Коварная уловка - Бренда Хайетт

Фредерика поморщилась.

– Ты сама столько рассказывала всякого про эти сезоны, что я их просто терпеть не могу. Балы, светские рауты с извечным жеманством, глупым кокетством, наряды, драгоценности напоказ… А тебя выбирают, словно породистую телку! И вообще я не могу оставлять Мейпл-Хилл так надолго без присмотра. Сезоны длятся по два-три месяца. Вчера, собираясь к тебе, я весь вечер обсуждала дела с миссис Грешем и мистером Бриджисом.

–Тогда получается, что сэр Томас принял правильное решение. Нельзя же в самом деле ждать, что подходящие джентльмены, какие только есть в Англии, ринутся в Мейпл-Хилл, к тебе на смотрины. Выходя

– Милли, но я совсем не это имею в виду, и ты прекрасно знаешь. – Фредерика выдавила вымученную улыбку. – Просто не хочу, чтобы за меня решали, кого выбрать в мужья. Я сама должна найти того, с кем моя будущая жизнь будет спокойной и комфортной, если угодно. Ведь о лорде Сибруке я ничего не знаю, кроме того, что рассказал Томас. Что за человек?! Может, он волокита, слоняющийся по городу в поисках богатой невесты, а может, и того хуже! – Фредерика непроизвольно вздрогнула.

Мисс Милликен окинула ее пристальным взглядом и изрекла менторским тоном:

– Неизвестность всегда рождает страх и – Подумала и добавила: – Я должна согласиться, что сэр Томас поступил опрометчиво, не посоветовавшись с тобой. Тем не менее хотелось бы думать, что он сделал это из лучших побуждений, исходя из твоих интересов. Вполне вероятно, что это так и есть! Однако своим будущим никогда рисковать не стоит, и потому ты вправе подвергнуть выбор сэра Томаса сомнению, поскольку многие его прежние поступки и суждения не отличались здравомыслием. Мы должны узнать о лорде Сибруке все, что только можно, – заявила мисс Милликен с присущей ей категоричностью.

– Ах, Милли, я была уверена, что могу рассчитывать на тебя в трудную минуту! – воскликнула Фредерика с огромным облегчением. – С чего мы начнем? Насколько я помню, многие из твоих знакомых живут в Лондоне. Я права?

– Безусловно, мне есть к кому обратиться за советом. Обязательно напишу миссис Помфри. И еще двоим, а может, троим знакомым дамам. Они, правда, не вращаются в высших кругах, но знают о них все, поскольку их статус позволяет владеть именно той информацией, которая нам нужна. Уверена, что мы получим новости уже через пару дней. Как только соберем достаточное количество фактов, сразу представится возможность выйти на передовые рубежи.

Фредерика отреагировала едва заметной улыбкой на формулировку с милитаристским уклоном.

– Я нисколько не сомневаюсь в том, что с помощью твоих связей удастся обнаружить компромат, который заставит Томаса изменить намерения. На мой взгляд, это непременно то тайное, что обязательно когда-нибудь становится явным. А то с чего бы лорду Сибруку объявлять помолвку со мной, если он меня в глаза не видел?

Задумавшись, мисс Милликен всего лишь кивнула.

– Думается, ты правильно мыслишь, – сказала она чуть погодя. – Меня это тоже поразило, в особенности, если принять во внимание его известность, судя по словам сэра Томаса. – Она поднялась и с живостью сказала: – Ну хорошо! Пойдем, отведу тебя в твою комнату. Приводи себя в порядок, как-никак ты с дороги, а я распоряжусь насчет чая.

Подчиняясь годами выработанной привычке, Фредерика послушно последовала за мисс Милликен, правда, теперь она летела будто на крыльях, а когда немногим ранее входила в гостиную, ноги ее заплетались.

Пребывание в коттедже Милликенов обернулось для Фредерики настоящим праздником, поскольку она на время избавилась от великого множества домашних хлопот, забот и обязанностей. Возникло, правда, опасение, что полное безделье в течение продолжительного времени может наскучить, но пара-другая дней, проведенных в праздности, обещали верх блаженства.

Отец мисс Милликен, добродушный джентльмен, был в настолько преклонном возрасте, что, кажется, с трудом воспринимал то, что происходило вокруг. Хотя он проявил радушие и даже растрогался за ужином в первый вечер, когда дочь представила ему Фредерику, наутро пришлось повторить процедуру знакомства от начала и до конца.

– Я счастлив с вами познакомиться, мисс Честертон, – сказал он за завтраком. – Шарлотта столько рассказывала мне о вас. Рад, что вы нас посетили. Прошу вас, чувствуйте себя как дома, – произнес он слово в слово то, что говорил накануне.

Фредерика, как и положено по этикету, благодарила за добрые слова, за оказанное гостеприимство, а мысленно всплескивала руками, соображая, сколько же повторов будет иметь эта милая беседа из-за того, что память мистера Милликена могла быть сравнима лишь с дырявым решетом.

День прошел на редкость приятно. Было о чем поговорить. Подруги читали, обменивались мнениями, писали маслом. Фредерика была на седьмом небе. В Мейпл-Хилле у нее для этого почти не находилось времени. Вечером, когда обе дружно мыли кисти, посыльный принес для мисс Милликен письмо.

– Милли, ну что? Это ответ на твой запрос, да? – Фредерика сгорала от нетерпения и едва дождалась, когда подруга закончила читать послание на целых двух страницах.

– Боюсь, сведения не имеют ничего общего с теми, какие мы ожидали получить, – ответила мисс Милликен, хмуря брови. – Миссис Помфри о лорде Сибруке самого лучшего мнения. И красавец-то он, и душка, и вообще мужчину с таким характером днем с огнем не сыскать! Вот, пожалуйста, полторы страницы – только дифирамбы. Однако косвенно она как бы подтверждает его репутацию повесы, так как сообщает, что женский пол от него без ума, и даже, представь себе, замужние дамы. – Фредерика состроила гримасу, выражающую полное негодование, а мисс Милликен бросила на нее взгляд, выражающий в свою очередь самое искреннее сочувствие. – Думаю, вряд ли этот аргумент способен переубедить сэра Томаса. Во-первых, это ему известно, а во-вторых, иметь успех у женщин – высшая добродетель, по мнению всех мужчин.

Фредерика открыла было рот, чтобы высказаться, но в этот момент зазвенел колокольчик, и спустя минуту появилась дама, разодетая по последней моде.

– Бекки, дорогая! – воскликнула мисс Милликен, расплываясь в улыбке. – Фредерика, познакомься – это моя приятельница Бекки Лонг. Она служит у герцогини Вестоверской. Бекки, это мисс Фредерика Честертон, та самая леди, о которой я тебе писала.

Миссис Лонг, высокая худощавая женщина с умным лицом, вежливо кивнула Фредерике, а затем обернулась к мисс Милликен.

– Я беседовала с несколькими из своих источников информация и могу сказать, ваши подозрения в отношении лорда Сибрука небезосновательны, – выпалила она на одном дыхании и без всякой преамбулы. – В доме лорда Сибрука происходит нечто очень странное.