Волки и лохи - Михаил Факиров

как и было договорено, получил от Нила Мерфи кассирский чек на сумму около семисот восьмидесяти тысяч долларов. Показав Лиззи этот чек, Сваакер сказал, что раньше он был поглощен рутинной работой по «Американо-канадскому обозрению» и не видел прибыльных сделок у себя под самым носом. Но теперь все изменится! Он свободен от рутинной работы и постарается создать высокодоходный бизнес, который рутинной работы требовать не будет и в котором он двумя-тремя сделками будет зарабатывать больше, чем раньше зарабатывал за год «Американо-канадским обозрением»!

Вот такие дела, друзья мои. Мораль сей басни такова: Так выпьемте же за союз Высокой Политики и Высокого Искусства!

Глава IV. Мистер Сваакер и его бизнес

Сваакер говорил своим клиентам, что такой редкой и необычной фамилией он обязан своему далекому предку-голландцу, который триста лет назад переселился с женой и детьми в благодатную и свободную Америку, а «сваакер» — это по-голландски «наблюдатель». Следует сразу сказать, что наблюдателем Сваакер не был. Наоборот, он был очень активным деятелем. Отец Сваакера был популярным и хорошо зарабатывающим доктором. Они с женой надеялись, что и сын пойдет по стопам отца. Но молодой Сваакер наотрез отказался от медицинской карьеры. В университете он специализировался на журналистике. Сваакер начал зарабатывать хорошие деньги как популярный и востребованный журналист-фрилансер еще во время учебы в университете. Благодаря этому он и смог жениться еще студентом. Он уже тогда легко мог содержать семью. После окончания университета он пару лет проработал в популярном таблоиде, продолжая при этом фрилансерство под своим студенческим псевдонимом, а после этого основал свое собственное дело — знаменитое «Американо-канадское обозрение». Дело это было настолько же необычным, насколько прибыльным. Всего через пять лет Сваакер уже зарабатывал больше, чем его отец. Заработки его и после этого продолжали стабильно расти, так что в настоящее время он был богатым человеком.

Как и положено мультимиллионеру, который сам заработал свои миллионы, Сваакер в финансах был человеком консервативным. Больше половины своего состояния он хранил в облигациях Государственного Казначейства, около полутора миллионов долларов в Швейцарии, в швейцарских франках (в США о его счете в швейцарском банке не знала ни одна живая душа, кроме самого Сваакера, его жены и их дочери), более миллиона долларов было вложено в акции солидных, надежных компаний, таких как «Кока-Кола», «Джонсон энд Джонсон», «Волмарт» и «Проктор энд Гембл». В банковской ячейке покоились сто шестьдесят золотых монет крюгерранд общим весом одиннадцать фунтов чистого золота. (Если кто не знает, крюгерранд — южноафриканская золотая монета весом в тридцать один грамм чистого золота. Названа так в честь Пауля Крюгера, первого президента Трансвааля).

Сваакер мог бы уже сейчас выйти на пенсию, доходов от акций и облигаций с избытком хватило бы даже на роскошный образ жизни, а супруги Сваакеры, как и большинство людей, которые не унаследовали, а сами заработали свои миллионы, вели жизнь скромную, но достойную. Они ни в чем себе не отказывали, но жили для себя, а не напоказ, что обычно и заставляет богатых наследников выбрасывать сотни тысяч и миллионы долларов на ветер. Картину полного благополучия дополнял прекрасный двухэтажный дом в самом престижном и богатом районе города. На втором этаже располагались апартаменты Сваакеров, а на первом этаже был офис, в котором Сваакер свои миллионы и зарабатывал. Впрочем, офис этот на самом деле был не офисом, а домашним кабинетом и библиотекой Сваакера. По крайней мере, за те двадцать с лишним лет, которые Сваакер владел этим домом, здесь не побывало ни одного клиента. И ни один клиент так и не узнал адреса этого дома.

«Американо-канадское обозрение», бизнес, которым Сваакер занимался до октября прошлого, две тысячи восемнадцатого года, был заточен под лохов, которые свято верят, что реклама — двигатель торговли. Подписчиков у журнала «Американо-канадское обозрение» не было, нигде зарегистрирован как периодическое печатное издание он тоже не был. Реальный тираж «журнала» был всего пятнадцать экземпляров, которые нужны были Сваакеру для представительства. В свое время Сваакер заплатил опытному и знающему юристу хорошие деньги за составление типового договора, на котором и была основана работа с клиентами. В этом договоре слово «журнал» вообще не фигурировало, а имелось слово «брошюра». Одного этого было достаточно, чтобы обиженные клиенты никак не могли подать на Сваакера в суд. По существу, он торговал печатной бумагой в обмен на полновесные доллары. Договор составлялся между клиентом и печатным домом «Стэнфорд и сын». В договоре говорилось, что печатный дом берется поставить клиенту в такой-то срок столько-то тысяч или десятков тысяч брошюр (именно брошюр, а не журналов, это исключительно важно). Деньги поступали на счет печатного дома, а сам журнал «Американо-канадское обозрение» вообще нигде не упоминался. При этом в договоре указывался даже не физический адрес типографии здесь, в городе, а юридический адрес корпорации «Печатный Дом Стэнфорд и сын» в Чикаго, где имелась организация, которая за несколько десятков долларов в месяц обеспечивала чикагский «адрес» и чикагский «телефон» любому желающему.

По «Американо-канадскому обозрению» Сваакер работал на территории северо-восточной части нашего штата, на которой проживает больше пяти миллионов человек. Северо-восток штата представляет собой небольшой, очень густо населенный прямоугольник: восемьдесят пять миль с севера на юг и сто миль с запада на восток. Другими словами, при такой большой, пятимиллионной численности населения, его можно было проехать от западной до восточной границы всего за пару часов. А из нашего города можно было попасть в самую отдаленную его точку часа за полтора.

У Сваакера был десяток платных информаторов, которые наводили его на потенциальных жертв по всей этой территории. В каждом из четырех крупнейших агентств по недвижимости, которые покрывали процентов девяносто всех купль-продаж-аренд коммерческой недвижимости на территории северо-востока штата, у Сваакера имелся свой человек, сотрудник, который занимал невысокий пост, но имел полный доступ к базе данных. Раз в месяц каждый такой сотрудник сообщал Сваакеру обо всех вновь открывшихся бизнесах и о бизнесах, перешедших из рук в руки. Получал он за это сто пятьдесят долларов. И в каждом из шести крупнейших рекламных агентств северо-востока штата у Сваакера тоже имелся свой человек, который два раза в месяц сообщал