Идущий во Тьму - Дмитрий Дзыговбродский

Идущему сжало сердце — он увидел, как открываются великие врата в те земли, куда нет пути живым, туда, где проходит граница между вечностью и безвременьем. Сердце заледенело в смертном ужасе. Эти ворота приковывали взгляд, гипнотизировали. А потом из смертной раны ворот, ведущих в Серые Пределы, ударила волна силы, сминая тела нападающих на город воинов, с легкостью поглощая души. Чудовищный серый вихрь рухнул на корабли нападающих. Но на чёрно-зелёных галерах успели прийти в себя и выставить защиту. И тогда в поддёржку мага на холме с берега ударил огромный шар огня. Маги нападающих с этой напастью справились не в пример проще, потому что первое заклинание продолжало наступать, отправляя в Серые Пределы тысячами. Огонь встретился с водой. Столб пара рванулся в небеса, ткань мира прогнулась под ударом встретившихся стихий. И тогда возник звук. Тонкий, режущий ухо, как будто лопнула струна или бесконечно прочная и неизмеримо тонкая цепь, сдерживающая что-то.

Рэд увидел, как из-за грани мира приходит тень чудовища, которого никогда не знала плоть мира. Квинтэссенция смерти, ужаса и разрушения. Тупое орудие для убийства, но от этого не менее мощное. С небес донёсся крик, и на чудовище рухнули драконы. Закружились, составив огненный круг, проливая на Зверя потоки чистого смертоносного огня. Но этого было мало, слишком мало. Рэд неотрывно смотрел, как драконы пытаются справиться со зверем. Идущий уже не сомневался, что в этой битве решается судьба мира. К сожалению, драконы смогли лишь ранить Зверя. И непонятно было, какая сила сможет остановить тварь. Но вот один из драконов сорвался огненным метеором в глотку чудовищу и взорвал его изнутри. Рэд закрыл глаза — сияние взрыва стало нестерпимым. Когда решился посмотреть, всё уже было кончено — Зверь был повержен.

Тут в руке заворочалась "кукла", и Рэд вспомнил, что пора идти.

— Пора, маленькая, — выдохнул Идущий. — Видишь, какие дела творятся…Эй, ты куда?

"Кукла" неожиданно соскочила с его руки и побежала на Игровое Поле, прям к тому холму, на котором оборонял город тёмный маг.

— Стой, — разозлился Рэд. — Да стой же!

Не раздумывая, он кинулся за "куклой". Краем глаза заметил как Зверь, вроде бы убитый, поднялся и, как был без головы, кинулся в бой. Но Рэда больше занимала погоня за "куклой". Малышка оказалась на удивление быстрой. Он её догнал только у холма. Рэд с удивлением заметил, как рядом с магом возникла фигурка женщины в тёмном плаще, как та, что стояла рядом с Игровым Полем.

Остались считанные шаги между ним и "куклой".

— Тьма тебя возьми, — рявкнул Рэд, протягивая руку.

И тут Рэд споткнулся. "Солнечная кукла" хитро извернулась из-под руки, и пальцы Рэда коснулись фигурки мага на холме…Издалека донёсся клёкот сокола…

"…Фессу показалось, что ему на плечи свалился весь небесный свод. Неодолимая тяжесть пригнула его к земле, острая режущая боль прокатилась вдоль позвоночника, он сплюнул кровью… — и выпрямился, ощущая в себе океан Силы."

Рэд чуть было не запаниковал. Очутиться в чужом теле — ещё то удовольствие. Причём без всякой возможности двинуть рукой или ногой.

Сознание оказалось заперто в тесной коробке чужого тела. Рэд рванул вверх, мысленно, зло, но ничего не получилось. Невидимые цепи держали слишком крепко. Ему оставалось только наблюдать.

"Над западным горизонтом взметнулись бесчисленные чёрные знамёна.

— Ты знаешь, где искать убежище, — проговорила Тень, отступая на шаг. — Теперь ты найдёшь его даже с закрытыми глазами. Теперь тебе там самое место.

Она была права. Фесс словно наяву видел взметнувшиеся шпили Чёрной башни. Крошечный островок окружали льды, падал снег, но ни одна снежинка не нарушала возмутительной своей белизной гармонию чёрных зубцов и контрфорсов. Башня стояла девственно черна, точно первая ночь творения.

Фесс глубоко вздохнул. Выпрямился. Услыхал слабые крики, увидел бегущих прочь от него людей. Неподвижны остались только Клара и Кицум, даже верный Фейруз попятился.

Мир изменился. Теперь в нём, похоже, осталось толь-ко два цвета, правда, со множеством оттенков — серый и красный. Ярко-алым посреди серого мира пылали извивы чудовищного Червя, прущего сейчас прямо к берегу."

"Повязка тьмы". Рэд выругался — вот ведь парню не повезло. А ему-то что делать? Если он здесь застрянет…Нет, о таком лучше не думать. Как же выбраться? Рэд мысленно напрягся, вырываясь из пут чужого тела. Казалось бы ещё одно усилие, ещё один призрачный шаг и всё. Он снова станет свободным. Но что-то отбросило его обратно. Рэд застонал от бессилия.

— Ну, стерва, — прошептал он, вспоминая тёмную женскую фигуру. — Вот ты значит как? Решила мне подпортить жизнь. Так я тебе планы испорчу.

И Рэд всеми силами души ударил по серой полоске прикрывающей глаза некроманта. Он уже один раз справился с "повязкой тьмы". Справится ещё раз, не проблема.

— Н-на тебе, — прорычал Рэд, ударяя по ненавистной "повязке" всей злостью, всей обречённостью. Говорил Эгмонт, что нельзя бороться с Тьмой — себе дороже будет. Ну и шут с ним.

— Получай, — Рэд ударил "повязку тьмы" воспоминаниями. Рассвет на побережье, далёкая синь летнего неба, прохлада родниковой воды, искристая роса поутру, раскалённый жёлтый песок под ногами, крики чаек, смех людей, весенний дождь — всё то, что ненавистно Тьме, всё то, чего никогда в Ней не было.

"Повязка" тревожно зашевелилась. Ей было неуютно, больно, страшно. На неё сыпались образы, которых она никогда не видела и даже представить не могла. И вместе с образами холодная иррациональная ненависть. Человеческая ненависть. Самое сильное чувство во всём мире. После любви. Но Рэд уже давно никого не любил.

"Червю было наплевать на все и всяческие Силы, он хотел одного — жрать, а жрал он всё, что только попадалось у него на пути. Хотя чудовище и явно отдавало предпочтение живому мясу.

Тень исчезла. Фесc оглянулся — что это, он стал выше ростом? И откуда взялся этот струящийся за плечами не-весомый тёмно-серый плащ?

Он выпрямился. Увидел горящие яростью глаза Клары, увидел остановившихся и двинувшихся к нему её спутниц, одну из них он узнал — Раина, воительница, служившая в охранявшей Долину Вольной страже.

Клара атаковала в тот же миг, не давая ему даже передохнуть. И её совершенно безумный выкрик "Отдай Мечи!", который Фесс в первый миг даже и не понял.

У него не было посоха, ничего, кроме простого и честного оружия, полученного от "Белых Слонов". Глефу он оставил в стороне, и некромант отмахнулся от налетающей Клары мечом. Сила в его замах оказалась вложена совершенно нечеловеческая — боевая чародейка, мастер фехтования, отлетела шагов на десять и покатилась по траве, выпустив даже свою знаменитую рубиновую шпагу.