и аккуратно подняли его. Скелет осмотрел игрушку, бережно убрал паутину, что собрал мяч на своем пути и игриво ударил им по земле.

Старый мяч в очередной раз ударился о избитую дорогу и неожиданно отскочил в сторону. Но он не успел далеко улететь. Когтистая перчатка, закованная в древесную броню, словила его еще в полете.

Ребенок, пусть и мертвый, увидел нежданного пришельца… взглянул на свой мяч, на выход из переулка и уже приготовился бежать, как его окликнули. Неожиданно, учитывая, что все пришельцы, что вторгались в этот город, всегда действовали молча. Молча извлекали мечи и рубили. Они снова и снова убивали его, его семью, его друзей, обитающих на той же улице, что и он. Не объяснив ничего, не предупредив ни о чем.

Но сейчас было не так. Что-то было иначе.

— Эй, малой! Классный мяч! Держи!

Послышались удары. Прыгающий по дороге мяч был ловко словлен костлявой ручкой ребенка.

— Ну что ты на меня смотришь? — древесная маска, украшенная ужасающей хищной улыбкой, наклонилась к нему, на уровень когда-то существовавших в его черепе, глаз — Да не трону я тебя. Но ты же мне не веришь, да? По глазам вижу, что в гробу бы меня видел с белой каемочкой. Ну чем тебе еще доказать? Вот!

Друид, а это был он, опустился на дорогу, положив свои ладони на землю. Тут же небольшая дорожка из мелких, неказистых грибов, протянулась от него, заполнив весь проулок. Мелкие, неказистые, они выглядели не очень.

— Ща, секунду. Батарейки барахлят — пробурчал незнакомец и легонько топнул рядом с росшими грибами. Легкая, зеленая вспышка на миг появилась от соприкосновения друида с землей и пропала. Но мелкие грибы тут же начали меняться. Они все сильнее и сильнее наливались красивым зеленым и голубым светом. Прошло всего несколько секунд, а весь проулок утопал в мягком свете подземных грибов.

— Как-то так…

Ребенок завороженно рассматривал невероятные, по его мнению, и прекрасные, по его же мнению, «волшебные грибы» и уже не спешил убегать. Вся эта ситуация была необычной. Пришелец… не тронет его?!

— Понравилось? Это что, ты еще настоящих волшебных грибов не пробовал… но ты ничего не слышал и вообще еще маленький… Мы поняли друг друга? Хорошо. Слушай, если тебе не вломы, не мог бы ты отвести меня к вашему главнюку. У меня огонь, а не рацуха к нему есть!

Странно и необычно. Хотя не так. Совершенно немыслимо! Скелет ребенка не убежал за подмогой и не атаковал. Он протянул костлявую ладонь закованному в древесную броню воину и ожидающе замер.

— Окей — пришелец взял руку скелета, подобно отцу, гулявшему со своим сыном — Веди, Сусанин-герой.

Так они и вышли, держась за руки, выходя из этого темного закоулка. Вышли, сразу же упершись в двух патрульных воинов-скелетов. Те, увидев пришельца, тут же потянулись за ржавыми мечами, что висели на их поясах. Но тут их взгляд упал на ребенка, на зажатую в руках незнакомца костлявую ладонь. Мечи медленно, неуверенно вернулись в ножны.

— Парни, я к вашему шефу на пару слов. Не переживайте, не курю и топлю за ЗОЖ… короче достаточный псих, чтобы вести себя адекватно в вашем туристическом городке. А! Я понял парни, вы тоже хотите немного уличной грибной магии. Окей.

Опять ладони друида были опущены на дорогу мертвого города. Но в этот раз несколько камней тут же выскочили, отлетев немного в сторону. Воины-скелеты напряглись, но их внимание было отвлечено тем, что начало пробиваться в том месте, откуда вылетели камни.

Большой, хотя нет, просто огромный гриб разросся посреди улицы. И в один момент он засветился так ярко, что большая часть окружающей территории утопала в мягком, зеленом свете.

Из окружающих домов начали выходить скелеты, одетые в старые лохмотья, но без оружия или признаков агрессии. Все они двигались лишь с одной целью — посмотреть на этот свет, мягкий и убаюкивающий.

— Кто бы мог подумать, что вас будет так недостаток освещения угнетать. Недоработка коммунальных служб прямо в катастрофу перетекла. Даже не упрекнули, что я в спешке посреди улицы яму раздолбал — пожал плечами друид — Но, как говорится, лишь бы в радость.

Воины тоже не проявляли больше агрессии. Они, как и другие скелеты, стояли вокруг этого мягкого света, словно замерзшие путники, которые наконец-то увидели теплый костер.

Маленькая, костлявая ладошка дернула друида за руку:

— А? Ага, извини, задумался. Веди, малой.

Этот необычный дуэт продолжил свой путь по старым улицам мертвого города.

Путь был не долгим. Мрачным, скучным, травмоопасным из-за плохого освещения. Но не долгим. Буквально через пятнадцать минут ребенок привел друида к отдельно вырезанному внутри пещеры замку. Конечно, это сооружение не могло конкурировать с величественными замками на поверхности, но то, что это именно последняя линия обороны оно понять давало.

Темный-темный замок, высеченный в черной и темной скале. Черная стража в темных коридорах. Темные залы и мрачный правитель в черной робе, восседающий на черном троне. Черные черепа вокруг и вой неупокоенных душ. Лишь могильное, бледное свечение свеч дает небольшой свет и возможность ориентироваться.

У входа в тронный зал возвышалась гротескная картина. Массивный скелет, судя по всему, могучего при жизни человека-воина. Он был закован во множество оков. Кости его рук и ног были пробиты серебряными пиками, украшенными витиеватыми узорами. Сами же пики между собой так же были перевиты цепями. Запрокинутый вверх череп выражал замерзший крик и нестерпимую агонию.