ШедЭйр. Путь сердца - Стэлла Соколова

Как только солнце село, старик начал изменяться — его челюсть сильно выдвинулась вперед, губы раздвинулись, обнажая острые клыки, с которых капала красная слюна. Тело свело судорогой и когда старик выпрямился, то более не напоминал человека. Тело его удлинилось, руки вытянулись, на пальцах появились длинные когти.

Рашар был рад, наконец-то, его одиночество закончиться.

Я стояла рядом с Эйрином, который с тоской смотрел на меня. Я гордо задрала подбородок и сказала:

— Я тоже воин! — Айрис поднял голову и улыбнулся, Эйрин вздохнул и подвинул меня себе за спину.

Земля зашевелилась, над поверхностью показались трехпалые руки, с тонкими как лезвия когтями. Я закрыла глаза и крепко сжала Кейрины.

Солнце только что село, все вокруг окрасилось синим. Мне не было страшно, наверное я испугаюсь потом, когда все закончиться. Сейчас для меня самое важное — защитить тех, кто мне дорог, я не могу стоять в стороне.

Я глубоко вздохнула и открыла глаза. Лучше бы я их не открывала — из под земли вылезали чудовища. Морды их были похожи на волчьи, челюсти сильно выдавались вперед, огромные красные глаза смотрели на нас с непередаваемой злобой. Тонкие белесые тела были покрыты слизью, ребра выпирали, а руки болтались где-то на уровне колен.

Из того здания, в которое заходил Эйрин появился еще один. Судя по виду — самый взрослый из всех. Тело его было покрыто серой шерстью, когти достигали земли.

Я посмотрела на Айриса, который достал руки из рукавов и теперь поигрывал стилетами.

Правильно, если уж изнеженный принце не боится — мне тем более стыдно. Нас обступали со всех сторон, перевертыши шли, слегка покачиваясь, с зубов капала красная слюна. Боги, сколько же их? Аз дернул меня за рукав и сказал:

— Рубить голову. — Я кивнула, хорошо, что мы Аза встретили, вон он сколько всего знает. Эйрин повернул ко мне голову и сказал:

— Не дай им себя укусить, тебе понятно? — Я опять кивнула.

Эйрин кинул кинжал в ближайшего перевертыша, тот обиженно взвизгнул и подался назад. Прозрачная жидкость, видимо заменяющая у перевертышей кровь, тугими каплями падала на землю. Его собраться кинулись к нему, раздирая его тело когтями.

Странно, Аз сказал, что себе подобных они не едят.

Лиры, все как один изогнули спины и оскалились, я посмотрела на Киша, пожелав ему удачи в этом бою.

Азар смотрел на то, как перевертыши раздирают когтями белесое тело. Когда один из перевертышей, дрожащей рукой, запихнул кусок плоти в пасть, Азар передернулся.

Это совсем плохо, судя по тому, что перевертыши еще лысые, они недавно вылупились. А раз они не брезгуют плотью собственного собрата, значит они действительно голодны.

Азар сжал кулаки, если бы с ним была магия, он бы сейчас не крутил головой в поисках оружия.

Темный закрыл глаза. Какая жалкая смерть для фаворита Темного Владыки! Азар презрительно ухмыльнулся, разве это не смешно, когда твоя жизнь зависит от тех, от кого ты собирался избавиться при удобном случае? Азар посмотрел на своих спутников. Похоже, особого страха они не испытывали, только вот Эйрин отодвинул Хану себе за спину. Азар прищурился, если они отсюда выберутся, мальчишку можно будет использовать в своих целях. Он уже решил, какой подарок принесет Владыке Темного Мира.

Эйрин вполне может занять место одного из Младших Темных. Только вот ни мальчишка, ни принц, лишенный магии интереса для Аза не представляют. Зато своим поступком Эйрин показал Азару свое слабое место. Аз улыбнулся еще шире.

Сейчас можно претвориться другом, а потом решить, как использовать это в своих целях.

Азар повернул голову и наткнулся взглядом на забор, сделанный из тонких шестов. Дерево конечно не сравниться с металлом, и уж тем более не сравниться с любимым оружием Азара — косой, но лучше что-то, чем ничего. Азар ударил ногой по забору, выламывая из него прут. За спиной булькнуло и обернувшись он увидел, как один из перевертышей оседает на землю. Айрис выдернул стилет из основания черепа перевертыша. Азар кивнул и сказал:

— Руби голову, быстрее. — Несмотря на то, что новорожденные перевертыши слабы, они могут подняться.

Айрис пожал плечами и одним резким движением перерезал перевертышу горло. Голова перевертыша откинулась назад. Замахнувшись еще раз, Айрис перебил позвоночник. Отсеченная голова покатилась по земле.

Аз кинул взгляд на Эйрина, который продолжал кидать кинжалы, а Хана подчищал за ним. Темный ухмыльнулся, может от мальчишки будет больше пользы, чем он предположил сначала.

Эйрин и Хана неплохо работают в паре — мальчишка ждал, пока Эйрин метнет кинжал и в момент, когда перевертыш застывал, Хана подбегал к нему и отрубал голову Кейринами.

Рашар упал на колени и взвыл. Неужели великий Ашар отвернулся от детей своих? Почти весь выводок был уничтожен, Рашар плакал красными слезами. Среди ашеров нет любви, как только младенец вылупляется, он защищает сбя сам, но Рашар так верил в то, что эта кладка, последняя из оставленных предками, поможет вернуть было величие их племени.

Рашар поднялся с колен, из груди вырвался рык. Красными глазами он смотрел на щуплого человека, который с радостью рубил головы младенцам. Рашар пригнулся — одному ему не выстоять против двух Ааш'э'Сэй, да и тот с шестом не так прост, как показалось, но вот мальчишку он заставит заплатить.

Рашар бросился вперед. Когда он достиг пацана, тот с удивлением посмотрел на него. Рашар оскалился, в момент когда челюсти почти сомкнулись на шее мальчишки, чья-то рука оттолкнула мальчишку и зубы скользнули по ткани.

Рашар с ненавистью посмотрел на беловолосого. Через мгновение голова последнего из перевертышей покатилась по земле.

Солнце поднялось над верхушками деревьев, заливая красноватым светом огромное пепелище, оставшееся на месте поселка. Сейчас, под лучами рассветного солнца еще было видно останки обезглавленных тел, но как только солнце встанет в зените, от костей не останется ничего. Солнце, благословенное Высшими солнце, сожжет остатки той заразы, что уничтожила целое поселение. По дороге ведущей в сторону Южной Заставы ехали трое всадников, за ними следовал оборванец с котомкой в руках.

Дорога мягко стелилась перед нами, солнце стояло в зените и пекло нещадно. Странное дело, после той ночи страх так и не приходил. Хотя, может это и нормально? После того, что я увидела в Сейне, наверное я разучилась бояться. Я потянулась к фляге, с удручением обнаружив, что воды осталось буквально на один глоток. Ну хоть сколько-то, уже хорошо. Я выпила остатки божественной влаги, правда облегчения это не принесло. Даже наоборот — вода была теплая, почти горячая и пить мне захотелось еще сильнее. Я вздохнула и посмотрела на раскаленное небо. Можем мне кто-нибудь объяснить, как в этом мире смена времен года происходит? Буквально сутки назад мы покинули Акадэмию и было холодно. Была зима. А сейчас — самое что ни на есть лето. Жаркое, сухое.