Mayday! Но полёт нормальный - Володин

бурную реакцию, всеми силами пытался сдержать смех. Знающие меня люди никогда не вели себя так, вот этим Эллисон и отличалась от остальных. Она словно считала, что мы на равных. Это было забавно и ново. Интригующее.

— Вы невозможны! — Громко цокнув языком и закатив глаза, она плюхнулась на сидение, стоящее напротив моего через проход.

После такой мини-сцены в автобус начали подтягиваться остальные члены экипажа, и все без исключения старательно теснились в сторону, лишь бы ненароком не задеть сидение, на котором «отдыхал» я. Взглянув на экран, где красовался список моих «даллосских побед», закрыл его и часть дороги, глядя в окно, слушал болтовню экипажа, пока не задремал.

Когда новая волна шума вырвала меня из забытья и пришлось открыть глаза, понял, что все члены экипажа уже возвращаются с ланча, сытые и счастливые. Лишь после того, как все снова уселись по своим местам, заметил, что на соседнем сиденье, где до этого одиноко покоилась моя фуражка, теперь стоит ещё и бумажный пакет, источая вкусный аромат китайской кухни.

Забавно, что мой второй пилот при этом, сурово скрестив руки на груди и показательно отвернувшись, смотрела в окно.

Турбулентность

Нью-Йорк — Стамбул

Проработав в компании чуть больше двух месяцев, я совсем освоилась и расслабилась. Для меня было счастьем летать с командиром Гарсия, он был действительно замечательным человеком. Очень чуткий и добрый. Пилот давал мне много свободы в принятии решений, а если что-то было не так, направлял по верному пути. Вот кто является идеальным наставником.

Но я совершенно забыла о том, что экипажи периодически перетасовывают. И вот, в момент очередной рокировки мне выпала честь работать с лучшей задницей «Light-AirLines» — Тайлером Ридом. Многие из коллег поговаривали, якобы выбор пал именно на меня только лишь из-за того, что я не умоляла после первого совместного рейса поменяться с кем-нибудь местами. Похоже, в компании не было никого, кто был бы в восторге от его чу́дного характера.

И вот, нам с мистером Очарование, так я его прозвала после нашего первого приземления, предстоял самый долгий за мою короткую карьеру перелёт.

— Доброго дня, дамы и господа. Меня зовут Тайлер Рид, я буду вашим командиром на этом рейсе, мой второй пилот сегодня Эллисон Хендерсон. Наш рейс Нью-Йорк — Стамбул. Примерная продолжительность полёта составит десять часов. Приятного полёта. — коротко отрапортовал Тайлер, совершенно не изменяя себе. Стыдно признать, но, кажется, я даже скучала по его спокойному, уверенному голосу, ну и по самоуверенности, самую малость.

Но всё же отчего-то сложилось впечатление, что он очень одинокий и печальный человек, несмотря на фасад из наглости и надменности. Когда мы ехали в автобусе в наш первый день, у меня был шанс рассмотреть его получше, не боясь колких замечаний в ответ, ведь он спал. Но даже во сне он выглядел печальным, хотя перед всеми держит лицо «кирпичом».

— Эллисон Хендерсон, приём. — позвал он и я тут же рассеяно моргнула. Я настолько ушла в свои мысли, что даже не заметила, как мы набрали высоту и уже парим несколько минут над Нью-Йорком. — Серьёзно? Только не говори мне, что не спала перед рейсом ночь, иначе, какого хрена ты здесь забыла? Мне не нужен здесь полумёртвый пилот, который грохнет всех остальных. — Рид сверлил меня жёстким взглядом.

— А, эм, нет, сэр. Я отлично выспалась и полна сил. — заверила я, неловко ёрзая на сидении.

— Да я уж вижу, — пробормотал он. Спустя минуту молчания, всё же добавил. — Так чем ты занималась ночью?

— Что, простите? — опешила я. — Вам не кажется, что такие вопросы лежат в личной плоскости?

— О, несомненно, — усмехнулся он, глядя на приборы. — Так чем?

— Тем же, чем и вы. — Поспешно отрезала я, но опомнилась лишь когда услышала тихое «неужели» и исправилась. — То есть, тем же, чем занимаются все нормальные люди по ночам.

— Активные люди? — Я видела, как на его губах играет улыбка и, по какой-то причине, мне захотелось одновременно выбежать из кабины с девичьим визгом, и прекратить этот недвусмысленный разговор. Но ни того, ни другого я по итогу так и не сделала.

— Что вы подразумеваете под «активными людьми», сэр?

— А ты не понимаешь? Как-то ты не очень хорошо разбираешься в людях. — констатировал он.

— Уверяю, сэр, это не так. Я прекрасно разбираюсь в людях. — Мужчине было невдомёк, что его истинная натура уже целиком и полностью раскрыта мной. Пилотом-новичком, который только лишь выглядит безобидно и даже в какой-то степени наивно.

— Ну надо же. А что скажешь обо мне? — Тайлер повернулся ко мне и, навалившись на подлокотник, заинтриговано впился в меня взглядом. — Я активен?

— Очень. — на одном дыхании выпалила я, чем вызвала сдержанную улыбку, едва коснувшуюся поджатых губ.

— Ладно. Беру свои слова обратно. Ты действительно разбираешься в этом. — Командир принял прежнюю позу и подпёр подбородок большим пальцем, при этом указательным закрыл рот, будто не хотел, чтобы что-то ещё вылетело из него. Что-то более опасное для нас обоих.

— Спасибо за комплимент, сэр. — всеми силами пытаясь скрыть ликование в голосе, отозвалась я и удовлетворённо посмотрела в окно, за которым простиралось бескрайнее небо.

На этот раз молчание, повисшее между нами, не было ни тяжёлым, ни напряжённым, как это было в первый рейс, а скорее наэлектризованным какими-то непонятными вспыхивающими искрами.

Когда от полёта прошла практически половина, я уже смирилась с тем, что командир с головой ушёл в работу и перестал отпускать любые комментарии, не касающиеся полёта.

— Пойду немного разомнусь, — оповестила я, потирая затёкшую шею.

— Вперёд, — последовал отстраненный ответ.

Только выйдя из кабины пилотов, поняла, как устала сидеть. Несмотря на то, что рейсы с командиром Гарсия по длительности не превышали четырёх часов, я могла себе позволить выйти из кабины и вернуться обратно с чашечкой чая. С Тайлером Ридом же я хотела быть лучшей, железным человеком, доказать ему, что не просто так занимаю место по правую руку от него и уж тем более ничем не хуже пилотов-мужчин.

Стоя в туалетной комнате, собрала выбившиеся волосы, туго стягивая их в высокий хвост, и когда начала наносить блеск для губ, самолёт резко затрясло, через мгновение послышался спокойный голос Тайлера.

— Дамы и господа, говорит командир корабля. Мы попали в небольшую турбулентность. Прошу оставаться всех на своих местах и в целях вашей безопасности пристегнуть ремни. Когда погаснет табло «пристегните ремни», вы сможете и дальше свободно передвигаться по салону. Приятного полёта.

Опираясь о стены, я вышла из туалета и самолёт снова